Голос гролима перешел в вопль.
— Не будь! — выкрикнул он в остервенении, направляя всю свою силу на камень в детских руках.
На ужасный миг в башне воцарилась мертвая тишина. Даже на осунувшемся от страшного боя лице Белгарата проступило недоумение, словно он не поверил своим ушам.
Голубое свечение в камне на мгновение померкло и тут же вспыхнуло снова.
Ктачик, страшный, всклокоченный, стоял, широко разинув рот и выпучив от ужаса глаза.
— Я не то хотел сказать! — взвыл он. — Я не… Я…
Но в круглую комнату уже вступила некая более мощная сила. Она не излучала света, она не давила на мозг Гариона. Напротив, она втягивала, всасывала, сгущаясь вокруг обезумевшего от страха Ктачика.
Верховный жрец гролимов бессмысленно вопил. Потом он, казалось, распух, съежился, снова распух. По лицу его пошли трещины, как если бы он вдруг обратился в камень и камень этот разрушался под действием сжимающей его силы. За этими ужасными трещинами Гарион увидел не плоть, кровь и кости, но ослепительную энергию. Ктачик светился все ярче и ярче. Он умоляюще воздел руки.
— Помогите! — взвыл он. Потом издал протяжное, отчаянно: — НЕТ! — И тут с оглушительным треском последователь Торака превратился в ничто.
Чудовищный взрыв отбросил Гариона к стене. Не думая, юноша подхватил мальчика, которого швырнуло на него, как тряпичную куклу. Круглый камень ударился о стену и со звоном отскочил. Гарион потянулся его поймать, но тетя Пол схватила его за руку.
— Нет! — сказала она. — Не трогай. Это Око. Рука Гариона замерла.
Маленький мальчик вырвался из его рук и побежал за катящимся камнем. Он победно засмеялся, догнав его, и сказал:
— Миссия.
— Что случилось? — пробормотал Силк, вставая и тряся головой.
— Ктачик себя уничтожил, — ответила тетя Пол. — Он пытался рассоздать Око. Матерь Богов не дозволяет рассоздавать. — Она быстро посмотрела на Гариона. Помоги мне поднять деда.
Белгарат оказался рядом с колдуном, когда взрыв уничтожил Ктачика. Его отбросило через всю комнату: он лежал оглушенный, глаза остекленели, волосы и борода были опалены.
— Встань, отец, — склоняясь над ним, настойчиво сказала тетя Пол.
Башня вдруг содрогнулась, базальтовая скала, с которой она свисала, закачалась. Из-под земли донесся глухой рокот. Известка и щебень посыпались со стен и с потолка — это дрожала земля, растревоженная самоуничтожением Ктачика.
Внизу хлопнула дверь, и Гарион услышал громкие шаги.
— Где вы? — закричал Бэйрек.
— Здесь! — откликнулся Силк.
Бэйрек и Мендореллен взбежали по лестнице.
— Выбирайтесь отсюда! — заорал Бэйрек. — Башня отрывается от скалы. Храм рушится, и там, где башня соединяется со скалой, щель в два фута шириной.
— Отец! — резко сказала тетя Пол. — Ты должен встать!
Белгарат смотрел на неё непонимающе.
— Подними его, — бросила она Бэйреку. Послышался душераздирающий треск это башня начала отрываться от скалы.
— Сюда! — звонко сказал Релг. Он указывал на заднюю стену башни, где рушились и трещали камни. — Можешь ты её убрать? За ней пещера.
Тетя Пол быстро взглянула, сфокусировала на стене взгляд и указала пальцем.
— Взорвись! — приказала она.
Каменная стена рухнула в пещеру, словно поваленный ураганом плетень.
— Сейчас оторвется! — пронзительно завопил Силк. Он указал на увеличивающуюся трещину между башней и сплошной скалой.
— Прыгайте! — закричал Бэйрек. — Скорее!
Силк перепрыгнул через трещину и повернулся, чтобы поймать Релга, который слепо последовал за ним. Дерник и Мендореллен, подхватив тетю Пол, тоже перепрыгнули через разверзающуюся все шире и шире пропасть.
— Прыгай, — приказал Гариону Бэйрек. Таща все еще бессознательного Белгарата, огромный чирек шагнул к трещине.
— Дитя! — Голос в мозгу Гариона не был ни сухим, ни безразличным, как прежде. — Спаси дитя, или все, что произошло, окажется бессмысленным!
Гарион ахнул, внезапно вспомнив про мальчика. Он повернулся и побежал обратно в медленно оседающую башню. Схватив мальчика на руки, он бросился к дыре, которую проделала в стене тетя Пол.
Бэйрек прыгнул и на какое-то ужасное мгновение закачался на самом краю. Уже на бегу Гарион начал собирать силу. Прыгнув, он со всей мочи мысленно оттолкнулся сзади. Сжимая в объятиях мальчика, он буквально перелетел через пропасть и ткнулся прямо в широкую спину Бэйрека.
Маленький мальчик, заботливо прижимая к груди Око Олдура, улыбнулся.
— Миссия? — спросил он.
Гарион обернулся. Башня отклонилась от базальтовой стены, основания её трещали. Громоздко, тяжело она отошла наружу, увлекая за собой обломки храма, оторвалась от стены и рухнула в ужасную пропасть.
Пол пещеры, где они оказались, колебался. Земля дрожала, и удар за ударом сотрясал базальтовую скалу. Огромные куски стен Рэк Ктола срывались и пролетали мимо, вспыхивая красным в лучах восходящего солнца.
— Все здесь? — быстро огляделся Силк. Потом, убедившись, что все целы, добавил: — Нам лучше отойти от края. Эта часть скалы не кажется достаточно прочной.
— Вы хотите спускаться сейчас? — спросил Релг тетю Пол. — Или подождете, пока перестанет трясти?
— Лучше идти, — посоветовал Бэйрек. — Как только кончится землетрясение, мерги хлынут в пещеры.
Тетя Пол взглянула на лежащего Белгарата и взяла себя в руки.
— Мы пойдем вниз, — твердо сказала она. — Нам еще нужно забрать рабыню.
— Она наверняка мертва, — быстро сказал Релг. — Скорее всего, от сотрясения на неё обрушился потолок.
Взгляд, который обратила на него тетя Пол, был тверд, как кремень.
Ни один человек на земле не смог бы долго выносить этот взгляд. Релг опустил глаза.
— Ладно, — тихо сказал он, повернулся и повел их в глубь темной пещеры, которая по-прежнему сотрясалась у них под ногами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
