веществ. Портнов, вопреки ожиданиям, предпочел самый хлопотный путь.
— Теперь главное — немного продержаться, а там посмотрим, — подмигнул Сафаров Леньке. — Единственное, что мы должны — стрелять почти непрерывно. Не высовываясь и не целясь. Главное, чтобы сюда не могли войти. Нас-то им надо живыми. Но и на окна не забывай оборачиваться. Вдруг оттуда полезут.
— А если химию пустят?
— Пока, как видишь, нет, но все может быть.
Вход из маленькой прихожей в комнату находился сбоку. Так что входную дверь обороняющиеся видеть не могли. Для этого надо было высунуть голову за угол стены, что Мурад считал излишним. Со стороны подъезда донеслось скрежетание. Кто-то протискивался мимо перекрывшей вход металлической плиты. Сафаров, высунув руку с пистолетом-пулеметом «Клин», пустил в сторону звуков короткую очередь. Из коридора донеслись ругательства, скрежет стих.
Глава 2
Уже в течение пяти минут портновские хлопцы безрезультатно топтались у входа в неприступную квартиру. Стоило кому-то попытаться втиснуться в напоминающую узкий грот прихожую, как по стенам начинали щелкать пули. Двоих легко ранило. Времени совсем не оставалось. Директор «Кирасы» покусывал губы, чувствуя, что добыча и на сей раз близка к тому, чтобы сорваться с крючка. Либо пожарные явятся, либо милиция — наверняка среди жильцов найдется умник и вызовет, или сами услышат пальбу. Портнов глянул на часы.
— Ну, кретин, не хочешь по-тихому, получишь на полную катушку, — пробурчал он и обратился к вернувшемуся шоферу, — в багажнике нервнопаралитические гранаты. Возьми две и отнеси наверх. Одна нога тут, другая — там! Быстро!
Дымовуха, затеянная дуэтом обороняющихся из матраца, флакона одеколона и щепотки пороха разошлась не на шутку. Несмотря на распахнутое кухонное окно, густой вонючий дым тянуло в комнату. Очевидно, в процесс пожара втянулись какие-то пластиковые изделия. Теперь продукты их сгорания заволакивали помещение темными клубами, они заставляли слезиться глаза и раздражали легкие сквозь фильтры смоченных тряпок. Сквозняк тащил гарь в подъезд, но и в комнате ее никак не становилось меньше. Уровень кислорода неуклонно падал, словно в набирающей рабочие обороты газовой камере. При таком быстром темпе задымления отравление неминуемо грозило людям в ближайшие минуты. Зайдясь в кашле, Ленька бросился к окну и разбил прикладом стекла.
И тут же с улицы навстречу ему вместе с потоком чистого воздуха, будто черти из табакерки, выскочили две металлические оглобли, едва не сбив парня.
— Окружают! — крикнул он, нацеливаясь в проем, откуда должны были появиться штурмовики.
Между оглоблей возникла голова рыцаря в шлеме с прозрачным забралом.
— Не стреляй, это пожарники! — сквозь кашель завопил из-за спины Мурад. — Брось автомат в угол! Нам только новых неприятностей не хватает!
Они помогли мужчине, тянущему с собой шланг, забраться через подоконник.
— Пострадавшие есть?
— Да нет, мы кашляем вот только, — выдавил Сафаров.
— Сколько вас?
— Да вот — двое. Больше здесь никого. Но там соседи сюда рвутся. Осторожно с ними: вооружены и пьяные!
— Вооружены?!
— Ну, да! Думают, мы их выкурить хотим. Вот и угрожают. Пьяные, что с них взять? Так что вы поосторожней.
— Надо в милицию звонить. Где очаг возгорания?
— Основной — там, — показал Мурад в сторону выхода из квартиры.
— Ясно. Значит, в помощи не нуждаетесь? — уточнил пожарник.
— Нет.
— Тогда эвакуируйтесь самостоятельно.
Уступив дорогу подмоге в виде еще нескольких рыцарей, Сафаров и Гридин скатились по лестнице вниз.
* * *
Воспользовавшись установившимся затишьем в стрельбе, в прихожую, преодолевая неудачно сорванную взрывом дверь, устремились бойцы Портнова. Но и на сей раз осуществить взятие упрямого бастиона в виде стандартной хрущевки им не удалось.
Многоатмосферная струя, пущенная решившим подстраховаться пожарником, выбросила группу захвата на лестничную клетку. Покрытые с ног до головы пеной, отплевываясь и матерясь, они в беспорядке отступили. Наиболее разъяренный из кирасовцев — огнетушительная смесь ударила его прямо в лицо, хотел «жахнуть» в пожарников гранатой, но был удержан сообщниками.
Никита Петрович, которому о приезде пожарников доложили с небольшим опозданием, немедленно распорядился об отмене газовой атаки, приказав захватить противника внизу без использования ка-кого-либо оружия.
Сразу после появления красных автомашин «электрики» покинули свой наблюдательный пост и отъехали в сторону. А навстречу сошедшим вниз беглецам из микроавтобуса высыпало полдюжины физически развитых парней.
— К пожарке! — направил Леньку Мурад. — Возьми сумку. Беги вперед, я их задержу.
До опустошающей свои водные запасы машины было метров двадцать. Гридин махом преодолел эту дистанцию, рванул дверцу кабины и навел пистолет на водителя.
Сафарова настигли у подножки. Вид полного человека, неловко растопырившегося на пути, в очередной раз усыпил бдительность. И первый напавший боевик вонзился макушкой в диск переднего колеса, второй пропахал асфальт в направлении задней подвески, третьего опрокинул на месте прямой в голову. Мурад вскочил на ступеньку, схватился за ручку, ногой отбросил очередного нападающего и плюхнулся на сидение. Мотор взревел, брезентовый шланг, уносимый рванувшим с места «КАМАЗом», вылетел из окна, пустил высокую струю, изогнулся, подобно хвосту рассерженного дракона, и сбил с ног еще двух преследователей.
* * *
Профессор Каретников и Тамерлан сидели в тесной комнатушке, недалеко от входа. Здесь по углам стояли несколько ведер, метел, граблей и других нехитрых приспособлений человеческого труда, а также четыре стула. Говорить им было не о чем. Обветренное желтоватое лицо хромца напоминало тысячелетнюю мумию. Его маленькая неподвижная фигурка, застывшая на корточках у стены, точно приклеенная, подкрепляла это впечатление. Анатолий Валентинович вел себя непосредственнее. Еще бы — в Москве его ждала куча дел! Он несколько раз вставал, громко стучал в дверь и заговаривал с караульщиком. Верхняя часть комнатушки над выходом была застеклена, профессор со стула пытался увидеть охранника и обратить на себя внимание.
Но усатый часовой, оставленный присматривать за обнаруженными в «Свече» субъектами, подпирал доверенный ему дверной косяк со скучающим, но бескомпромиссным видом и в разговоры вступать не собирался.
Все трое услышали сначала одиночный выстрел, затем, несколько минут спустя, длинную очередь. Усатый довольно ухмыльнулся, сплюнул, приоткрыл дверь и окинул доверенных ему олухов презрительно-враждебным, но довольным взглядом. Его улыбка словно бы говорила: «Скоро и с вами, гадами, разберемся».
— Ну, чего рвешься? В сортир захотел? — спросил он.
— Да! Отведите меня! — потребовал Каретников.
— Перебьешься, вот у тебя сколько ведер. Назад! — повел охранник автоматом.
И снова запер дверь.
— Хамье! Получили оружие и чувствуют себя хозяевами, сволочи такие, — выругался профессор. — Вот расскажу Аркадию, что они здесь пальбу устроили!
Тамерлан глубоко вздохнул и долго еще смотрел в ту сторону, откуда
