Читаем без скачивания Похорони Меня Ложью (ЛП) - Сото С. М

Я сухо смеюсь, все еще направляясь к выходу, где меня ждет такси.

— Ох, уверена, ему это понравится. Я жду его по первому зову, пока он проводит время с Мией. Но знаешь, что, Дэн, почему бы тебе не передать ему сообщение от меня? Скажи ему, что я сказала, что он может идти к черту. — я продолжаю идти к выходу, чувствуя, что он следует за мной. Я останавливаюсь как раз перед тем, как подойти к единственной ожидающей меня машине. — Или еще лучше, почему бы тебе не сказать ему, чтобы он трахнул Мию вместо этого, хотя я уверена, что он уже это сделал.

Я посылаю ему вкрадчивую улыбку и сажусь в машину.

— Мисс Райт, подождите! Вы все неправильно поняли…

Я хлопаю дверью, прерывая его на полуслове. Если кто-то и собирается объясняться со мной, так это Баз. Уверена, что в ту секунду, когда я получу доступ к клубу, это дойдёт до База, и когда это произойдет, не знаю, что он сделает и как отреагирует. Какова бы ни была его реакция, это даст мне только короткое окно для поиска пистолета или чего-нибудь еще, что я смогу найти на остальных парней.

Попасть в клуб легко, охране уже сказали впустить меня по давнему приказу База. Сегодня в клубе полно народу. Он заполнен извивающимися телами, членами элиты в костюмах и людьми, которые хотят хорошо провести время, не заботясь ни о чем в мире. Ох, как я им завидую!

Один из охранников без проблем провожает меня на верхний этаж, и я не могу сдержать улыбку. Это почти кажется слишком легким. Как только за мной закрывается дверь, я спешу по коридору, распахивая двери во все комнаты, убеждаясь, что я одна, прежде чем начать поиски. Я уже на полпути, когда раздается звук открывающейся двери. Я замираю, ожидая услышать голос База или, что еще хуже, одного из других Дикарей, но ничего не слышу. Выходя из комнаты в холл, я держусь в тени, пытаясь заглянуть в гостиную, которая выходит на танцпол.

Мое сердце колотится в груди, когда я замечаю пьяного Трента, который небрежно склонился над стойкой бара, бормоча что-то себе под нос. Я крадусь дальше, и он поднимает взгляд. Ему требуется несколько секунд, чтобы понять, что это я. В тот момент, когда к нему приходит понимание, его глаза вспыхивают от страха, краска отходит от лица.

— Срань господня, — задыхается он. — Мэдисон?

Я смеюсь, свободно входя в комнату. Кажется, он слишком пьян, чтобы стоять на ногах, не говоря уже о том, чтобы причинить мне боль.

— Попробуй еще раз, придурок.

Его губы сжимаются в мрачную линию, ярость проникает в самое его существо.

— Маккензи, — почти выплевывает он.

— Бинго.

— Какого хрена ты здесь делаешь, сука? —он невнятно бормочет, опрокидывая в себя остатки алкоголя.

— Ищу ответы. — я пожимаю плечами.

Он встает, и мой живот сжимается, все еще не уверенная в нем.

— Знаешь, это все твоя гребаная вина. Ты все испортила. Почему не могла просто держаться подальше?

— Не я солгала, что нашла мою мертвую сестру в лесу, ублюдок.

— Это была не моя идея! Откуда мне было знать, что они так с ней поступили!

Мое сердце останавливается, и я делаю шаг вперед, чувствуя, как пол сдвигается под моими ногами.

— Что ты только что сказал?

— Только не говори, что веришь, будто они действительно наткнулись на ее тело, и все? Из-за тебя и этих двух придурков я потерял все. Баз забрал мои акции. У меня нет ничего без The Kings.

Я закатываю глаза.

— Твоя семья богата, ты, гребаный избалованный мудак.

— Моя семья обанкротилась! — рычит он, спотыкаясь в мою сторону. — The Kings это все, что у меня было. Доход, который мы делили с этого, на это я жил. Без клуба у меня ничего нет.

Я с трудом сглатываю от ярости, кипящей в его глазах. Я продолжаю отступать от него, когда он приближается ко мне.

— Это не моя вина. Все, чего я когда-либо хотела, это правды. Я ни о чем не просила.

— Да, просила! — он дергается вперед, его рука цепляется за мою хватку, когда он пытается притянуть меня к себе. Я стряхиваю его руки. Страх змеями пробегает по моему позвоночнику, сердце колотится в груди. — Эта маленькая статья, которую ты написала, нагнула всех нас. Думаешь, что кто-то хочет, чтобы мое имя и фамилия ассоциировалась с чем-нибудь после такого? Все наши фамилии? Единственный человек, который выжил без единой царапины, это Баз, но я уверен, что именно так ты и планировала это, не так ли? — кипит он.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Моя спина сталкивается со стеной, и я паникую, понимая, что мне больше некуда идти. Я недооценила его и его гнев.

Трент загоняет меня в угол, прижимаясь своим телом к моему, все сто восемьдесят сантиметров нависают надо мной. Он смотрит на меня сверху вниз, в его глазах пылает ярость и отвращение, но под этим скрывается что-то еще, и когда я смотрю на него, мой желудок сжимается, понимая, что.

Это желание, жгучее желание, которое опаляет мою кожу.

Он наклоняется, заглядывая мне в лицо. Я хочу съежиться. Каждая частичка меня хочет свернуться калачиком, но я остаюсь сильной, напрягаю спину и смотрю на него снизу вверх.

— Ты думаешь, что ты такая сильная? Думаешь, ты пережила смерть один раз и получила все?

От него пахнет алкоголем. Он дует мне в лицо, сводя желудок. Мое лицо мрачнеет.

— Я ничего не думаю.

— Ты считаешь себя чертовски умной, влезая в жизнь База и настраивая его против нас. Это твоя вина. У меня ничего нет из-за тебя. У нас ничего нет из-за тебя.

— У тебя ничего нет, потому что ты полагался на другого мужчину, который заботился о тебе. Вы все взрослые мужчины. Вырасти к чертовой матери. Не вини меня в своих ошибках.

Он бьет ладонью по стене над моей головой, и я вздрагиваю. Сердце подскакивает к горлу, а пульс учащается. Я слышу, как кровь бежит по моим венам.

— Это ты виновата, глупая сука! — кажется, ему нравится получать от меня реакцию, его глаза сверкают. — Боишься, Маккензи? — шепчет он, наклоняясь к моему уху.

Я пытаюсь толкнуть его в грудь, чтобы заставить отступить, но он как кирпичная стена. Он не двигается.

— Ты меня не пугаешь, Трент. Все, что ты есть, это разоренный, непривилегированный мудак. Ты подонок, — на взводе я.

Его глаза вспыхивают, и его свободная рука больно сжимает мое бедро.

— В какой-то момент ты хотела меня. Что произошло, Маккензи? Ты всегда должна была быть моей, а не его. Моей. Я собирался трахнуть тебя той ночью. Ты знала об этом? Я видел по твоим глазам, как сильно ты хотела меня.

Трент наклоняется, и хотя я знаю, что это произойдет, я пытаюсь бороться с ним. Его губы касаются моей шеи, и я задыхаюсь. Бью его, пытаясь сбросить с себя. Моя рука скользит по его лицу.

— Я никогда не собиралась быть твоей и никогда не стану.

Он протягивает руку, хватает меня за запястье и отбрасывает назад, прижимая к стене. Моя голова ударяется о штукатурку, заставляя боль пронзить череп, ошеломляя на несколько секунд. Этого времени достаточно, чтобы Трент смог нагнуться и украсть поцелуй. Его рот прижимается к моему, и он ощупывает меня, руки сжимают и разминают мою плоть.

Размахивая кулаками, я отбиваюсь от него, кусая его губу до крови. Трент издает вопль боли, но прежде, чем я успеваю отскочить, его рука оказывается в моих волосах, и тянет меня на пол. Мое плечо ударяется о мрамор, боль пронзает бок в попытке отползти на четвереньках, но он дергает меня за лодыжку, опрокидывая на спину. Его тело нависает над моим, его твердая длина толкается в мой центр.

Страх впивается в грудь, и я уже готова позвать на помощь, когда его рука закрывает мне рот, и он начинает задирать платье мне на бедра. Слезы катятся по моим щекам. Я закрываю глаза, пытаясь отбиться от него, прежде чем он сможет продолжить в своем пьяном оцепенении.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Почему я не послушалась?

Позади нас происходит внезапная суматоха, а затем внезапно Трент отрывается от меня. Я делаю глубокий вдох, задыхаясь от собственных рыданий. Зрение проясняется, когда я моргаю сквозь слезы, и мои глаза расширяются при виде того, как Баз дергает Трента за воротник. Его кулак врезается в лицо Трента, сбивая его на пол, оглушая. Его убийственные глаза устремляются на меня, и когда он видит меня на полу, мое задранное платье на бедрах, и слезы на лице, он издает звериное рычание. Выкрикивает приказы Дэну и остальной части его охраны, когда они толпятся в небольшом пространстве.