Помимо заглавного романа в сборник вошли повесть «Пиршество цивилизации» и рассказ явно экспериментального характера «Близнецы». Наибольший интерес вызывают крупные вещи книги.
Сюжет «Пиршества цивилизации» — судьба тихой аграрной планеты, менее чем за поколение развращенной и погубленной контактом с корыстной техногенной цивилизацией землян — обыгрывался фантастами не раз. Но этот недостаток с лихвой компенсирует отточенный стиль писателя: читатель, захваченный книгой, следит уже не за «распаковыванием» в процессе повествования НФ-идеи, а за трагическими судьбами персонажей.
Композиционно роман «Галактический хищник» представляет собой три самостоятельные части, объединенные главным героем. Но вместо космических баталий и галактических меченосцев Забирко предлагает нам представителя гражданской профессии — энтомолога. И если в первой части преобладают приключения тела, то далее автор ставит перед читателем непростые вопросы. В чем заключается ценность достижений цивилизации — и можно ли постичь их посредством прямого копирования? К чему приводит восхищенное — вплоть до обожествления — подражание чужой культуре? И простая до ужаса мысль: в чем смысл человеческой жизни, если можно получить ответы на все без исключения вопросы — да хотя бы просто знать о такой возможности?..
Разумеется, рецензент не относит себя к племени идеалистов и прекрасно знает, что хоть сколь-нибудь удовлетворительного ответа на эти вопросы не существует, поскольку вопросы эти — из категории вечных. А значит, нам суждено вечно ставить их перед собой — и вечно же на них отвечать. И в этом непрекращающемся поиске умный собеседник — фигура далеко не лишняя.
Максим Александров
Кингсли Эмис
Лесовик
СПб.: Азбука-классика, 2003. — 320 с. Пер. с англ. К.Васильева. (Серия «Bibliotheca stylorum»). 7000 экз.
Сэр Кингсли Эмис — один из самых уважаемых нефантастических литераторов в мире фантастики. Во многом, конечно, благодаря его культовой монографии о фантастике «Новые карты Ада». Впрочем, знаменитый писатель, как известно, и сам не брезговал сочинением фантастических романов; некоторые из них считаются классикой современной британской НФ. А вот что касается «Лесовика» (в оригинале — «Зеленый Человек»), впервые вышедшего в 1968 году, то впечатление он оставляет странное и немного обескураживающее: будто серьезный и занятой человек решил поиграть в некую игру, ровно посередине охладел к процессу, но из упрямства довел дело до финала.
Роман начинается как «история с привидениями»: гостиница где-то в Центральной Англии, ее хозяин и его немногочисленное семейство, старинное предание о зловещем чернокнижнике докторе Андерхилле и созданном им чудовище — Лесовике. Читатель настраивается на повествование в «лавкрафтовском стиле» о проклятых домах и проклятых семьях. Однако настоящего произведения «хоррора» у английского прозаика так и не получилось. Книга кажется странно вялой, лишенной внутренней энергии, она распадается на ряд эпизодов, из которых одни запоминаются лучше, другие хуже. Алкоголизм главного героя Мориса Оллингтона; его болезненные ведения; описание странной фигурки, при помощи которой Андерхилл вызывал лесного монстра; издевательски-ироничная беседа Мориса с якобы богом… В хорошем «хорроре», как и в хорошем детективе, все моменты повествования четко сцеплены друг с другом, они работают на центральный мотив книги — столкновение с необъяснимым, с тем, что вызывает страх. К сожалению, у Эмиса этого нет. Его герой с почти «комиксной» легкостью расправляется с Лесовиком.
И лесное чудовище, и вся история доктора Андерхилл а оказывается не сердцевиной сюжета, не «мотором», а просто странным довеском, необязательным украшением книги. Описания явлений Лесовика можно легко вынуть из романа и превратить его во вполне реалистическое произведение. Вероятно, проблема в том, что сам Эмис так и не поверил, что можно всерьез написать «книгу ужасов»…
Глеб Елисеев
Александр Зорич
Завтра война
Москва: ACT, 2003. — 448 с. (Серия «Звездный лабиринт»). 10 100 экз.
Героической фэнтези и космической опере не свойственна внутренняя ирония. То есть, конечно же, автор имеет право заставить своих персонажей иронизировать; никто не скажет худого слова, если ирония будет относиться ко всему вторичному миру, в котором происходит действие. Но если он начинает демонстративно хихикать над собственными героями — все пропало. Читатель упомянутых жанров слишком ценит, чтобы все было «взаправду». Александр Зорич отлично усвоил это правило на собственном опыте: дебютная попытка написать space opera окончилась бесславно. Это понятно: трудно читателю полюбить книгу, на протяжении которой автор без конца афиширует позицию: «Ну, вы же понимаете, я это несерьезно. Ни один умный, образованный человек серьезно про войнушку в космосе писать не станет…» Урок не прошел даром. «Завтра война» — космоопера очень высокого качества, один из лучших русскоязычных образцов жанра. Отлично продумана «стратегическая сторона»: Зорич разворачивает масштабное полотно ойкумены, раскинувшейся по Вселенной. По всей книге разлит «аромат аутентизма», отработан профжаргон военных и с хорошим драйвом передана динамика батальных сцен. Выпукло вылеплены характеры, а фигура энтузиаста военно-конструкторской мысли Эстерсона прописана со всяческими «вкусными» психологическими завитушками, это настоящая находка Зорича. Конечно, в паре мест автор пытается намекнуть читателю, мол «это я… как бы понарошку… ни один умный… и т. п.» Чего стоит, например, адмирал Канатчиков… или выспренная фразочка одного из главных героев: «Горжусь Россией!» Но в целом Зорич удержал свою внутреннюю иронию в рамках разумного, и книга от этого, думается, много выиграла. Более того, фантаст уже совершенно серьезно ввел в роман философскую начинку на тему «мистика войны», причем сделал это тонко и аккуратно.
Роман представляет собой пилотную книгу сериала о столкновении двух родственных (человеческих) цивилизаций XXVIII века в жестокой войне. Текст обрывается на самом интересном месте, наживка брошена вполне профессионально. Полагаю, продвижения будут ждать с нетерпением.
Дмитрий Володихин
Крупный план
Владимир Михайлов
Письмо без адреса
Язон СИМОВ. «ХРУСТАЛЬНАЯ ГОРА, или СУПЕРНАЛАДЧИК». «Новая Космогония».
Признаюсь, вкус к написанию рецензий я утратил уже давненько — может быть, лет двадцать назад, а возможно, и все тридцать. Я бросил писать их потому, что любой образчик этого жанра может рассказать нам не о том, что представляет собой рецензируемое произведение и его автор, но лишь о том, что представляет собой автор рецензии или, вернее, что он хотел бы собой представлять; а это мне не интересно. Я вовсе не в претензии за это. Напротив, считаю такую линию поведения совершенно естественной: поскольку литературную критику вообще принято относить к литературе как таковой, то и понятно, что от критической статьи или рецензии нельзя требовать того, чего мы никак не требуем от романа, повести или рассказа, то есть истины: достаточно с нас и правдоподобия. Но факт — любое явление может получить энное количество интерпретаций, одна правдоподобнее другой; и уже дело вкуса — выбрать из них наиболее для вас приемлемую. Развлечение не хуже любого другого, если вам надоели кроссворды или приелись стрелялки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
