Читаем без скачивания Эпоха мертвых. Москва - Андрей Круз

– Да уж знаю, конечно. Не полез ведь ты меня из спортзала спасать, верно? – она прижалась ко мне крепче.

– Солнце, ты бы видела, как я это делал. Я шагу не сделал, двадцать раз не подумав предварительно. И знаешь почему? Потому что знал, что так просто ты съесть себя не дашь, а вот если я погибну, совершая подвиги, то ты рискуешь оттуда не выбраться. Поэтому лучше подвигов не совершать, а добиваться результата.

– Ну, если так, то согласна. А ты никаких укромных темных уголков в окрестностях не видел? А то эти общие комнаты… Казарма всегда казарма.

– А зачем тебе уголок? Небось, блуд на уме.

– Ага. Блуд. Раза два-три сейчас бы сблудила с удовольствием.

– Ну, ты гля, что придумала. У нас есть всего один вариант, если мы не хотим быть прерванными в самый ответственный момент.

– Какой?

– Наш грузовик.

В темноте послышались звуки выстрелов со стороны КПП. Видать, наряд завалил еще мертвяка.

– А патруль к нам не заглянет? – вдруг обеспокоилась Татьяна.

– Эх, Танька, Танька. Не выйдет из тебя разведчика. – вздохнул я.

– Это еще почему?

– По кочану. И по попе. Патруль пять минут назад прошел, так что появится не раньше, чем через час. И они меняют маршрут, так что в следующий раз пройдут со стороны штаба.

– Ой, можно подумать. Ладно, веди барышню в свой грузовик, раз не можешь ей люкс в «Мариотте» предложить.

Сергей Крамцов, партизанский командир.

27 апреля, пятница, день.

На следующий день мы взялись за подготовку к рейду в сторону «Шешнашки». Крытый УАЗ с прицепом, забитым всевозможным имуществом, мы вчера решили оставить здесь, в ГУЦе. Все, кто останется, вполне смогут путешествовать с военными колоннами, если потребуется, сохраняя независимость и чувство собственного достоинства. И оплатить нашими трофеями любую услугу. Мы же выезжали на двух «уазиках» и грузовике.

Самым главным было разобраться с оружием. Я огласил свое решение – каждый должен иметь с собой ствол основной, ствол запасной, ствол гладкий и ствол карманный. У нас машины, в багажниках все это тащить несложно, зато в случае утраты основного ствола человек возьмется не просто за запасной, вроде пистолета, а за серьезный запасной.

Для меня это все вылилось в обмен моего любимого СКС на СВУ-АС. Но я не горевал. Отдать свой любимый и отлаженный как часы карабин Маше было даже за честь. Она стрелок блестящий, воспользоваться сумеет достойно при необходимости. А нам скорее СВУ с мощным пламегасителем пригодится. Кто знает, как дела сложатся.

Еще взял уже неразлучный «сто пятый», обрез и АПБ в кобуре. Кэмел взял себе ПБ, а еще он приватизировал АКМ, который нам выдали на заправке у Солнечногорска. Он вообще был большим поклонником этой старой модели автомата, предпочитая ее современным малокалиберным. В чем-то я его понимаю, семь шестьдесят два куда засадить – совсем не то, что пять сорок пять. В «зеленке» это особенно заметно проявляется. «Пятерка» рикошетит и меняет траекторию, а «семерка» сбивает ветки на своем пути, не меняя траектории, и прошибает насквозь не слишком толстые деревья. Вторым стволом он прихватил второй АКМ, решив не баловать никого разнообразием.

Вика с Татьяной взяли помимо своих АК-74М еще и «Сайги МК» самозарядные. Разумный выбор, кстати. Я на месте Кэмела вместо одного из АКМ прихватил бы «Сайгу».

Сергеич естественно был с ПКМ, ну и с одним из АКС, который прихватил вторым стволом. Второй АКС забрала себе Аня. У Ксении был «сто пятый», а в качестве запасного оружия девушки взяли по обычному АК-74.

У Шмеля был такой же «сто пятый», как и у меня, и у Лехи, помимо его основного «Тигра». И Шмель же взял себе один из «укоротов». Впрочем, для него, сидящего за рулем, вопрос компактности был весьма существенным. Пистолеты перечислять не буду. У всех было по дробовику. По последнему нашему опыту можно сказать, что без них – никуда. Даже Кэмел, которому из наших запасов гладкоствола не хватило, вооружился обрезом двустволки, оставшейся от Данилыча. Леха ему спилил стволы с прикладом.

Ну и «Лось» тоже забыт не был. Очень уж серьезно он проявил себя в деле у моста, может быть и еще когда выручит. Запихан в чехол, и уложен в багаж, вместе со своими редкими патронами.

А еще мы забрали с собой все мины, все «мухи» и почти все гранаты. Оставили небольшой запас РГД-5 остающимся, зато вместе с целой кучей АК-74. Впрочем, четыре «семьдесят четвертых» из имеющихся в загашнике десяти и два оставшихся «укорота» мы взяли с собой, как все тот же обменный фонд. Прихватили и два ПМ с магазинами, тоже товар. Кому теперь деньги нужны?

Ночные монокуляр и прицел, запас батареек, оба «Северка», бинокли – все ехало с нами. Все, что могло дать хоть малейшее преимущество перед противником. Нас то всего девять, не велика армия, блин, обосраться про войну, а кто против нас ожидается – никому не ведомо. Патроны тоже переделили в свою пользу, хоть и оставили немало. Патронами мы разжились достаточно, так что могли себе позволить такое.

Загребли и все ракетницы с фальшфейерами, которыми снабдил нас Белецкий перед выездом в Нижний Новгород. Испытать их в деле пока не довелось, но на слово мы ему поверили. Мертвяки не семи пядей во лбу, и яркие огоньки вполне могут привлекать их внимание. Почему нет? Вообще, следовало бы подумать на будущее о создании чего-то вроде «вогов» для стрельбы из подствольника, с долго, ярко и шумно горящей начинкой.

Ближе к вечеру организовали что-то вроде посиделок у нас в классе учебного корпуса. Даже выпили. Остающимся я приказал ждать нас не дольше месяца. Если к тому времени мы не вернемся в ГУЦ, то пусть дальше принимают решение самостоятельно, жить ли здесь, или перебраться в город. Здесь мало мертвяков и жизнь на природе, там же будет проще с работой и больше перспектив. Советовать сложно, короче говоря.

Выехали рано утром следующего дня. Дорога до Золино заняла около полутора часов, мы уже привыкли ездить не торопясь, максимально экономя топливо, да и наблюдать за окрестностями так было проще. Минной войны мы еще не опасались, так что необходимости носиться на предельной скорости, как в Чечне, пока не было. В Золино опознались, и дозаправились на халяву. Затем снова вышли на трассу и через полчаса уже въехали в пригороды.

К моему удивлению, на улицах города мертвяков стало еще меньше. Пусть ненамного, пустынными их было сложно назвать, но все же заметно меньше.

– Леха… Васька…

– Чего? – откликнулся Леха.

– Скажи, мертвяков убавилось, или мне кажется?

– Убавилось, однозначно. – ответил Леха. – Раза в два, как минимум.

Действительно, сидевшему за рулем Лехе даже не приходилось ни от кого уворачиваться, проспект был достаточно свободен. Куда они все деваются, неужели идут к заселенным местам? Но во время нашего заезда в промзону я заметил, что и возле нее они не поражают количеством. Много, да, но не настолько, чтобы объяснить их немногочисленность в городе. А вообще, полезно бы знать, куда они делись. Вдруг это будет знание из области «жизненно важных»?

Слева показалась свечка гостиницы, мы опознались по радио. Бдительность у них теперь на высоте, вся крыша превращена в ВОП, вместо одного «Утеса» стоят два «Корда», и к ним за компанию два АГС-17. Влупят – мало не покажется.

Я запросил ВОП по радио, поинтересовался обстановкой дальше. Нас успокоили, сказали, что в городе действует прекращение огня между «заводскими» и «кремлевскими». Ну, оно и к лучшему. И действительно, мы проехали мимо НП «кремлевских» на заводском цехе даже без запроса на опознание.

Еще десять минут езды по появившимся на стенах домов указателям, сделанным красной краской, и мы уже въехали в свежепостроенный отстойник за КПП промзоны. Скорость строительства у «заводских» поражала, они работали, скорее всего, круглосуточно и темпами комсомольских строек.

Отстойник был организован толково и по объему мог вместить целую автоколонну. Машины, въехавшие в ворота промзоны, выстраивались рядами вдоль белых линий, и ждали своей очереди на досмотр. Бдительность здесь была тоже на высоте. Едва мы притормозили, как к нам обратились через громкоговоритель с такой же новой, как и все остальное, вышки.

– Прошу положить огнестрельное оружие в машины.

Я снял с ремня «сто пятый», аккуратно уложил его на сиденье. Остальные последовали моему примеру.

– Просим всех покинуть машины. – продолжал фонить эхом между высоких стен голос из громкоговорителя. – Сейчас к вам выйдет досмотровая группа. Просим отнестись к досмотру с пониманием. Если у кого-то из приехавших имеются укусы, а также другие ранения, просим заявить об этом медикам из досмотровой группы.

Из стальной двери в боковой стене отстойника вышли несколько человек в камуфляже и с автоматами, и двое в белых халатах, мужчина и женщина. А ведь разумно. А если кого куснули, но он это скрывает? Не хватало, чтобы он обратился уже на территории, где живут люди.