Светострелок взял снаряд и поместил его в трубу запуска.
Потом он закрыл люк трубы, сел в кресло и надел свой шлем.
Начали!
Каюта была маленькая-премаленькая и теплая-претеплая. Трое его товарищей сидели совсем рядом, а потолочные лампы горели прямо над глазами.
Как только прибор нагрелся, обстановка каюты словно растворилась в воздухе. Люди тоже исчезли, превратившись в пятна света — янтарного и темно-красного; казалось, жизнь теплилась в них, словно угольки в камине загородного дома.
Прибор нагрелся сильнее. Теперь Андерхилл увидел Землю прямо под собой и почувствовал, как корабль ускользает прочь, минуя Луну. Он увидел планеты и жаркое Солнце, державшее драконов вдали от тех мест, где обитали люди.
Наконец-то наступил полный контакт.
Теперь телепатическое зрение Андерхилла проникало на миллионы миль. Он ощутил присутствие пыли, которую заметил еще над эклиптикой. Теплой и нежной волной сознание Леди Мэй воссоединилось с его разумом. Ее ум напоминал ароматизированное масло — нежный, чистый, острый и изысканный. Андерхилл вдруг совершенно успокоился и почувствовал уверенность в своих силах. Кошка была настроена по отношению к светострелку очень доброжелательно, но это ощущалось скорее на эмоциональном уровне.
Теперь они вновь стали единым целым.
Каким-то закоулком сознания Андерхилл по-прежнему видел и каюту, и корабль, он слышал, как Папаша Мунтри разговаривает по телефону с их капитаном.
Телепатические способности мозга позволяли угадывать мысль еще до того, как ее произносили вслух. Это очень походило на грозу: подобно грому звук запаздывал по сравнению с мыслью-молнией.
— У нас все готово, сэр. Можно переходить в подпространство.
Игра
Андерхилла всегда несколько раздражала способность Леди Мэй воспринимать все раньше его самого.
Светострелок еще не до конца пришел в себя после встряски, сопровождавшей вход в подпространство, но кошка уже сигнализировала ему, что все позади. Она почувствовала переход прежде, чем нервная система человека зарегистрировала его.
Земля пропала из виду, а через несколько миллисекунд и Солнце уже висело где-то в правом верхнем уголке его телепатического поля зрения.
«Славный скачок, — подумал Андерхилл. — При такой прыти мы доберемся до места в четыре-пять приемов».
А в нескольких сотнях миль от корабля Леди Мэй телепатировала ему: «О мой друг, ты такой щедрый и сильный человек! Смелый, благородный и нежный! Как мне хорошо вместе с тобой, хорошо, хорошо, тепло… А теперь в бой, вперед… До чего же мне хорошо с тобой…»
Андерхилл понимал, что она не произносила мысленно именно эти слова, но его мозг напрямую получал послание из ее кошачьего мозга в виде образов, доступных для восприятия.
Однако не стоит увлекаться взаимными приветствиями. Светострелок потянулся за край восприятия кошки, чтобы посмотреть, нет ли чего-нибудь рядом с кораблем. Любопытно, что можно одновременно делать две вещи. Он сканировал космическое пространство и ловил воспоминания Леди Мэй о своем сыне: у него была рыженькая мордочка и нежно-белая шерстка на груди.
Продолжая поиск, Андерхилл получил от Напарницы сигнал тревоги: «Сейчас прыгнем снова!»
И точно: судно совершило второй скачок. Звезды здесь выглядели иначе. Солнце теперь было где-то ужасно далеко, да и более близкие звезды различались с трудом. Самое подходящее для драконов место: открытое, зловещее, пустое пространство. Андерхилл резко потянулся дальше — лихорадочно выискивая опасность и готовясь подстраховать Леди Мэй.
Ужас, острый и отчетливый, охватил его мозг; он чувствовал это почти физически.
Девочка по имени Уэст что-то нашла — огромное, длинное, черное, колючее и ужасное. И бросила навстречу этому Капитана Bay.
Андерхилл старался сохранять ясную голову.
«Берегитесь!» — крикнул он всем телепатически. Пожалуй, надо вернуться к Леди Мэй.
Каким-то отдаленным уголком зрения он видел, с какой яростью Капитан Bay, огромный персидский котище, выстрелил световыми бомбами по облаку пыли, угрожавшему кораблю и людям на его борту.
Мимо!
Облако пыли стало плоским, а затем приняло форму копья и исчезло за три миллисекунды.
Папаша Мунтри обратился к коту на человеческом языке:
— Ка-пи-тан…
Андерхилл уже знал фразу полностью: «Капитан, пошевеливайся!»
Однако бой закончится раньше, чем Папаша Мунтри договорит предложение.
Через какие-то миллисекунды в игру вступила Леди Мэй.
Вот как раз тот момент, когда скорость реакции Напарников особенно важна. Кошка реагировала быстрее светострелка. Она уже видела, что на нее надвигается огромная крыса.
И она могла стрелять с быстротой, недоступной человеку.
Андерхилл подсоединился к ее разуму, но никак не мог за ним угнаться.
На уровне подсознания он уловил, что инопланетное существо попыталось напасть. Здесь все не так, как бывает на Земле. Светострелок догадался о нападении по сильной и жгучей боли в области пупка. Андерхилл заерзал в кресле.
И опять он пропустил момент, когда Леди Мэй нанесла удар по врагу.
Пять термоядерных фотоснарядов с равными интервалами распределились на расстоянии в сотню тысяч миль.
Боль в голове и теле светострелка мгновенно исчезла.
Он ощутил ярость и восторг Леди Мэй, убившей противника. А потом разочарование — кошки всегда его испытывают, когда их враги, которых они воспринимают как гигантских космических крыс, вдруг исчезают в момент своей смерти.
Ну а потом он почувствовал ее боль, вернее, боль и страх они ощутили одновременно. Надо же, а ведь весь бой длился не более одного мгновения. И уже в следующую секунду корабль совершил очередной скачок.
Андерхилл поймал обращенную к нему мысль Вудли: «Успокойся. Мы с этим старым паршивцем доведем дело до конца».
Опять приступ боли и новый скачок.
Когда Андерхилл наконец-то пришел в себя, внизу уже сверкали огни «Каледонии».
Преодолевая усталость, он вновь вступил в телепатический контакт и осторожно и точно поймал кораблик с Леди Мэй в трубу запуска.
Бедняга утомилась до полусмерти, но Андерхилл отчетливо слышал стук ее сердца и тяжелое прерывистое дыхание. И еще он уловил благодарность, которая шла непосредственно от мозга кошки к мозгу человека.
Подсчет очков
На «Каледонии» его положили в госпиталь.
Доктор говорил с ним доброжелательно, но твердо:
— Только представьте, вас действительно зацепил крысодракон. Вы просто чудом избежали опасности. Все произошло так молниеносно, что ученые вряд ли смогут в этом разобраться. Мне кажется, что продлись ваш контакт с крысодраконом на несколько десятых миллисекунды дольше, вы бы уже лишились рассудка. Что за кошка сегодня была с вами?
Андерхилл отвечал очень медленно. Слова давались ему с трудом, особенно по сравнению с тем, как легко и мгновенно входили в контакт два телепатических разума! Но люди вроде доктора могли общаться лишь на вербальном уровне.
Язык едва ворочался во рту Андерхилла.
— Не называйте наших Напарников кошками. Это неправильно. Они ведь сражаются в одной команде с нами. Имейте в виду, что мы никогда не зовем их кошками. А как себя чувствует моя Напарница?
— Я не в курсе, — с сожалением ответил доктор. — Но мы это выясним. Во всяком случае, вы сам, старина, легко отделались. А теперь вам нужно хорошенько отдохнуть. Постарайтесь заснуть. Или, может быть, дать вам снотворное?
— Я засну сам, — ответил Андерхилл. — Но сначала хочу узнать о состоянии Леди Мэй.
В палате появилась медсестра, которая отреагировала на его заявление достаточно резко.
— А узнать о состоянии других людей вы не хотите?
— С ними все в порядке, — сказал Андерхилл. — Я узнал об этом еще до того, как попал сюда.
Он вытянул руки, вздохнул и улыбнулся обоим медикам. Врач и сестра слегка успокоились: кажется, случай не такой уж тяжелый.
— Я тоже чувствую себя нормально, — добавил светострелок. — Но, пожалуйста, скажите мне, когда я смогу увидеть свою Напарницу.
И тут Андерхиллу в голову вдруг пришла страшная мысль. Он в смятении взглянул на врача.
— А не могли ее отправить на корабле еще дальше, а?
— Я все узнаю, — пообещал доктор, дружески потрепал Андерхилла по плечу и выбежал из палаты.
Медсестра сняла салфетку со стакана охлажденного фруктового сока.
Андерхилл попытался улыбнуться девушке, но ее настроение снова переменилось. Ему захотелось, чтобы медсестра ушла. Надо же, только что она выглядела вполне дружелюбной, и вот опять эта отстраненность.
«А нелегко приходится телепатам, — подумал он. — Так все время и тянет заглянуть в чужие мысли, даже когда не стоит вступать в контакт».
