Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

— Все еще думаешь, что его репутация сплетни?

— Для нас полет был не особо удачным, — согласился Хорст, — но сейчас мы улетаем.

Он осторожна встал, ожидая пока внутреннее ухо придет в себя и пошел к летной палубе.

— Что-то не так? — спросила Кейра, он в ответ покачал головой, пытаясь утихомирить последующий неизбежный приступ тошноты.

— Нет, но, если Бард собирается посадить нас в Трикорне, ему понадобятся подходящие коды доступа. Я разберусь с этим из кабины.

— Это будет самым оптимальным действием, — согласился Векс, — их ресурсы будет сложно недооценить для нашего расследования. И мы должны как можно скорее воспользоваться ими.

Во всяком случае вид из-за бронехрусталя фонаря кабины еще сильнее вызывал тошноту, чем путешествие в отсеке, но Хорст подавил приступ, и уселся в кресло второго пилота рядом с Бардой. Большая часть кнопок управления перед ним была незнакома, но он распознал искомый вокс-модуль, и начал вводить необходимы коды.

— Нам нужно отправиться на орбитальные доки? — спросил Бард, включая маневровые двигатели, чтобы проскользнуть мимо потока тяжелых грузовых шаттлов, которые уже начали разгружать огромные трюмы "Мизерикордии".

Теперь перед ними виднелась огромная громада корабля, миниатюрная галактика из света, проистекающего из неисчислимых смотровых окон и воздушных шлюзов, связанных друг с другом конструкцией из металла и других материалов размером с целый город, висящая в небесах меж шаттлов и планетой. Парочка космических станций и несколько маленьких астероидов, давным-давно вычищенных от всех полезных материалов, каким-то образом затерялись среди мусора. В слухи о том, что даже некоторые корабли, что пришвартовывались к громаде, больше никогда не смогли оторваться от нее, теперь вполне можно было поверить, так как корабль теперь окружала непрерывно разрастающаяся огромная рифовая система.

— Нет, — произнес в вокс Хорст, передавая воксом коды, что определяли их крошечное суденышка как корабль инквизиции, — улей Сибелиус. Мы направляемся прямо на Трикорн.

Если бы они оставили Барда с шаттлом на Сеферис Секундус, то им бы вместо комфортабельного полета пришлось бы пойти в док, найти корабль до поверхности планеты и от космопорта ехать в штаб квартиру Конклава Каликсиан.

Если все пойдет по плану, дорога займет большую часть дня прежде чем они смогут доложиться инквизитору Финурби, и по опыту Хорста, редко, когда все случалось так просто. Даже с учетом преимуществ шаттла, он предусмотрительно отослал вокс-отчет о событиях на борту "Мизерикордии" в офис своего патрона, как только судно Хартии вышло из варпа. Время было ограничено, и инквизитор нуждался во всей информации, чтобы определиться с дальнейшим планом.

— Северный континент, верно, — Бард с некоторым удивлением взглянул на Хорста, арбитр осознал, что его чувства отражаются на лице, — я специально изучал Сцинтиллу по пути сюда.

Молодой пилот заинтересованно выглянул через смотровое окно.

— Пикты не передают всей картины, тут все покрыто водой.

Сквозь прослойку облаков виднелся загрязненная серо-зеленая муть океанов, темнеющие пятна континентов выделялись по цвету, Хорст припомнил родной мир Барды, единственный, который он видел раньше, и тот был постоянно затянут облачностью.

— Очень похвально, — сказал Хорст, — только, к сожалению, у нас не было времени отдохнуть с планшетом в руках…

Улей Сибелиус, Сцинтилла.

249.993.M41

Хотя Барда заинтересовали отчеты Хорста о событиях на борту "Мизерикордии", он был слишком хорошим пилотом, чтобы позволить себе отвлечься, пока он слушал, большая часть его внимания была прикована к управлению и панораме города-улья, к которому они спускались. Его чтение инфо-планшета на борту шаттла во время долгого перелета подготовило его некоторым образом к разворачивающимся под ними чудесам, но детали стали видны только когда они пролетели основную прослойку облаков, окутавших поверхность. Реальность оказалась намного интереснее, чем он мог себе представить. Улей Сибелиус был огромным, он занимал почти весь континент, на котором стоял, восемь тысяч километров в самой широкой части, а центральный шпиль добирался почти до стратосферы. Это приводило к достаточно интересной розе ветров, не говоря уже о термальных потоках, восходящих из мануфакторий в середине улья, и, насколько знал Бард, от огромного количества миллиардов живых людей, населяющих его.

— Ну и что мы будем делать с этой костяной штукой? — спросил он, как только Хорст завершил говорить.

Теперь, когда они вернулись в атмосферу, их командир выглядел значительно лучше, отвечая, он медленно повернул голову, явно взирая на какие-то знакомые ориентиры.

— Конечно передам ее инквизитору. В Трикорне есть специальные склады для таких вещей.

— Думаю должны быть, — согласился Бард, никогда раньше не задумываясь о таких вопросах.

Хотя ему это показалось разумным, несомненно, что прислужники вроде Хорста и остальных, постоянно прилетали с нечестивыми артефактами, добытыми по долгу службы, и вряд ли могли оставить их в своем буфете. Он выровнял дифферент шаттла, подняв нос на едва ощутимый угол, и немного расслабился, ощущая, как воздушный поток вокруг фюзеляжа снова стал оптимальным, но, если бы его попросили рассказать об этом чувстве, он бы не смог облечь его с слова.

— Вот и Ясный дворец, — сказал Хорст, когда Бард повернул шаттла на широкий, медленный разворот.

К этому времени они уже опустились на столько, что улей заслонял весь горизонт, хотя, судя по альтиметру, они все еще были скорее в вакууме, нежели у поверхности. Бард повернул голову в указанном направлении, и на секунду разглядел цитадель размером с целый город в пенистом океане, которая отмечала Сектор Губернатора. Не желая облетать центральный шпиль улья, он взял чуть шире, двигаясь к рукотворным утесам, края улья Сибелиус врезались в окружающую воду подобно потоку лавы.

— Впечатляет, — сказал он, когда из-за изменения курса стало возможным рассмотреть дворец.

Хотя он сам казался миниатюрным по сравнению с самим ульем, они пролетели над ним, словно над искусственной горой, окруженной завихрениями воды. Его поверхность, выполненная в виде лепестков огромного цветка, который давным-давно уже исчез на Сцинтилле. Они были украшены пышными знаменами, неисчислимым количеством, и благодаря им, казалось, что вся структура колыхается на ветру.

Их спокойное снижение теперь вывело корабль на верхние уровни воздушного траффика над тушей улья. Бесчисленные тысячи шаттлов, аэромашин и тяжелых лихтеров окутывали башни, словно мухи, привлеченные хорошим куском падали. Благодаря давно выработанной привычке, закаленной полетами к Айсенхольму, где воздушный трафик часто был забит тяжелыми грузовыми шаттлами, отвозящими руду от Горгонид к баржам на орбите, он уделял внимание ауспексу и звуковому оповещению системы предупреждения о столкновении. К его некоторому удивлению, ни один из кораблей не подлетел достаточно близко, чтобы система сработала, они сторонились, освобождая дорогу шаттлу, вокруг него словно бы образовался пузырь пустого пространства, через секунду он осознал, что по воксу передавались инквизиторские коды Хорста.

Хорст подтвердил догадку.

— Да, — ответил он, — все в улье Сибелиус знают, что здесь штаб-квартира инквизиции, так что по возможности они стараются освободить дорогу.

Он иронично улыбнулся.

— Одно из главных преимуществ работы. Есть и другие, но их не много, за исключением конечно же знания, что ты выполняешь работу для Императора.

— А разве этого самого по себе недостаточно? — спросил Бард, улыбка Хорста стала несколько напряженной.

— В твоем возрасте я тоже так думал, — ответил он, — теперь…

Он замолк, его лицо приобрело задумчивое выражение.

— В наши дни, вещи кажутся уже не такими однозначными, как должны быть.

Бард не совсем понял, что он хотел этим сказать, но времени спрашивать не осталось, к тому же он не был уверен, что Хорст объяснит.

— Я пролечу над восточной фабричной зоной, — вместо этого произнес он, — там должно быть меньше турбулентность от термальных потоков мануфакторий, но на это потребуется несколько минут.

— Ладно, — согласился Хорст, и Бард развернул нос шаттла к густому и плотному облаку дыма, плывущему над рукотворными горами на склонах улья, ниже облачного уровня.

Навигация несколько усложнилась, когда их спуск привел корабль ближе к меньшим шпилям, что окружали главный. Они были подобны росткам, рядом со стволом дерева, хотя и возвышались на километр или два в разрывах и каньонах главного верхнего уровня улья. Воздушные потоки стали неспокойными. Хотя и более скромные по сравнению с главным шпилем, который превратил весь город в песочные часы размером с континент, они все еще казались отдельно стоящими и превосходящими своих соседей в пестром украшении. Когда Бард пролетел над двумя, соединенными мостами на головокружительной высоте, он заметил, что поверхности шпилей покрыты мозаикой и скульптурами.