- Стартовая цена этого лота пятьдесят Долларов Дома. Кто-нибудь предложит мне пятьдесят за эту прелестную сабу? - Z посмотрел по сторонам. - Ах. У меня есть пятьдесят от Аарона. Кто даст больше?
И лот был продан. Аукцион продолжился. Продажа следующих двух саб прошла в довольно спокойной обстановке, и уже через несколько минут девушки заняли свои места с купившими их Домами. Салли вышла третьей из строя - строй, который каждый год формировал Z, согласно какой-то своей непостижимой логике. Саба поднялась по ступенькам и улыбнулась.
- А вот и Салли, одна из наших постоянных стажеров "Царства Теней", и она предлагает... - Z вскинул брови, когда прочитал ее карточку. - Малышка, возможно, легче было бы записать на что ты не согласна.
Аудитория разразилась смехом, и, как только владелец клуба зачитал список Салли, за нее начались жаркие торги. Когда предложения стали стихать, Z потянул сабу за волосы.
- Салли, думаю, Домам стоит увидеть симпатичную попку, которую они смогут либо выпороть тростью, либо просто отшлепать. Развернись и наклонись.
Девушка засмеялась, затем развернулась спиной к присутствующим и наклонилась. Z провел рукой по ягодицам сабы, и Каллен мог поклясться, что увидел, как все Домы подались вперед.
Затем Z шлепнул Салли по заднице так сильно, что бледная кожа девушки тут же приобрела розовый оттенок.
- Торги остановились на семистах двадцати. Неужели никто не предложит больше за то, чтобы выпороть флоггером, а затем оттрахать эту мягкую маленькую задницу?
Цена лота поднялась еще на сто Долларов Дома.
К тому времени, как подошла очередь Андреа, было продано около половины саб. Толпа значительно поредела, потому что Домы увели выигранных девушек в зоны для проведения сессий, уже начав наслаждаться своими "призами". С тяжестью в животе от испытываемого шока Андреа поднялась по ступенькам в надежде, что никто не заметит, как у нее трясутся ноги. Когда девушка оказалась на сцене, она обвела взглядом присутствующих, стараясь не смотреть в левую сторону, где стоял Мастер Каллен. Если она вновь увидит холод в его глазах, то, скорее всего, тут же разрыдается.
Z улыбнулся девушке, поднял ее карточку, что болталась между грудями, и произнес:
- Андреа предлагает легкую порку флоггером или просто порку, а также минет. Разрешается только один Дом. Время действия выигрыша: с этого момента и до закрытия клуба.
До закрытия? У Андреа отвисла челюсть. Нет, ни за что. Она не указывала время. Зачем Джессика написала подобное? Один час, Андреа хотела предоставить один час. Этого было бы больше чем достаточно. Саба повернулась к Мастеру Z.
- Маст...
- Стажер, разве я разрешал тебе говорить?
Андреа покачала головой.
Но, но, но...
Крупный светловолосый Дом со стрижкой как у военного сделал ставку. Андреа сделала шаг назад.
"О, Dios, только не он".
Прежде чем начался аукцион, он подошел к ней и, прочитав ее карточку, рассмеялся: - Стажерка вроде тебя хочет только легкую порку флоггером? - и ущипнул ее за ягодицу так, что у Андреа навернулись слезы. - Конечно же, я буду нежен с тобой.
"Пожалуйста, кто-нибудь предложите больше".
Тихим голосом кто-то произнес:
- Пятьдесят.
"О, спасибо", - подумала Андреа и начала искать взглядом своего спасителя, но тут же у нее от страха потемнело в глазах.
"Только не он, пожалуйста, только не он".
Высокий и худощавый Дом с тихим голосом скорее походил на сбежавшего из тюрьмы. Каждые выходные Андреа видела его с новой сабой. Своей однохвосткой он одаривал сабмиссивов ужасными длинными рубцами поперек ягодиц и ног.
Первый Дом зарычал и повысил ставку, тем же ответил и второй. Андреа должна была быть рада, что зарабатывает деньги на благотворительность, но, Madre de Dios, она не хотела делать это подобным образом.
К торгам подключился еще один Дом - один из самых закоренелых садистов.
Почему именно они? У нее что, на лбу написано "УДАРЬ МЕНЯ"? Новый Дом начал спорить, стоит ли сабу сначала выпороть флоггером или же дать сначала отсосать у выигравшего. Первый Дом указал на то, что после порки у сабы от слез может забиться нос и в итоге качество минета ухудшится. Никто из них не отверг ту часть, где говорилось о том, что во время порки саба будет плакать. Кто бы ни выиграл, он будет резвиться с ней до самого закрытия клуба. Стоп-слово. Она же всегда может использовать стоп-слово. Почему она раньше об этом не подумала? А может, ей вообще стоит уйти прямо сейчас? Андреа сжала руки в кулаки и закрыла глаза. Неужели больше никто не сделает на нее ставку? Саба по-прежнему не могла посмотреть в сторону Сеньора. Он точно не станет участвовать в аукционе. Должен же быть кто-нибудь еще.
Но эти трое подняли ставку так же высоко, как и за Салли. Колени девушки подогнулись. Уходи, estúpida. Иди домой. А тогда она точно потеряет Сеньора. К торгам подключился еще один Дом — какой-то молодой латиноамериканец. И Андреа облегченно закрыла глаза. Может быть... Но тут же блондин повысил ставку, и когда саба посмотрела на латиноамериканца, тот уже разговаривал с Мастером Ноланом. Взгляд Андреа заметался по сторонам. И наконец девушка посмотрела в сторону Каллена. Но его уже там не было. Стажерка почувствовала себя брошенной, у нее было такое ощущение, словно ее сильно ударили в живот. Он даже не остался, чтобы досмотреть как она уйдет с молотка. Может, может, ему просто на нее наплевать. Совершенно на нее наплевать.
Тихоголосый Дом поднял ставку на десять Долларов Дома и провел рукой по плети, что висела у него на поясе. Андреа поежилась и отвернулась. И увидела, что в первом ряду сидит Мастер Каллен. Невероятная радость волной накрыла сабу, и девушка посмотрела на Сеньора. Он сидел, вытянув свои длинные ноги и скрестив руки на груди. Челюсть стиснута. Его глаза цвета нефрита встретились с ее. "Купи меня, купи, купи". Андреа открыла было рот, чтобы попросить его об этом, но оттуда не вылетело ни слова. "А что, если он скажет "Нет"? Откажет мне?" Одна лишь только мысль об этом заставила сабу содрогнуться. О, Dios, неужели она боится попросить о помощи? Осознание этого было настолько шокирующим, что девушка попятилась на пару шагов назад. Она-то думала, что уже со всем разобралась, но оказалось, что ее желание быть самостоятельной и независимой - это всего лишь вершина айсберга. Сама суть проблемы заключалась в том, что она боится, что если кого-нибудь попросить о помощи, то этот человек ее обязательно подведет. Как это неоднократно делал ее собственный отец.
Андреа сжала руки в кулаки, когда вспомнила об отце. Разочарование за разочарованием: "Я приду на твою пьесу... твое родительское собрание...". Все это длилось до тех пор, пока Андреа наконец-то не перестала о чем бы то ни было просить, чтобы избавить себя от нескончаемого предательства и боли. И теперь, из-за ее отца, у нее не хватало духу попросить кого-то о помощи. Особенно Мастера Каллена. Если бы он подвел ее, то причинил бы гораздо большую боль, чем, если бы ее отдали на растерзание какому-нибудь садисту.
