на глазах и щемящее чувство нежности, тоски или боли. Похожее на легкий туман, это чувство окутывает нас, но быстро исчезает под воздействием новых впечатлений, как исчезает и молочная завеса тумана от дуновения теплого ветерка.
Я вернулась домой и поняла, что соскучилась по нему. И хотя цветы в моей комнате все также тянулись к солнцу и наслаждались жизнью, мне все равно казалось, что они ждали моего возвращения и обрадовались мне так же, как и я обрадовалась им. Я провела в своей комнате почти час, наслаждаясь теплой ванной, покоем и чувством полной безопасности, пока окончательно не поняла, что мне так легко и спокойно именно благодаря людям, живущим здесь. Дом Мастера был и моим домом, и я осознала свою ответственность за него.
Тем вечером мы засиделись в комнате с камином до самого рассвета. Мастер рассказал мне, что произошло в тот день, когда убили Грэма, а я рассказала о своем последнем разговоре с милордом перед отъездом, словно пытаясь оправдаться в чем-то перед собой или Дэниэлем. Я также рассказала, что Грэм вернулся по моей просьбе, потому что я видела странные сны о смерти принца, и Алекс дополнил мой рассказ, сообщив о даре предвидения, имевшемся у его отца.
В самый разгар нашей беседы вернулся Дэниэль, немного озабоченный, но явно обрадованный вестью о моем возвращении. Он не стал ужинать, а приволок в комнату большую тарелку с нарезанными ломтями хлеба, сыра и птицы, и большой кувшин молодого вина, больше похожего на сладковатый яблочно-персиковый сок. Мы соорудили по большому бутерброду на каждого, и на какое-то время в комнате воцарилась полнейшая тишина.
Когда блюдо опустело, а вино осталось на донышке наших бокалов, Дэниэль сказал, что у него для нас есть новости. Он сообщил, что правитель Ночных земель, обеспокоенный недавними событиями, хочет встретиться с ним. Дэниэль также отметил, что и сам хотел увидеть своего отца для обсуждения вопроса об участии правителя Маэленда в мирном соглашении, которое вот-вот предстояло заключить с братом.
Я же вкратце снова передала суть нашей беседы с милордом и фактически спросила Дэниэля, насколько правильно поступила, вернувшись домой, ибо последние слова его брата были не о мире, а о войне. Я также передала Дэниэлю письмо, врученное мне милордом буквально в последние минуты прощания, и Дэниэль прочел его вслух.
В письме Магистр обращался к нему скорее, как к брату, нежели, как к правителю другой страны, и тон письма был очень дружеский и неофициальный. Милорд ни слова не сказал о том, что я покинула Элидию вопреки его желаниям, но он ясно определил предполагаемые сроки переговоров и высказал надежду на скорую встречу.
Мои слова о притязаниях милорда на город Лонен совершенно не встревожили Дэниэля. Он успокоил меня, сказав, что такие переговоры могут продолжаться десятилетиями, а его брат не раз высказывался о своих намерениях в отношении крепости Солти на протяжении последних тридцати лет. Дэниэль также отметил, что утром отправится к своему отцу и вернется как раз перед началом переговоров со своим братом. Он надеялся заключить с отцом определенное соглашение и получить дополнительную поддержку для охраны границ своей страны. Большая ее часть граничила с Маэлендом и Тэнией, где водились настолько странные существа, что одно их появление на границе вселяло ужас в сердца людей.
Земли Тэнии — их еще называли Пограничными землями, были нейтральны и потому свободны для перемещения любых войск. Дэниль надеялся «закрыть» эти «бреши», понимая, что его брат ведет свою игру, несмотря на все договоренности.
Мы поговорили еще немного, и Дэниэль ушел спать, а за ним ушел в свои покои и Мастер. Только мы с Алексом оставались возле гаснущего камина до тех пор, пока за окном не посветлело. Мы просто болтали, но в конечном итоге, я рассказала ему обо всем, что произошло со мною в доме милорда, а он рассказал о том, что случилось с ним за эти последние месяцы. Я узнала, что многие из его народа продолжают поддерживать Алекса, не вступая в открытую оппозицию с Королем Орлов Ланом, даже те, которых интересуют лишь мои способности. Многие также считают, что близкая дружба Алекса с правителем Эльдарии и отношения со мною не вредят орлам, а напротив взаимовыгодны. Это были хорошие новости и для меня, и для Алекса, и для принца Дэниэля.
В ту ночь я так и не дошла до своей комнаты. Я задремала в кресле возле остывающего камина и проснулась от шума во дворе дома. Прибыли воины из личной гвардии Дэниэля для его охраны и сопровождения, и уже к полудню дом совершенно опустел. Следующие четыре месяца были самыми длинными в моей жизни…
В первые дни я вернулась к обычному графику, устоявшемуся и сформированному в доме милорда. Я продолжила занятия и моим временным наставником стал Алекс, а затем и Мастер, прекрасно владеющий своим телом, несмотря на возраст. Именно тогда, почувствовав силу его рук, и осознав его практический опыт, я изменила свое отношение к Учителю и перестала воспринимать его, как своего дедушку. Однажды он даже похвалил меня, и я поняла, что Мастер гордится мною. А еще мне показалось, что он изменил свое отношение ко мне, как я изменила свое отношение к милорду, но он так и не заговорил об этом. А потом всем нам стало не до занятий.
Дэниэль не вернулся к назначенному дню и не прислал никаких вестей. Никто из его воинов не вернулся. Сведения из Пограничных земель, поступившие ко мне, свидетельствовали об одном — он и его люди благополучно пересекли границу Тэнии и Маэленда. Никаких происшествий. И сердце мое также не предчувствовало никакой беды.
Отсутствие принца Дэниэля привело к возникновению многих дополнительных обязанностей, о существовании которых я раньше и не подозревала, но исполнение которых было необходимо. Время для меня полетело быстрее и световых часов стало катастрофически не хватать для того, чтобы разрешить все текущие вопросы. С одной стороны это помогло окончательно разобраться в структуре государственных органов, действующих в стране, а с другой — вселило в меня полнейшую уверенность в том, что мне и так хорошо живется на этом свете и место принца Дэниэля мне совершенно не нужно.
Через два месяца его отсутствия я забеспокоилась всерьез, но только по причине приближения даты переговоров с милордом. На них мог участвовать только принц, ибо он и только он обладал правом заключать межгосударственные соглашения. Я была лишь его наследницей и как наследница могла управлять делами его государства,
