Демон стоял совсем близко. В трёх метрах. Быть может, только что возник. Быть может, решил досмотреть сцену до конца. Но появился он здесь не более минуты назад, иначе бы она его заметила.
Испуганный взгляд, осознавшей всю тяжесть ситуации официальной любовницы наместника Аджитанта, словно бы заставил события ускориться.
Глаза повелителя посветлели, снова сделались полупрозрачно-зелёными. После чего он сделал шесть шагов вперёд, перекладывая папку с бумагами, зажатую подмышкой, в другую руку, и наотмашь ударил Лею по лицу. Удар оказался настолько сильным, что несчастную отбросило назад, впечатывая в стену. Она тут же упала на колени, успев как-то подставить ладони. И так, стоя почти на четвереньках, словно в глубочайшем восточном поклоне, пыталась сообразить оказались сломаны у неё челюсть, позвоночник или же запястья.
— Ты чего делаешь?! — возмутился, моментально вскипая, друг.
Голова у молодой женщины гудела так, что сказать у неё ничего не вышло. Голос как будто пропал, хотя Лея отчаянно понимала, что должна предупредить Андрея. К ней пришло ужасное осознание, что тот всё это время видел демонов только в их истинных обличьях. Высший казался ему вполне обычным человеком… Чёрт! Ал’Берит даже одет был в вполне современный тёмно-серый костюм. Разве что бордово-золотистая отделка пиджака выбивалась из нормы.
— Замолчи, человек, — бесстрастно, кратко и негромко приказал наместник Аджитанта, смотря пронзительным свирепым взглядом исключительно на Лею. Мужчина для него как будто и не существовал.
— Что?! — ошеломлённо взревел Андрей, закатывая рукава. — Бьёшь девушку и ещё командуешь?! Давай отойдём в сторону и разберёмся!
— Я застаю вас соблазняющим мою женщину, и вы рассчитываете на дуэль? — голос Ал'Берита был ледяным и презрительным. Но в светлых зелёных глазах вновь разгорелось лиловое пламя, выдавая силу ярости. — Я предпочитаю хлыст.
Он повернулся к тому лицом. Кажется, друг наконец-то понял, что перед ним был не человек, но отступать не собирался. Напротив, готовился защищаться. И защищать.
Увидев же в руке демона кнут, Лея наконец-то обрела способность речи. На оружии время от времени появлялись маленькие красноватые точки, давая ей понять, что тот едва тлел. А лучше бы оказался раскалён! Но повелитель не желал, чтобы воспротивившееся ему ничтожное существо погибло раньше времени от болевого шока.
— Нет! Не надо!!! — наконец-то смогла завопить во весь голос она.
Гневно кривя лицо, Ал’Берит посмотрел на неё, разворачивая кнут. Его пристальный нечеловеческий взгляд словно приковывал её к месту. Однако девушка, даже понимая, что конечности едва слушались, всё равно постаралась встать, чтобы помешать свершиться дальнейшему.
«Лучше самой. Вот так! Заслонить своим телом. Хотя бы умереть рядом и сразу!» — звучало внутри неё, стирая все иные мысли.
Но Лее помешали. Белокрылая демонесса обхватила свою госпожу за талию и стремительно поволокла прочь, прикрывая ей рот ладонью. Глубоко-синие, замерцавшие таинственными искорками и утратившие зрачки, глаза Дагенны были широко раскрыты, выдавая внутреннее изумление и панику той. Наместник медленно вновь повернул голову к Андрею, отворачиваясь от любовницы и её телохранительницы. После чего его кожа начала приобретать другой оттенок. Рост и мышечная масса увеличивались, разрывая ткань одежды. Демон менял свой облик на естественный.
Всё существо Леи рвалось вернуться обратно, но Дарра бесцеремонно схватила молодую женщину за ноги, помогая Дагенне. Это не дало разглядеть превращение до конца. А вскоре сёстры и вовсе затолкали её внутрь каменного домика. Увидеть все остальные события и вовсе стало невозможно.
— Пусти меня! — завизжала она, как только оказалась внутри. Руку со рта Дагенне пришлось убрать, чтобы закрыть входную дверь.
— Что происходит? — спросила уже проснувшаяся, но пока ещё ничего не понимающая, Дайна.
— Встань у окна! Не дай ей совершить глупость, — приказала Дарра.
Кхалисси тут же последовала приказу. Правда, сама предварительно выглянула наружу. После чего, тихо ойкнув, стремительно закрыла ставни, хитроумно сооружённые из костей, дерева и кожи, и облокотилась на те, словно пыталась забаррикадироваться. Кажется, не у одной Леи теперь подкашивались ноги. Телохранительницы тем временем скинули свою ношу на постель. Дарра тут же отскочила к двери, позволяя Дагенне одной удерживать госпожу. Беловолосая демонесса вновь зажала молодой женщине рот и прижала к себе. Причём так крепко, что, несмотря на то, что она пыталась царапаться и извивалась как червяк, вырваться не получалось.
— Скажите, что я ещё сплю. Что у меня кошмар, — жалобно застонала Дайна.
— Увы, — жёстко ответила Дарра, беспокойно вертя в руках старый кинжал.
— Чувствую, что я больше никогда не буду спать, — побледнела подруга. — Из-за чего всё произошло?
— Начала не знаю! — воскликнула Дарра. — Я вышла из дома и увидела, как Дагенна бежит со всех ног. Удивилась. Проследила за её направлением. А там повелитель уже разворачивал хлыст.
— Дагенна? — тут же задала вопрос Кхалисси.
— Я не смею ничего рассказывать без дозволения на то повелителя, — резко отказалась та.
— Значит, была свидетелем. И раз не рассказываешь, то виной не только некое сумасбродство нашей госпожи. Была задета честь. Его честь, — размыслила Дайна вслух, выделяя слово «его». После чего крайне осуждающим взглядом посмотрела на Лею и продолжила: — А задета она могла быть лишь одним способом!
— И такому не нужны свидетели, способные разнести слухи, — промолвила Дарра, со злостью швыряя свой кинжал в сторону.
— Поэтому всю вину я возьму исключительно на себя, — спокойно сказала Дагенна.
От её слов девушка прекратила биться и напряжённо уставилась в лицо демонессы. Она наконец-то постигла, что на Андрее и ей самой ничего не закончилось бы.
— Тем более, мне довелось понять, что творилось внутри каждого из участников происшествия… Да и до этого видела, что происходило между людьми. Мне должно было неотлучно находиться рядом с госпожой.
— И надо же было оставить их наедине! — начала сокрушаться Дарра.
— Угу-гу-гу, — виновато попыталась произнести что-то Лея.
— Она немного успокоилась, — сказала Дагенна сёстрам, поясняя из-за чего убирала руку, даруя первому заместителю наместника относительную свободу.
— Я, — намерилась принести извинения девушка, но беловолосая демонесса прервала речь советом:
— Не сожалей. Это уже ничего не исправит. Лучше сядь на скамью и жди.
Все замолчали в тревожном ожидании. На улице было крайне тихо. Лишь изредка слышался болезненный вскрик и тут же прерывался. В такие моменты Лея вздрагивала, ощущая, как по коже пробегали противные мурашки.
«Он держится. Старается быть мужчиной до конца», — горько осознала она.
После чего к ней пришло понимание, что стоило всё рассказать другу. Объяснить как есть. И тогда ничего бы не произошло. Его боль — её вина. Ни на миг не следовало забывать, чья она собственность. Не даром же кожу даже украшало клеймо. Это только из-за неё Андрей там страдал. Лее хотелось заплакать, но слёз почему-то не возникало… Секунды бежали быстро, но казались минутами. А минуты — часами. И всё внутри неё замерло в ожидании одного момента — когда раскрылась бы входная дверь и зашёл Ал’Берит.
В представлении молодой женщины демон входил зловеще улыбаясь. Белоснежная сорочка оказалась бы вымазана пятнами крови. А красные капли стекали бы с его точёных пальцев. В одной руке виконт, наверняка, бережно держал бы свою неизменную папку с документами. А в другой — отрезанную голову…
«Стоп!» — остановила она своё воображение.
Приняв естественный облик, Ал’Берит не мог прийти в таком виде. Пусть ей и не довелось увидеть превращение до конца, но то, что на нём ткань рвалась — да. Его одежда была испорчена, а, значит, скорее всего, он появился бы в естественном обличье. Сознание Леи тут же нарисовало такое жуткое и страшное существо, что она содрогнулась.
