Читаем без скачивания Месть Ронана (Ронан-варвар - 3) - Джеймс Бибби

* * *

Когда две половинки кочана вновь материализовались на прекрасно отполированном дубовом столе в зале заседаний совета директоров корпорации "Оркоубойные мечи", Картленда по-прежнему тупо таращилась на то место, где совсем недавно стоял Фециант. Однако теперь на ее морщинистой роже застыла расстроенная гримаса голодного ленката, который только-только собрался броситься на беззащитного кроличка - а тот вдруг исчез в безопасном укрытии норы. Затем старуха перевела недоверчивый взор на куски кочана и несколько секунд на них смотрела, после чего ее физиономия совсем скомкалась. Она протянула руку, тронула одну из половинок и стала нежно гладить капустные листы.

Но затем скорбь Картленды вытеснил стремительно вскипающий гнев. Она отвела немигающий взор от капусты и уперла его в дубовую столешницу. Через несколько секунд оттуда потянулась струйка дыма. Еще через минуту столешницу уже вовсю лизали языки пламени. Не отводя глаз от стола, Картленда попятилась к двери, и голос ее стал подниматься в исполненном горечи и злобы кудахтанье. Языки пламени набирали мощь вместе с кудахтаньем старой ведьмы, пока не собрались в огненный столп, что вздымался до самого потолка. Затем они, точно пальцы, потянулись в стороны, жадно щупая портьеры.

Картленда пятилась дальше по устланному роскошными коврами коридору, и только когда мощная струя пламени выплеснулась из зала заседаний, на физиономии ее появилась довольная улыбка от славно проделанной работенки. Этот надменный председатель мог превратить ее любовь в кучу пепла, но когда он вернется оттуда, куда он невесть как перенесся, он увидит, что она то же самое со всем его административным зданием провернула. Да, это могло показаться слишком острой реакцией на случившееся, но, в конце концов, она была в скверном настроении, и артрит опять ее мучил. К тому же, как она любила говаривать, в адском пламени меньше ярости, чем у женщины в мозолях...

* * *

У Ронана, Тусоны, Гебрали и Котика дела шли вполне успешно. Понаблюдав за тем, как Тарл с Марвудом отбывают, они рано разбрелись по койкам и проспали аж семь часов. Затем, глухой ночью поднявшись, они быстро покинули Гутенморг. Ночь была ясная, и полная луна очень облегчала путешествие. К рассвету они выбрались из Долины Пряшки и теперь пробирались по горным подножиям к просторным равнинам западного Калидора.

Погода была чудесная, но холодная. Здесь, на дальнем севере, солнце высоко не всходило, и скудный солнечный свет давал мало тепла, зато энергичная ходьба прекрасно их согревала. Они позавтракали на ходу, поддерживая постоянный темп, и к полудню, оставив позади горы, уже направлялись на восток по слегка холмистой равнине.

Ближе к вечеру путники опять увидели далекую гору, но теперь уже впереди. Добрую милю они поднимались по пологому склону, а когда дошли до вершины, Ронан первым заметил дальше на востоке оранжевое свечение. Сперва он подумал, что там висит низкое облако, но затем разобрал, что это закатное солнце сияет на снежном пике горы Тор-Тарарам. Они уже одолели половину дороги, и время никак их не поджимало.

Впереди находилась небольшая долина, по дну которой на север бежал широкий ручей. По берегам этого ручья росло немало мелких кустарников и чахлых елей. Здесь путники решили заночевать и принялись сооружать грубое убежище, благо под рукой была масса древесины. Из города они захватили связку хорошей растопки, и вскоре у них уже вовсю пылал роскошный костер. Удобно вокруг него рассевшись, они с аппетитом принялись уминать ужин из сушеного мяса, хлеба, сыра и фруктов.

После этого Гебраль решила бросить быстрое заклинание Просмотра и проверить, как там Тарл. Всех остальных очень позабавило выражение ее лица, когда она с ним связалась.

- Ну и как он там? - поинтересовалась Тусона, когда Гебраль закончила.

- Нажрался в дугу. Но у них все хорошо. Завтра вечером мы должны с ними встретиться.

- Наверно, он там вовсю напрягается.

- Да нет, скорее оттягивается. Я могу по его мыслям судить. Идти ему тяжело, но весело.

- А как там Марвуд? - спросил Ронан.

- Гм. Так себе. Тарлу, похоже, очень весело, когда он о Марвуде думает. Есть у меня такое чувство, что бедняге сейчас туго приходится...

* * *

Вообще-то Марвуду не туго, а совсем туго приходилось. У него зверски кололо в боку, но это не могло сравниться с тем, как жутко ныли его легкие, а это, в свою очередь, не выдерживало никакого сравнения с кошмарной болью в ногах. Но все это вместе взятое даже рядом не стояло с умопомрачительной головной болью.

Мучило Марвуда вовсе не то, что они весь день безостановочно бежали, ибо киллерская тренировка подготовила его к стертым ногам и ноющим легким. Однако ни разу в жизни он еще не ощущал наступления похмелья прямо на ходу. Всегда подразумевалось, что похмелье приходит к тебе во сне и уже сидит у тебя в голове, когда ты просыпаешься. А здесь получалось так, что похмелье незаметно к нему подкрадывалось, постепенно превращаясь из тупого нытья в голове и непрерывной тошноты в слепящую боль, что буквально пронзала его череп, и чуть ли не ежесекундные мучительные рвотные позывы.

Марвуд несколько раз останавливался, чтобы вытошниться, но все же не отстал. Все дело здесь было в том, что в любой отдельно взятый момент оркская военная пирушка традиционно состоит лишь из восьмидесяти процентов бегущих, а остальные двадцать процентов тем временем останавливаются опорожнить мочевые пузыри, немного поблевать или еще выпить. Таким образом, не имея четкого построения, оркская военная пирушка оказывается чем-то непрерывно текущим. Половина всей армии может протрюхать мимо тебя, пока ты спокойно тошнишься, но потом ты рано или поздно обгонишь ушедших вперед, когда они, в свою очередь, остановятся по-быстрому хватануть пивка или с хорошего валуна помочиться*. Марвуд держался где-то в середине, и Тарл с Чириком сбавили ход, чтобы составить ему компанию.

* Орки никогда не мочатся за валунами. Им нравится взбираться на них и стараться как можно больше народу обоссать.

Откровенно говоря, Тарл уже начинал немного за него беспокоиться. Лицо Марвуда посерело, а глаза превратились в странную смесь красного, белого и желтого, точно недожаренная яичница с двумя кусками сырого мяса. Беда заключалась в том, что бедняга не обладал Тарловым опытом состязания с орками, когда ты обеспечивал себе медленный, но постоянный приток алкоголя, ни на секунду не трезвея, а все время пребывая в умеренно пьяной кондиции. Марвуд слишком круто нажрался, а потому страдал.

Впрочем, очень скоро его ожидал небольшой отдых. Поначалу Тарл безостановочно гнал военную пирушку вперед, пусть даже собственные ноги самым натуральным образом его убивали, потому что он не очень себе представлял, сколько времени у них осталось. Но теперь, после сеанса связи с Гебралью, Тарл узнал, что они могут позволить себе несколько часов отдыха, и передал вперед весть о том, что они намерены остановиться и как следует выпить. Тут было еще и то преимущество, что за время отдыха орки неизбежно должны были прикончить весь оставшийся алкоголь, так что завтра, когда пирушка прибудет к Тарараму, глотки у гуляк совсем пересохнут и они будут сражаться как демоны, только бы поскорей гномские запасы спиртного заполучить.