— А-а… — Бэр выглядел скорее удрученным, чем обрадованным этой вестью. — Ну, ты это, молодец…
«Завидует, должно быть», — решил Свен. И добавил:
— Так что нынче мы с Петером прибыли ко мне домой для скорейшего изучения найденных улик.
— Сюда ближе идти, чем в кордегардию, — впервые подал голос Петер. — Мы здесь все спокойно осмотрим и уж потом вам доложим. Чего раньше времени, думаем, начальника стражи беспокоить… Тут ведь дело непростое, а у вас теперь и так забот полным-полно.
Бэр тяжело вздохнул, переводя дух, и подергал воротник, будто тот мешал. Потом тяжело поднялся и, уже направляясь к двери, пробурчал:
— Это все хорошо, это правильно, что разобраться решили… Забот сегодня и впрямь до Гангмара выпало… Только не медлите, голубчики. Едва что-то узнаете, тут же мигом сообщите! А то с меня три шкуры епископ с сенешалем сдерут. И за кубок серебряный, и тем паче за Слезу. Если что важное прослышите — бегом ко мне, хоть бы даже и ночью… О-хо-хо… Боюсь, и ночью теперь покоя не видать…
Едва дверь за Бэром захлопнулась, из кухни показалась Эльга:
— Кушать будете? Я сейчас… — Свен с Петером во все глаза уставились на девушку: она уже успела основательно припудриться уликами из коробочки настоятельницы.
Глава 40
Обед, приготовленный Эльгой, оказался обильным и сытным. Свен ел с удовольствием, ложка так и мелькала, а Петер был задумчив — его меланхолию приятель истолковал по-своему и заявил:
— Что, брат, завидуешь моему счастью, а? Не каждому такая хозяюшка достается!
Эльга благодарно улыбнулась и прижалась к могучему Свенову плечу. Петер смолчал и вскоре отодвинул тарелку.
— Что ж ты так? — укоризненно заметил Свен. — И не поел вовсе! Эльгушка старалась…
— Да я все думаю… Об этой книге думаю, которую у Лукаса изъяли… И еще думаю… как ты собираешься Марольда ловить? И еще — зачем этой Марне краски?
— Как зачем? — встряла Эльга. — Известное дело, если она к Марольду на свидания бегала, ей же хотелось получше выглядеть, вот она и мазалась небось. А уж сама такая страшная, бледная, сутулая — ни дать ни взять, Гангмарово проклятие ходячее! Ну, покушали? Я уберу?
Девушка засуетилась, собирая посуду, а Свен откинулся на стуле и внимательно поглядел на молчаливого колдуна. Выждав, пока Эльга скрылась на кухне, он тихо проговорил:
— Честно сказать, рыжий, я не знаю, как Марольда изловить. Вот чудится мне, что в городе он. Наверняка какие-то связи у него в Пинеде сохранились, что бы там Бэр ни рассказывал. И о кубке он узнал, и о приезде епископа… С кубком-то я так старался подгадать, чтобы все как бы случайно получилось, чтобы у разбойника времени на подготовку не оставалось, а злодей снова нас опередил, да и не один орудовал. Так что людишки какие-то у него здесь имеются… Если их отловить, то и на самого Марольда выйдем. Но как потом-то его брать? Вот в чем закавыка!
— Марольд — сильный колдун, — заметил Петер. — Я помню, мы с учителем…
— Ты с учителем! — Свен резко выпрямился. — Да я сам Марольда брал! Сам! И ничего такого особенного не было, так, помахались маленько, пока сэр Реквист его по башке не треснул…
— Но ведь Черный сбежал? Верно?
— Ну да… Сидел, в кандалы закованный, как заяц, да вот этот самый цветочек мастерил. — Свен открыл шкатулку и повертел цветок, потом снова вернул на место. — И вдруг… Ты не представляешь, схватил телегу, швырнул, а сперва цепи порвал — только осколки полетели! Марольд попросту полгорода прошел, и никто не мог его остановить… А сперва тихий был, слабый… И колдунишка отрядный, Герт, тот что-то знал о Марольде, точно говорю!
— Какой колдунишка?
— Да был с нами, когда Марольда брали… Наемник, из Ренприста. Так себе колдунишка, ничем особенно не помог в драке, но одно сказал толково — убить, говорит, Марольда сразу нужно и на перекрестке зарыть. Так он сказал, я сам слышал… И ведь верно — если бы мы тогда прямо на месте ему башку снесли, многих бед избежали… Да, видишь, захотел сэр Реквист в Гонзоре покрасоваться перед двором, мол, самолично разбойника изловил…
— Погоди с рыцарем, — перебил Петер. — Лучше вспомни, что еще колдун говорил о Марольде?
— Да ничего умного! Пустой человечек этот Герт, да и злой, как вся ваша братия! — Минутная задумчивость уже покинула Свена, и он снова превратился в прежнего бахвала. — Таких плюгавеньких болтунов везде полно! Вот помнишь, ты меня на днях пивом угощал, и там в кабаке старичок вертелся… бродяжка такой оборванный… я еще подумал, на Герта похож. Только Герт помоложе будет, а так — очень похож… Ну, да ладно, не в нем дело. Просто вспомнилось чего-то… Так вот этот Герт явно чего-то знал, да не договаривал. Эх, потолковать бы с ним сейчас! Но только, Гангмар знает, в каких краях его нелегкая носит… Короче говоря, сейчас насчет Марольда, я на тебя рассчитываю — чтобы ты помог мне, если он колдовать начнет.
Смерив притихшего Петера взглядом, Свен с сомнением покачал головой:
— Только ты, рыжий, выглядишь… ну, не очень-то. Еще и нож на бок прицепил. Все колдуны с посохами, а ты — с ножиком. Да ты хоть ударить-то им сможешь, а?
— Ну, — Петер полез под полу и вытащил клинок, — я подсматривал, как солдаты тренируются…
— Эх ты, «подсматривал», — Свен тяжело вылез из-за стола, — а ну-ка, дай оружие, я тебе покажу пару ударов… Э, брат, да что же за клинок у тебя?
— А что?
— Сталь паршивая, баланса нет… Да и наточен как! Этим огрызком и курицу не зарезать. Вот что, давай-ка сходим к Мейдеру, я у него выберу для тебя что-нибудь поприличнее. А пока что гляди. Если противник стоит против тебя и, предположим, вооружен мечом, то ты должен понимать, что с таким куцым клинком против него не выдержишь. Тут надо вот как…
Эльга, заслышав шум, перестала греметь посудой и встревоженно заглянула в комнату. Убедившись, что все в порядке, улыбнулась. Петер, заметив ее, снова засмущался.
— Ладно, потом покажешь, — бросил он приятелю. — Мы ж вроде бы уходить уже собрались.
— Точно, пошли к кузнецу, подыщем тебе оружие, — охотно согласился Свен.
Шагая по улице, сержант, как обычно, шумно разглагольствовал и подмигивал встречным девицам. Сейчас он говорил в основном о том, насколько лучше горожанам стало, когда прогнали Марольда. Петер кивал, чтобы показать, будто слушает, а сам размышлял о книге художника, которую невозможно прочесть. Весь Мир говорит и пишет на Общем языке, происходящем от наречия эльфов — Первого народа… Кто же мог исписать книгу незнакомыми значками?
— Ну вот и пришли! — объявил Свен, толкая калитку. — Мейдер! Эй, Мейдер!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
