- Ну, ты и сука, Иваныч… - процедил Коренев.
- Пусть так… Но, согласись, умная… - заржала эта паскуда и повернулась к стоящей неподалеку Беате:
- А ты, красавица, проводи мальчика пописать… Кстати, советую не дурить: обидишь его - твоей подруге будет больно-больно…
- Ольгерд! У Кольена оторвало стопу… Жгут я наложил! Что дальше делать? - в разрезе в пологе своей палатки стоял Эрик и бешено сверкал глазами.
- Дед! Помоги Эрику… - рявкнул мой муж и, осмотрев меня с головы до ног, вдруг заржал:
- И все-таки ты, Иваныч, полный и законченный придурок!!!
- Не понял?
- Ну, как говорит мой друг Вовка, спешка хороша при ловле блох… Еще один умный человек как-то сказал: 'Кто с мечом к нам придет, тот в орало и получит'… Слыхал такое?
- И?
- Что 'и'? В орало хочешь?
- У тебя что, башню сорвало, бля? - потрясая какой-то хреновиной, возмутился Кормушка. - У тебя же жена не ящерица? Лапка у нее не отрастет…
- Ящерица… Еще какая… - с лица Олега вдруг пропала улыбка. Он еще раз посмотрел на меня, потом на Беату и… пропал…
Меня кинуло куда-то в сторону… Ныряя в джуше, я успела сгруппироваться, перекатиться через правое плечо и вскочить на ноги. Прямо в пепелище догорающего костра! Мой визг от ожога об попавший под ногу уголек, наверное, был слышен даже на Ронтаре… Прыгая на одной ноге, я пыталась подуть на обожженную пятку, и крыла Олега на чем свет стоит…
…Сначала заржал Вовка. Потом Хвостик… Вслед за ними - Сема… Потом захохотали все остальные, кроме Кольена, Кормушки и Кузьмы. Первый - потому что все еще ничего не соображал. Второй - по причине того, что Олежка вырвал у него маленький пультик, походя переломав все пальцы на обоих руках и ударом в голову отправил в нокаут. А вот с Кузьмичевым все обстояло гораздо грустнее: автомат, еще пару секунд назад зажатый в его руках, валялся на траве. Вместе с обеими его отрубленными по середину предплечий руками. Беата, не обращавшая никакого внимания на хлещущую из перерезанных сосудов кровь, деловито достала из кармана кусок репшнура, перетянула им обе руки чуть повыше локтей и… расстегнула его брюки:
- Достоинство, говоришь? Что ж, сейчас полюбуемся… Ой… И этим ты хотел похвастаться? Мда… Что я могу сказать? Таком уродством можно разве что покормить местное зверье… И то, наверное, побрезгуют… Впрочем, попробовать можно…
Взмах меча, и дикий крик Кузьмы переполошил окрестный лес в радиусе нескольких километров…
- Маш, а Маш! Кинь мне уголек, если он тебе больше не нужен…
- Зачем тебе? - не поняла я…
- Да ранки прижгу немного… Чтобы пожил полчасика еще… Пока мы соберемся… Аромат крови-то уже, наверное, чувствуется… Кис-кис-кис!!! Мурки!!! Вы где там лазаете??? Тут вас завтрак дожидается… Блин, сколько можно ждать? - Беата метнулась к костру, подхватила тлеющую головню и, подскочив к согнувшемуся в три погибели Кузьме, ткнула его куда-то в пах…
Второй вопль получился еще громче…
- П…ц… - еле слышно пробормотал стоящий рядом с Глазом на коленях Ерема. - Нас тоже будут мочить?
- Тебя-то за что? - удивленно поинтересовался Щепкин. - Все, кто претендовал на награду, ее уже получили…
- Так, господа хулиганы и бандиты… - разоружив валяющегося ничком генерала, весело сказал Олежка. - Выходим через десять минут. Палатки и всякую хрень, кроме продуктов на один прием пищи и лодки, бросаем здесь… В программе - марш-бросок на девять километров, праздничное шоу на Лазурном берегу местного озера Байкал, и на десерт - встреча с зелеными человечками…
- Снесло башню? - опять зашептал Ерема. - Сдохнем же…
- Неа… Все путем… Слушай Босса - будешь жить… - хохотнул Глаз. - Ладно, харе валяться… Подъем, строиться!!!
Глава 56. Геннадий Соломин.
Указанное место нашли без проблем. Довольно высокий забор. Двухэтажный особнячок с красной крышей, судя по отсутствию какого либо движения, ныне необитаемый. Небольшой прилегающий к дому участок земли… Чинно, красиво, богато… Фланируя по улице вдоль каменной стены, Соловей пытался сообразить, по какому из примыкающих к стене деревьев мог бы забраться ребенок. Весьма подвижный и шустрый, судя по описанию Кириллова. Как обычно бывает по закону подлости, такое дерево оказалось самым дальним от припаркованного 'Мерседеса', в котором ждал Михаил Вениаминович. Удостоверившись, что в прямой видимости праздношатающихся личностей не наблюдается, Гена вздохнул, и, вскарабкавшись на дерево, мигом оказался на заборе. Виноградная лоза, которая, если верить инструкции, должна была непременно тут оказаться, нашлась метрах в тридцати. Видимо, мальчишка долго полз по стене, прежде чем нашел место, где можно было слезть. Мягко приземлившись на землю, Соломин крадучись добрался до прихотливо извивающейся по стене лозы и расстроено оглянулся вокруг - как и следовало ожидать, Самира нигде не наблюдалось…
- Боже, хоть бы он нашелся живым и здоровым! - взмолился Соловей и подошел поближе к стене. Присмотреться.
Оборванный побег бросился в глаза не сразу - его скрывала листва и тяжелые кисти созревшего винограда. Еле дотянувшись рукой до места, откуда предположительно мог сорваться малыш, парень встревожено покачал головой и присел на корточки.
- Кровь… Блин… - бормоча себе под нос, он провел пальцами по слегка примятой в месте падения ребенка земле и оглянулся. - Так, и куда я бы пополз, получив серьезную травму? К дому? Вряд ли. К гаражу? Закрыт. Черт…
Полчаса напряженных поисков по всей территории участка не дали никакого результата - следов сына Олега обнаружить не удалось. Соломин, привалившись спиной к забору рядом с местом, где он обнаружил подсохшие капельки крови, мрачно смотрел по сторонам, пытаясь понять, куда мог подеваться пацан, и злился - мест, где ребенок мог бы подняться на стену изнутри, тут просто не было. Ни одного!
- Может, его нашли ДО меня? - расстроено подумал он, нащупал в кармане платок и утер со лба выступивший за время мотания по тридцатиградусной жаре пот. - Черт… Нашел, чем утираться… - расправив на колене обрывок переданной ему Эолом кожи, Соловей потер поцарапанный грубой тканью лоб и выругался…
- Откуда это у вас? - голос, раздавшийся из ветвей стоящего рядом деревца, заставил парня подскочить на месте.
- Это часть жилета Беаты… Сестры твоего папы… - стараясь разглядеть спрятавшегося в ветвях мальчишку, пробормотал он. - Мне ее дал Хранитель Эол, чтобы ты мне поверил. Меня прислали тебя забрать.
- Куда? - недоверчиво спросил пацан, и пошевелился. Соловей, увидев его силуэт, еле удержал пытающуюся упасть в траву челюсть: вся одежда ребенка была усеяна мелкими дырочками, их которых торчали листики, пучки травы и тому подобная дребедень. Так что увидеть его в листве можно было разве что глядя в упор. Личико, перемазанное подсохшей землей, он прятал в сгибе локтя, так что и этого участка загоревшей кожи практически не было видно!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
