некоторые члены конгресса заявили, что Соединенным Штатам не следует иметь дел с Кастро в то время, когда они просят другие страны прекратить торговлю с Кубой.
Белый дом отказался сообщить, будут ли привлечены какие-либо государственные средства для выкупа заключенных, настаивая на том, что Донован действовал как частный адвокат, хотя, по его утверждениям, информировал президента Кеннеди о своей миссии.
Донован вернулся с Кубы 11 октября.
Три дня спустя самолет U-2, тайно пролетавший над западной частью Кубы, сфотографировал советский мобильный комплекс с ракетами средней дальности.
Обострился Карибский кризис. Во второй половине октября мир был близок к ядерной войне. На фоне этой напряженности казалось, что шансы Донована достичь соглашения об освобождении заключенных равны нулю. Ему также был нанесен и неожиданный личный удар, когда 6 ноября он проиграл выборы сенатору Джавитсу.
К концу ноября ситуация была такова: Донован все еще имел принципиальное согласие Кастро на обмен. Но теперь, после ракетного кризиса, фармацевтическая промышленность не желала рисковать и жертвовать лекарства Кастро, если администрация Кеннеди публично не даст понять, что сделка отвечает национальным интересам. Фармацевтические фирмы, сильно пострадавшие от сенатского расследования высоких цен их продукции, не хотели навлекать на себя новую волну общественного неодобрения.
30 ноября в министерстве юстиции состоялась встреча высших помощников Роберта Кеннеди и должностных лиц налоговой службы, Госдепартамента и ЦРУ (включая Лоуренса Р. Хьюстона, главного юрисконсульта ЦРУ, контактного лица Донована в ЦРУ по сделке Пауэрса-Абеля). Заместитель генерального прокурора Николас Катценбах и помощник генерального прокурора Луис Ф. Обердорфер представляли министерство юстиции. Роберт Харвич выступал от имени Государственного департамента.
Совещание чиновников высокого уровня пришло к выводу, что потребность Кастро в лекарствах на сумму 53 миллиона долларов обойдется всего в 17 миллионов долларов по оптовым ценам в США. Было также решено изучить налоговый аспект, связанный с возможными поставками лекарств компаниями. Меморандум поручили подготовить за выходные, чтобы представить его Роберту Кеннеди в понедельник, 3 декабря. Параллельно негласно связались с представителем фармацевтической промышленности.
В понедельник утром «Нью-Йорк геральд трибюн» опубликовала на первой полосе статью Уоррена Роджерса-младшего, в которой говорилось, что президент чувствует «моральный долг» освободить заключенных на Кубе. Это было именно то подтверждение, которого искали фармацевтические компании. Донован в Бруклине получил по телефону информацию о дополнительных поставках лекарств от фармацевтической промышленности.
В Вашингтоне Роберт Кеннеди посетил президента в Белом доме, а в полдень генеральный прокурор позвонил Обердорферу, чтобы дать зеленый свет на проведение операции. Затем американский Красный Крест принял лекарства в качестве пожертвований на благотворительность и доставить их в Гавану.
На следующий день Донован отправился в Вашингтон, чтобы переговорить с Робертом Кеннеди. 7 декабря генеральный прокурор встретился с представителями Ассоциации фармацевтических производителей. Он сказал производителям лекарств, что вторжение на Кубу было начато Соединенными Штатами, план был одобрен администрацией Эйзенхауэра и продолжен администрацией Кеннеди, поэтому и нация, и правительство несут моральное обязательство освободить оказавшихся в заключении людей.
Роберт Кеннеди рассказал о мужестве сорока членов бригады, которые спаслись и пересекли Карибское море в открытой лодке. Далее он уточнил, что Соединенные Штаты не могут напрямую вести переговоры с Кубой, потому что это было бы «неправильно понято» мировой общественностью и повлекло за собой дипломатическую катастрофу, если бы сделка провалилась. Он также сказал, что соответствующие департаменты ознакомились со списком лекарств, которые хотел получить Кастро, и что ни одно из них не считалось стратегическим.
Наконец, генеральный прокурор предупредил присутствующих, что освобождение заключенных не оградит фармацевтические компании от критики в их адрес за поставки, осуществленные в интересах Кастро. Он также дал понять, что взносы добровольные. Затем он приказал Обердорферу взять проект под личный контроль. А 9 декабря Роберт Кеннеди выступил с такой же речью перед группой производителей детского питания. Таким образом, офис Обердорфера в министерстве юстиции стал командным пунктом «Проекта X». Были установлены дополнительные телефоны. Для оказания помощи привлечена группа частных адвокатов, включая Джона Э. Нолана-младшего и Э. Барретта Преттимана-младшего. (Оба позже присоединились к администрации.) Из офиса Обердорфера частные адвокаты (и два юриста министерства юстиции) начали телефонные переговоры с фармацевтическими компаниями. Адвокаты министерства юстиции не представились государственными служащими, сказали, что звонили как представители Комитета кубинских семей.
Команда министерства юстиции получила разрешение от Совета по гражданской авиации и Межгосударственной торговой комиссии на благотворительный взнос в качестве предоставления воздушного и наземного транспорта для доставки лекарств в Майами. ЦРУ, военно-воздушные силы, служба иммиграции и натурализации и министерство здравоохранения, образования и социального обеспечения начали принимать меры по приему освобожденных заключенных во Флориде. Министерство торговли выдало экспортные лицензии на продукты питания и лекарства.
Тем временем Донован сообщил министерству юстиции, что Кастро требует гарантии полной выплаты выкупа; в противном случае он будет удерживать офицеров бригады до тех пор, пока не пройдет последний платеж. Катценбах 14 декабря вылетел в Монреаль, но Королевский банк Канады отказался выдать аккредитив без каких-либо официальных гарантий со стороны американских банков. Представитель министерства юстиции вернулся в Нью-Йорк. Нью-Йоркская трастовая компания «Морган Гаранти» и «Бэнк оф Америка» согласились принять участие; для утверждения плана были спешно созваны специальные заседания их советов директоров.
Чтобы завершить финансовые процедуры, страховая компания «Континенталь» одобрила залог в размере 53 миллионов долларов, гарантируя, что Красный Крест выполнит свои обязательства по доставке лекарств на Кубу.
Тем временем лекарства, поставляемые производителями для «Проекта X», наводняли Майами и создавали невероятно трудоемкую работу по каталогизации и ведению бухгалтерии в Опа-Локе (по иронии судьбы, той же авиабазе ЦРУ, которая использовалась в качестве отправной точки для участников операции в бухте Кочинос). ЦРУ откомандировало фармацевта Стивена Олдрича, который помогал регистрировать лекарства по мере их прибытия во Флориду.
16 декабря Донован приступил к своей последней миссии. Он остановился в Вашингтоне, чтобы посовещаться с официальными лицами, а затем отправился в Майами, где исчез из поля зрения прессы, и на то были веские причины.
Донован оставался в доме ЦРУ в Майами 16 и 17 декабря, ведя телефонные переговоры с Гаваной. Около 20:00 17 декабря Донован уведомил Вашингтон о том, что договорился о поездке в Гавану утром. Он также сообщил, что у одного из переговорщиков Кастро тяжело болен ребенок, которому немедленно требовалось определенное лекарство.
Катценбах позвонил в больницу Уолтера Рида и получил десять ампул с лекарством. Вскоре после полуночи Обердорфер, его помощник Фрэнк Михельман, Джон Нолан и юрист ЦРУ вылетели в Майами из Вашингтона, взяв с собой лекарство.
Они прибыли на конспиративную квартиру ЦРУ в 5:00 утра 18 декабря. Там Донован получил последний инструктаж и затем вылетел в
