Читаем без скачивания Ураган мысли (Повести.) - Вадим Проскурин

А потом мир сдвинулся с места и перестройка стала казаться прекрасным сном. Многие, увидевшие intro, не выдерживали своих изменений, и на какое-то время шизофрения стала профессиональной болезнью компьютерщиков. А с компьютерами в то время работали многие... Индия исчезла с лица земли в атомном апокалипсисе, прихватив за собой Пакистан. Вспыхнули первые смутные войны. Комики и сатирики издевались с телеэкранов и страниц желтой прессы, они говорили, что весь мир сошел с ума. Иногда кто-то из них понимал, что говорит правду, и навсегда замолкал. А потом перестали выходить газеты и умерло телевидение, и замолчали оставшиеся.

В каменных джунглях завелись первые волки, и первые же их подвиги затмили собой всех Чикатил и Джеков-потрошителей, вместе взятых. В первое время правительства еще пытались как-то контролировать ситуацию, но зараза по имени intro распространялась все шире и шире, не убивая, но изменяя. Люди становились умнее и, следовательно, сильнее, но не добрее. Возникли первые кланы. Интернет приказал долго жить, его примеру последовала телефонная связь, вначале междугородняя, а затем и вся остальная, и мир распался на множество медвежьих углов, укрытых на просторах планеты, будто бы внезапно увеличившейся в размере.

И настало смутное время.

Ранлоо до последнего пытался быть как все. Он ходил на работу и отсиживал положенные часы, искренне стараясь не замечать, что творится вокруг. Когда перестал ходить общественный транспорт, Ранлоо угнал жигуленок. Обострившийся ум подсказал ему, что связываться с иномарками пока не стоит. На следующий день в этой машине появился дробовик, а еще через неделю - АК-74. В тот же день Ранлоо впервые в жизни запустил Doom, и его перерождение завершилось.

Малый дракон вылупился из яйца.

19.

Сегодня утром, через три с небольшим года после рождения, малый дракон приказал долго жить. С особой жестокостью. При этом печальном событии присутствовала леди Ребекка, бывшая жена и подруга, а ныне вдова малого дракона.

В 12:04 часовой доложил, что с запада быстро приближается автомобиль.

Посмотрев в бинокль, я убедился, что это лимузин Ранлоо, черный трехсотый "Мерседес", с голубой паутиной на обеих передних дверях. Я сообщил об увиденном Спэрилу и стал дожидаться развития событий.

В 12:06 "Мерседес" пересек границу Эльдорадо и остановился у нашего поста. Водительская дверь медленно и как бы через силу открылась, и оттуда вылезла, нет, выкарабкалась леди Ребекка. Боже, во что она превратилась!

Три года тому назад будущий лорд Ранлоо снял будущую леди Ребекку на Тверской, и в тот день он был как никогда близок к безумию. Я никогда не забуду, как во второй раз после изменения я запустил Quake. Тогда в моей прихожей уже висел на крючке АК-74 с полупустым магазином, а я был в панике. Мое путешествие с работы домой могло оказаться последним - волки расплодились настолько, что даже автомат на пассажирском сиденье стал недостаточно хорошей защитой. Я только что убил первых двух человек в своей жизни, я напился и я загрузил Quake.

Всего через несколько минут игры я понял, что неуязвим. Нет, я не набирал коды на клавиатуре, я играл честно, но я стал неуязвим. Мое сознание изменилось настолько, что ни один козел не имел против меня ни малейшего шанса. Я не могу сказать, что мой мозг стал работать быстрее, или что мои чувства обострились. Мои чувства, наоборот, притупились, я перестал видеть лишнее, мое подсознание заботливо убирало ненужные элементы с экрана компьютера, я перестал ощущать текстуру стен, игру света и тени, перестал слышать звуки, доносящиеся из соседних комнат. Я перестал видеть все, кроме врагов. Я перестал слышать все, кроме звуков, издаваемых врагами. Я перестал думать обо всем, кроме того, что я должен выжить и что я должен убивать. Мое опьянение куда-то ушло, нет, оно не исчезло, оно просто отдалилось, став чемто столь же незначительным, как прогноз погоды на завтра в Калифорнии. Я взял автомат и вышел в ночную Москву. Я тренировался всю ночь, и под утро в моем воспаленном мозгу слова сложились в молитву. Я думаю, что эта молитва спасла меня от безумия.

Лорда Ранлоо спасла от безумия Ребекка. Я не знаю, как ее звали раньше, и то, что произошло тем утром, известно мне только в самых общих чертах.

Ранлоо, еще не лорд, но уже Ранлоо (он взял себе новое имя предыдущим вечером) неспешно катился по Тверской, поглядывая по сторонам в поисках очередной жертвы. Он сильно устал за ночь, он уже сменил три машины с простреленными покрышками и расстрелял не менее двух магазинов патронов.

Сейчас он ехал к дому, как волк возвращается под утро в берлогу с удачной охоты. И тогда Ранлоо увидел ее.

Она стояла на тротуаре и смотрела невидящими глазами на джип с выбитыми стеклами, в котором ехал Ранлоо. Она была столь прекрасна, столь невинна, столь беззащитна, что рождающийся волк жалобно заскулил и скрыл свой хищный оскал. Как оказалось, навсегда.

Ранлоо остановил джип в метре от незнакомки. И когда он ступил на асфальт, она заплакала. Она рыдала, согнувшись, упав на колени в слепом ужасе, и не отводя глаз от добродушного лица лорда, искаженного своей новой сущностью. И эта сущность изменилась еще раз.

Ранлоо стоял над прекрасной рыдающей женщиной, и образы смерти, насилия и безумия отходили вспять, оглашая просторы разума отвратительными воплями. Ранлоо опустил руку и еще теплый автомат, глухо зазвенев, упал на асфальт. Ранлоо вытер руку о штаны (они немедленно испачкались кровью) и взял леди за подбородок. И смертельный страх в ее взгляде отступил. И дракон осознал, что кроме смерти есть жизнь. И что упоение есть не только в бою, но и в любви. И дракон влюбился. И через час Ребекка начала свое превращение в леди.

20.

Сейчас Ребекка выглядела чудовищно. Выше пояса она была полностью обнажена, а разорванная юбка практически не скрывала остального. Судя по многочисленным укусам, синякам и ожогам, ее долго и методично насиловали.

И не кто-нибудь, а волки, так хорошо знающие вкус смерти и так плохо знающие вкус любви. Ребекка вгляделась в мое лицо, узнала и упала без чувств на мои спешно подставленные руки. За миг до того, как ее глаза закатились, я прочитал в них облегчение.

Шесть минут ушли на мой доклад Спэрилу и на приведение леди в чувство.

И она сказала первые слова. И ее первыми словами был крик. Плач, рев, стон, называйте это как хотите. А потом, немного успокоившись, она сказала вторые слова:

- Кевин из Лезеня и Таскер ворвались в Щапово. У них танки. Сева мертв.

И тогда я узнал настоящее имя лорда Ранлоо, да будет земля ему пухом.

21.

Что такое танк Т-90? Прежде всего, это двигатель, одинаково жадно поглощающий любое топливо от самой грязной солярки до авиационного керосина, и разгоняющий 40-тонную машину до 100 километров в час. Еще это гладкоствольная пушка с принудительным продувом ствола и механическим зарядным устройством барабанного типа. Эта пушка бросает 20-килограммовый снаряд на 12 километров, и умеет стрелять короткими очередями. Это крупнокалиберный турельный пулемет с автономным наведением - верная смерть для всего живого и небронированного в полутора километрах. Еще это восемь самонаводящихся ракет, но я не буду о них говорить ибо в новом мире нет для них целей.

Как убить танк? Можно выстрелить в него бронебойным снарядом или ракетой. Вначале система активной защиты попытается сбить снаряд на лету.

Потом кассета реагирующей брони выбросит струю взрывных газов навстречу снаряду. Потом тяжелая титановая пластина прокатится по рельсам внутри броневой плиты, чтобы остановиться точно на пути снаряда. И, наконец, если снаряд все еще не сбился с пути, ему остается последнее - пробить метровую броню из прочнейших сплавов с точно рассчитанными пустотами внутри, с пластиковыми прокладками, отклоняющими ребрами и снарядоприемниками.

Можно выстрелить в танк кумулятивной гранатой. Этой гранате придется проделать весь вышеописанный путь, а гранатометчику - избежать встречи вначале с радаром, термодетектором и лазерным прицелом, а затем с турельным пулеметом.

Можно подложить мину под гусеницу танка. Только как подложить мину точно в нужное место? И где найти противотанковую мину в новой жизни?

В 1943 году на Курской дуге один советский солдат сжег "Тигр" одним выстрелом из винтовки. Пуля попала точно в ствол заряженной пушки и фугасный снаряд разворотил 45-тонную машину изнутри. Сумасшедшее везение. Повторить такое не удавалось никому и никогда.

Считается, что современный танк в чистом поле неуязвим для легковооруженной пехоты. Но те, кто так думает, наверное, никогда не слышали слов стрелка по имени Роланд. Он говорил: "Самое сильное оружие стрелка - это сам стрелок". Если бы Роланд жил на самом деле, а не в безумной книге безумного писателя, он нашел бы тысячу способов убить танк из револьвера в чистом поле. Я не Роланд, и я не нашел тысячу способов, я нашел только семь. Да и то не из револьвера.