Читаем без скачивания Сердце Альтиндора. Дилогия (СИ) - Крис Кельм

Впереди шли арбалетчики, сам Комбат и один из «мышиных» магов, следом за ним готовые к неожиданностям спецы, далее лучники, от которых в тесноте подземного хода толку было немного. Мне Комбат приказал держаться в середине отряда — то ли из недоверия, то ли из тактических соображений. Замыкали группу «мыши» и составивший им компанию Айс.

Подземный ход был тесным только в самом начале, во время затяжного пологого спуска. Потом, когда уклон сошел на нет, стало просторнее, и нам больше не нужно было растягиваться многометровой колонной. Тем не менее, чтобы избежать ненужных потерь, мы не жались друг к другу, сохраняя дистанцию и отведенные каждому участнику рейда места.

В конце спуска слева от входа в туннель мы увидели слегка выпуклую круглую каменную площадку, известную каждому игроку: точку возрождения. Глядя на нее, вздохнули не только прожженные игроки. Все-таки намного легче было бы спускаться в подземелье уверенным в том, что после смерти ты «воскреснешь» на точке, потеряв лишь часть наигранного опыта.

Подземелье было похоже на туннель метро — стены тщательно обработаны, сводчатый потолок, никаких ответвлений и крутых поворотов. Лишь иногда стены неожиданно расходились в стороны и терялись в кромешной тьме, которую не в состоянии были развеять крохотные «Светлячки». Так как перед нами была поставлена определенная цель, обследование пустот было решено оставить на потом.

Мы же продолжали двигаться вперед.

Царившую в туннеле тишину нарушали лишь наши шаги, приглушенное дыхание, лязг оружия, хруст щебня под ногами. Кроме обработанных стен мы не встречали никаких следов пребывания человека или каких-нибудь других существ. Подземелье выглядело словно квартира, из которой вынесли всю мебель, протерли пыль и вымыли полы перед сдачей новому жильцу. Другими словами: складывалось такое впечатление, словно разрабы лишь очертили контуры мира, после чего свернули дальнейшие работы до лучших времен. И глядя на голые каменные стены, мы все больше приходили в уныние: если так и дальше пойдет, нам попросту нечем будет поживиться в этом не доведенном до ума мире.

Неприятности начались неожиданно. Когда туннель сузился, один из «мышей» споткнулся и нечаянно толкнул своего соседа. Тот невольно шагнул в сторону, налетел плечом на стену и… погрузился в нее по самую лопатку. Выкативший глаза «мышь» заорал во все горло, задергался, пытаясь вырваться из страшной ловушки, но камень его не пускал, напротив, медленно, но неизбежно начал заглатывать бьющуюся в истерике жертву. Ему на помощь пришли товарищи, схватили бедолагу за руку, попытались вырвать из объятий вязкого камня. Увы, прожорливая стена не хотела расставаться со своей законной добычей. «Мышь» тщетно пытался отсрочить незавидный конец и напрасно взывал к нам о помощи. Мы ничем не могли помочь несчастному, стояли и смотрели, как он постепенно уходит в камень. Когда исчезла голова, крик оборвался, но нижняя часть тела все еще продолжала извиваться и дергать ногами.

— Да, добейте его кто-нибудь! — послышался голос за моей спиной. Я даже не обернулся, чтобы взглянуть, кто там такой умный. Но и в сторону прожорливой стены я больше не смотрел.

— Минус один, — констатировал кто-то из бойцов.

Остальные молчали и смотрели, кто куда, только не в глаза своим товарищам, словно каждый чувствовал себя виноватым в смерти «мыша».

— Идем дальше, — нарушил тишину хриплый голос Комбата. — Предельное внимание! Смотрим под ноги, ни к чему не прикасаемся, если заметили что-нибудь необычное, говорите сразу, до того, как случится непоправимое.

Смерть «мыша» поразила всех, даже видавших виды бойцов: так нелепо и так страшно умереть, проглоченным каменной стеной.

Дальше шли осторожно, всматриваясь в пол и стены, но это не спасло от очередных потерь.

Каменная плита ушла из-под ног арбалетчиков резко и бесшумно. Оба устремились следом за ней, огласив подземелье долго незатихавшими воплями.

— Всем стоять! — запоздало крикнул Комбат, уже занесший ногу над внезапно образовавшимся провалом. Кто-то из спецов схватил его за ворот и резко отдернул назад.

Потом мы столпились перед разверзшейся бездной шириной более двух метров и глубиной…

— Такое впечатление, будто у нее нет дна, — заметил маг «мышей».

И я был с ним согласен. Крик провалившихся ребят мы слышали секунд десять, но и потом он не оборвался, а постепенно затихал по мере увеличения разделявшего нас расстояния.

Края провала были идеально ровными, но мы видели лишь верхние сантиметров тридцать камня, ниже царила… Нет, это была даже не темнота — черная пустота.

— Минус два, — отметил все тот же счетовод.

Комбат обжег его строгим взглядом, потом обернулся и сказал:

— Мы лишь вошли в подземелье, и уже потеряли троих. Дальнейшее продвижение становится слишком опасным. Поэтому я принимаю решение: дальше пойдут только добровольцы. Остальные могут вернуться назад.

Никто не промолвил ни слова, не кивнул, соглашаясь с решением командира, не развернулся, чтобы уйти, оставив своих товарищей.

— Придется прыгать, командир, — сказал один из спецов.

— Я первый, — отозвался Комбат.

Мы отошли назад, Комбат разбежался и легко перелетел на противоположный край провала, твердо приземлившись на камень с хорошим запасом. За ним последовали остальные. Я прыгал во втором десятке: разбежался, оттолкнулся, пролетел над бездной, приземлился на ноги, и меня подхватили под руки двое страховавших.

Следующим прыгал наш лучник — тучный парнишка лет двадцати пяти. Он взял большой разбег, оттолкнулся от самого края, но то ли нервы подвели, то ли толчок был недостаточно силен… Он приземлился в двадцати сантиметрах от края, над бездной. Именно — приземлился, именно — над. Он так и застыл в воздухе, словно у него под ногами было толстое прозрачное стекло. Двое страховавших сдернули его на каменную поверхность, и лишь потом удивленно посмотрели на то место, где только что стоял лучник. Один из них присел и сунул руку в провал. Она погрузилась по локоть, не встретив сопротивления.

— Чудны дела твои, Господи, — пролепетал кто-то из толпы.

А потом воцарившееся молчание нарушил звонкий шлепок ладонью по лбу и громкий выкрик:

— Да, это же баги, мать их! А я-то думаю, что такое до боли знакомое…

Баги?! Хм…

Что ж, возможно, он был прав. По крайней мере, очень на то похоже. Локация была недоработана, не протестирована. Багов здесь должно быть немеренно. Удивляло лишь одно: мир стал реальным, а баги остались?

Догадка соратника по оружию не встретила возражений. Во-первых, скорее всего, он прав, во-вторых, другого объяснения случившемуся все равно не было.

— Командир… — потухшим голосом проговорил стоявший рядом с Комбатом спец. — Ты знаешь, я никогда не прятался за спинами товарищей и всегда лез в пекло в числе первых. Но баги… Это хуже русской рулетки — неизвестно что, где и когда выстрелит.

— Я с ним согласен, — поддержал спеца Айс. — Мы рискуем жизнями ради призрачной цели. Нет никакой уверенности, что мы найдем то, за чем сюда пришли.

Комбат ответил, продолжая смотреть себе под ноги:

— Я не приказываю и не прошу следовать за мной. Все только что еще раз убедились, что впереди нас может ожидать масса неприятных сюрпризов. Поэтому я повторяю: желающие могут вернуться.

И снова гробовое молчание в ответ. Возможно, и были желающие подняться на поверхность, но никто не хотел прослыть трусом. Даже Айс, хоть и остался при своем мнении, но с места не тронулся.

После чего Комбат первым двинулся вглубь туннеля, а мы последовали за ним.

Мы шли вперед не спеша, каждое мгновение ожидая новых потерь. Любой из нас был уверен: они еще будут — и надеялся, что лично его минет сия чаша.

Туннель продолжал сужаться. Теперь его ширина не превышала трех метров. Впечатление того, что мы двигались внутри огромной трубы, только усилилось.

Впереди показалась полукруглая арка, втиснутая между стен.

— Всем оставаться на местах! — приказал Комбат, предчувствуя новые неприятности, и в одиночестве шагнул под арку. В правой руке меч, в левой — щит, прижатый к плечу. Он медленно ступал по полу, так что в царящей тишине слышалось лишь тихое похрустывание каменной крошки под его ногами. Мы, сжимая кулаки на удачу, стояли перед аркой и не сводили глаз с нашего бесстрашного командира.

Когда силуэт Комбата готов был скрыться в темноте, за ним последовал маг, над которым горел шарик «Светлячка», а следом, один за другим, все остальные.

Эта часть туннеля, в общем-то, ничем не отличалась от предыдущей, если не считать дыр, покрывавших ее стены. Они были почти одинакового диаметра — около десяти сантиметров, — но никакой системы в их расположении не было. Находясь на разном расстоянии друг от друга, они смотрели на нас черными глазками со стен, с потолка, и даже с пола — такие обходили стороной.