Читаем без скачивания Многоярусный мир. Том 1. Сборник фантастических произведений - Филип Фармер

— Отец говорил мне, что его крепость находится на планете Аппирмадзум. Вокруг нее вращаются четыре планеты, каждая из которых примерно такого же размера, как эта. И все удалены от Аппирмадзума не более, чем на двадцать тысяч миль. Планеты не новые, отец создал их, как серию, примерно пятнадцать тысяч лет назад, но держал закрытыми, их врата действовали тогда, когда через них проходил отец, потому они не поддавались обнаружению.

— Так вот почему я тоже видел три планеты, — сказал Вольф. — Они располагаются квадратом и одна скрыта Аппирмадзумом.

Его не интересовало, каким образом тела таких больших размеров тем не менее удерживаются в сравнительной близости и тем не менее остаются в стороне от исхоженных путей (наука Властелинов была вне его понимания). Они унаследовали и использовали силы, принцип действия которых больше не понимали. Достаточно было того, что они им владели.

Недостаток знаний делал Властелинов уязвимыми. У каждого из них имелись множество машин и механизмов, но если что-нибудь ломалось, терялось или было украдено, Властелину ничего не оставалось, как похитить подобную вещь у соседа, если у того еще имелся аналог. Поэтому оборонительные сооружения, какими бы неприступными они не казались, всегда имели бреши. Но обнаружить их можно было только непрестанно нападая. Так что, несмотря на беспомощность группы в данный момент, Вольф не терял надежду на победу.

Ожидая, пока прекратится ртутный ливень, он размышлял. Из уголка мозга всплывала мысль, уже давно беспокоившая его и не имеющая казалось бы никакого отношения к происходящим событиям. Подсознательно он продолжал тревожиться о Хрисенде, помочь которой в данный момент ничем не мог.

Имена отца, братьев и сестер, кузенов не переставали удивлять Вольфа, с тех пор, как он восстановил в памяти свою жизнь Джадавина, Властелина мира Тнерса.

Уризен, Вала, Лувах, Анана, Теоторион, Паламброн, Энъен, Аристон, Тармас, Ринтрах — именно под этими именами упоминал Уильям Блейк в своих символических и дидактических произведениях Властелинов и таинственных космогонов. Это не могло быть простым совпадением. Вольф был убежден в этом, но как прознал про них английский поэт-мистик? Встретил ли он какого-нибудь изгнанного Властелина, скитающегося по Земле, и тот по неизвестной причине поведал о своих собратьях землянину? Может быть, и Блейк, вероятно, использовал некоторые эпизоды из жизни Властелинов, как основу своих апокалиптических стихов. Хотя конечно, сильно исказил слышанные истории.

Когда-нибудь, если он выберется из этой ловушки, надо будет поискать его на Земле, а также порасспрашивать тех Властелинов, которые решатся побеседовать с ним.

Ртутный град прекратился. Выждав для полной уверенности еще полчаса, островитяне вернулись на главную палубу. Глазам их предстало печальное зрелище; настил был сожжен и исковеркан, стены были испещрены пробоинами настолько, что корни и листья превратились в лохмотья. Особенно сильно пострадала гандола — от нее остались одни обломки. Всю палубу усеивали капли ртути.

Теоторион произнес:

— Ртутный ливень нельзя сравнивать с метеоритным. Капли летят всего лишь сотню миль в час, когда входят в атмосферу, и, прежде чем достигнуть поверхности, еще больше снижают скорость и распадаются на брызги. И все же…

Он махнул ластом, указывая на причиненный ущерб.

Вольф посмотрел вокруг. Уцелевшие гнезда медленно удалялись. У крылатых людей хватало своих забот, им было не до атаки.

Лишившиеся крова нечидлоры так перегрузили один из сфероидов, что он заметно терял высоту.

Лугарн был мрачен. Огромные потери среди островитян сильно затрудняли маневрирование островом и сделали невозможным его защиту в случае следующего нападения. Племя останется беззащитным до тех пор, пока не подрастут дети. Однако не было никакой надежды, что за весь этот долгий срок не произойдет ни одного столкновения.

— Мой народ обречен, — сказал Лугарн.

— Положение серьезное, — согласился Вольф. — Но в конце концов вам же не обязательно затевать бой с каждой встречной Абутой или островом на поверхности океана. Вы как-то говорили мне, что единственным поводом между племенами абуталов служит сближение их островов. Так избегайте этого, а нечидлоры встречаются редко. Ведь вы, если не ошибаюсь, натолкнулись на такое большое гнездовие пятнадцать лет назад.

— Что? Уклоняться от сражений?! — воскликнул Лугарн. Он удивления у него отвисла челюсть. — Ну, знаете… такое даже в голове не укладывается. Ведь мы прослывем трусами, а наши имена станут оскорбительными словами в устах врага.

— Вздор, — возразил Вольф. — Как они разглядят вас, если вы не дадите им приблизиться, если вам этого так хочется, если не можете отказаться от своих предрассудков.

И Вольф вместе с другими принялся расчищать остров. Мертвых и раненых нечидлоров выбросили за борт. Павшим в сражении абуталам устроили похоронную церемонию. Погребальный обряд совершил Лугарн, так как колдуну в стычке разбили голову, Тела погибших столкнули за борт и их приняло море.

Днем и ночью остров медленно двигался по ветру. Долгими часами Вольф глядел на огромную сферу Аппирмадзума. До нее было две тысячи миль-так близко и одновременно недосягаемо. С таким же успехом она могла находиться и за миллион миль. Неужели нельзя отыскать способ попасть туда? И в голове у Вольфа мелькнула идея — идея столь сумасшедшая, что он сам посмеялся над собой. И все же, будь под рукой необходимые материалы, план можно было бы претворить в жизнь.

Абута пролетала над полярной облачностью, поверхность которой не отличалась от других районов планеты. Дважды на горизонте появлялись вражеские острова. Но как только они меняли курс на сближение с Абутой, Лугарн печально приказывал спасаться бегством. Клапаны по бокам острова регулировались так, чтобы придать ему боковое ускорение и расстояние между летающими островами сохранялось неизменным. Через некоторое время противник прекращал преследование, не рискуя больше использовать газ из пузырей. Лугарн объяснил, что маневры абуталов при столкновении продолжаются иногда до пяти дней.

— Никогда не встречал людей, которые бы так стремились умереть, — откровенно признался Вольф.

Однажды, когда уже всем Властелинам казалось, что они будут вечно лететь над бескрайними просторами океана, раздался крик впереди стоящего. Все сбежались на крик.

— Мать всех островов! — кричал он. — Как раз впереди! Мать Островов!

По сравнению с матерью островов ее дети выглядели действительно небольшими. С высоты трех тысяч футов Вольф не мог окинуть плывущую массу от берега до берега одним взглядом. Остров был около двадцати миль в ширину и около тридцати миль в длину. Все на свете относительно и мать островов была на этой планете почти континентом.