он не разделяет. Я вообще не уверен, не перепутает ли он на карте Ирландию с Шотландией!
О’Ши смотрел на меня как-то странно.
– Почему же его забрали? – спросил он.
– Сирил оказался не в том месте и не в то время, – мрачно ответил я. – Просто подошел послушать, о чем говорят эти… революционеры, и, как нарочно, именно в этот момент подъехала полиция!
– Но какое я имею отношение к этой истории? Я искренне сочувствую вам и вашему кузену, но…
– Вы тоже там были, – заметил я. – Вас видела еще одна наша общая знакомая, с которой, на свою беду, Сирил решил прогуляться. Только вот вас почему-то полиция не забрала…
О’Ши нахмурился.
– К чему вы клоните, мистер Кин? – спросил он. – Да, я действительно там был. Я стараюсь посещать такие акции, потому что с их организацией пока что дело обстоит неважно и людям нужен хороший координатор. А что до последнего… Еще двое хороших ирландских юношей успели бы уйти от облавы, если бы не прикрывали мой отход. Увы, как это ни жестоко, но такова реальность: я – более ценная фигура, чем простые разнорабочие. Они знали, на что идут, знали, что возможны неприятности с полицией, но согласились на это! Поверьте, мистер Кин, никто не обещал им, что освобождение Ирландии будет легким делом! Все мы прекрасно осознаем, что многие из нас окажутся за решеткой, кто-то, возможно, будет убит, но, не пожертвовав собой, мы никогда ничего не добьемся, и наши дети и внуки не узнают вкус свободы…
О’Ши выдохся и умолк, я же пытался собрать расползающиеся мысли. Нет, возможно, он просто хороший актер, но эта речь прозвучала как-то слишком уж… искренне.
«А что, если я ошибся? – вдруг подумал я с ужасом. – Если О’Ши вовсе не агент, а самый что ни на есть функционер ИНО? Если вспомнить те его слова на приеме… Боже, во что я влип!»
– Но вам-то это зачем? – забросил я пробный камень. – Вы, я вижу, преуспевающий специалист, у вас еще все впереди, а вы рискуете загубить карьеру и самое жизнь… И не только вашу, – добавил я наобум. – Если вы попадетесь, кто позаботится о несчастных животных? О, разумеется, есть и другие ветеринары, но всем ли пациентам повезет найти такого врача, который сумел бы их исцелить? Вспомните Снежинку – эту прекрасную кобылу пришлось бы убить, не случись вы поблизости!
– Я знаю, – отозвался О’Ши с невеселой усмешкой. – Но рисковать все равно приходится. Вы правы – есть и иные ветеринары, пусть даже они придерживаются других методик… А вот если мы не позаботимся о своей стране, от нее скоро останется одно воспоминание! Взять хотя бы эти кошмарные железные дороги… – Он передернул плечами. – Они перерезают прекрасные зеленые луга, напластывают нашу землю на ломти, и прежней она уже не будет. Но еще можно сохранить то, что осталось…
Я молча слушал его и никак не мог понять: он убежденный идеалист, отличный актер или что-то иное? Но что?
Взгляд мой упал на обшитую дубовыми панелями стену, скользнул по неброским обоям с цветочным орнаментом к камину. Должно быть, эти щипцы для угля выковали еще в прошлом веке, если не раньше, этакий чугунный раритет!
Чугунный? Я осторожно огляделся. Ручка двери – из латуни. Люстра и светильники, похоже, бронзовые. Рамы в окне деревянные, никаких решеток в помине нет. Запонки у О’Ши золотые, явно недешевые, булавка для галстука – тоже.
В этой комнате не было ни единого предмета из железа. Кажется, даже дверные петли – и те бронзовые. А замка нет как нет, это я заметил, когда О’Ши проверял, не подслушивает ли нас кто. Вот во входной двери замок был, я слышал щелчок, когда слуга мне отпирал.
А у порога дома растет наперстянка. Это в Лондоне-то! Не какой-нибудь плебейский подорожник, не обычная трава, а наперстянка!
А еще ветеринар О’Ши отрицает хирургические операции, не пользуется скальпелем, а поит пациентов непонятными микстурами и натирает мазями. «Народная», так сказать, медицина. Способная спасти лошадь со сломанной ногой и, наверно, не только ее…
А еще он ездит не на машине, а в маленьком экипаже, как лорд Блумберри. Но у лорда-то это является следствием помешанности на лошадях, а вот почему бы ветеринару не завести себе авто? Дело явно не в отсутствии средств!
А когда он держал пони, то зачем-то обернул руку платком. Не потому ли, что в сбруе достаточно металлических деталей: пряжек, например… Да те же удила!
И он очень любит Ирландию, но ненавидит железные дороги…
Вот вам и обещанные неожиданности!
– Мистер Кин! – окликнул О’Ши, и я понял, что слишком глубоко задумался. Он смотрел на меня как-то странно, выжидающе и, кажется, со всевозрастающим удивлением. – Боюсь, я ничем не могу вам помочь. Искренне надеюсь, что скоро недоразумение разъяснится и ваш кузен выйдет на свободу… в отличие от тех, кого задержали вместе с ним.
– Да, я тоже на это надеюсь… – кивнул я, нашарил в кармане пиджака ключи от машины и, быстро наклонившись вперед, сунул их чуть ли не под нос ветеринару.
Эффект был поразителен! О’Ши шарахнулся так, что едва не опрокинулся вместе с креслом…
– Уберите это! – выкрикнул он, загораживаясь рукой, будто я собирался на него напасть.
– Ничего себе, – сказал я удивленно. – Вернусь, поймаю Хоггарта и дам ему по шее! Не мог прямо сказать, старый болтун…
– Кого?.. – О’Ши, похоже, немного отпустило, когда я убрал ключи подальше от него.
– Да нашего кладбищенского призрака, – охотно ответил я. – Никогда не угадаешь, правду он говорит или сочиняет!
– Мистер Кин, если вы разговариваете с призраками, вам стоит показаться доктору, – ядовито произнес О’Ши.
– Я не только с призраками, я и с фэйри разговариваю, – хмыкнул я. – Вот прямо сию минуту!
– Мистер Кин, вы в своем уме? – нахмурился он.
– Вполне. А вы? – поинтересовался я в свою очередь. – Если да, то вот, возьмите!
Я бросил ему все те же злосчастные ключи. Любой нормальный человек поймал бы их… или не поймал, но только не О’Ши. Признаюсь, я даже не уловил момента, когда он успел выскочить из кресла и оказаться у камина. Это меня насторожило: повторюсь, там имелись увесистые угольные щипцы.
– Только не говорите, что дали обет не прикасаться к железу, – предупредил я, вставая и подбирая ключи. – Не то я схожу поищу рябину и еще кое-что…
– Что вам от меня нужно? – спросил О’Ши сквозь зубы.
– От вас лично – ничего, – заверил я. – Но если вы поможете вытащить моего кузена из-за решетки, я буду вам крайне признателен! Я уверен, вы на это
