ней позаботится, этого будет достаточно. Чтобы окончательно напомнить себе, по какой причине Алиса согласилась помочь, Леон зашел в спальню, взял со стола телефон, написал бухгалтеру сообщение с просьбой немедленно перевести на счет Алисы указанную сумму. К тому времени, как она придет в себя, ее уже будет ждать смс о зачислении средств. Леон будет чист перед ней. Нет нужды жалеть.
А у него сейчас есть задача поважнее. Раз уж Алиса избавила его от тьмы, надо найти бездушного.
Снова наполниться тьмой.
Леон криво усмехнулся собственным мыслям. Такова его сущность, что уж теперь.
Влад уже ждал его. То ли Антон все‑таки заглядывал в палату и видел, что Леон спит, а значит, у них все получилось, то ли подготовился на всякий случай. Каждый в логове понимал, что такое бездушный: промедление чревато жертвами. А они и так уже упустили почти сутки: бездушный напал на Дениса вчера вечером. Где он теперь, никому не известно.
— Как ты? — коротко поинтересовался Влад, бросив на Леона быстрый взгляд, когда оба одевались и складывали в рюкзаки нужный реквизит: Пропащая долина огромна, обойти ее всю — небыстрое дело. За день не справятся.
— Давно не чувствовал себя так хорошо, — честно признался Леон, запахивая полы пальто.
— А она?
Леон помолчал, прежде чем ответить, но сказал тоже честно:
— Плохо. Антон обещал помочь.
Этого Владу оказалось достаточно. Он умел не задавать лишних вопросов, за это Леон его и ценил. Не только за это, конечно, но в том числе за умение держать язык за зубами в любых ситуациях.
Закинув рюкзаки на плечи, они вышли из дома. Моросил мелкий дождь, грозящий вот‑вот перейти в снег. Туча, повисшая над долиной, была темной, тяжелой, напоминала именно снеговую. В этом не было ничего удивительного, зима в долине наступала рано. Раньше, чем в городе. Здесь всегда было на несколько градусов холоднее. Но Леон знал, что снег не начнется. Не может им так повезти, ведь на снегу были бы хорошо видны следы бездушного. Нет, им придется искать самостоятельно, заглядывая в каждый уголок этого гиблого места. Скорее всего, бездушный не ушел далеко. Он знает, что в доме есть люди. Есть еда.
— Ты не забыл про защиту? — дежурно уточнил Леон, когда они отошли уже достаточно далеко от дома.
Влад вытащил из‑под куртки маленькую колбу с зеленым содержимым, продемонстрировал Леону.
— Я про нее больше никогда не забуду, — хмыкнул он.
Леон усмехнулся. Остановился на секунду, задумался. Если бездушный решил не уходить далеко, а выследить кого‑то из логова, то он где‑то рядом. Прячется, ждет. Им нужно быть настороже. Огни дома скрылись за деревьями, здесь их территория. Тех, кто обитал в долине до того, как сюда пришел Леон. Законных хозяев. И бездушного тоже. К ним он теперь гораздо ближе, чем к людям. А значит, как бы ни хотелось отсрочить этот момент, пора вновь прикоснуться к тьме, позволить ей проникнуть под кожу.
Жаль, бездушный не ранил Дениса. Если бы ранил, по крови последнего Леон выследил бы его, как когда‑то по крови Влада. Ранение даже не требовало быть таким сильным, но хоть несколько капель крови Дениса на бездушном сильно облегчили бы задачу.
Леон поморщился. Нет, он все‑таки чудовище, как бы ни хотел думать иначе.
Он подошел к одному из деревьев, втянул носом воздух. В долине было слишком много существ, чтобы что‑то почувствовать. Чужие запахи перебивали след, нечего и надеяться отделаться малой кровью. На секунду замешкавшись, Леон приложил раскрытую ладонь к дереву.
Тьма только этого и ждала. Ждала его разрешения, и вот он разрешил. Чуть‑чуть приоткрыл дверцу, но этой щели ей хватило. Она жадно проникла под его кожу, устремилась к бьющейся на запястье жилке. Смешалась с кровью, потекла по телу. Легкость, которую Леон чувствовал вот уже который час, исчезла, будто и не было ее никогда. Мир снова утратил краски.
Леон опустил руку. Пусть он впустил совсем немного тьмы, но даже малое ее количество сработало как компас. Леон знал: бездушного рядом нет. Он теперь чувствовал его запах среди остальных, и рядом его не было. А где был — тьма не говорила. Ему придется самому бродить по долине до тех пор, пока не учует бездушного. А уж когда учует, найдет по этому эфемерному следу. Но надеяться только на собственный нюх Леон не собирался. В рюкзаках лежали несколько ловушек. Их они с Владом расставят на территории долины, и, если бездушный пройдет мимо, ловушки его учуют, передадут сигнал в дом. Поймать бездушного не помогут, но Леон хотя бы будет знать, где он проходил и в какую сторону движется.
— Его здесь нет, — объявил Леон, отходя от дерева.
— Но был, — вздохнул Влад, показывая куда‑то вдаль.
Леон проследил за его взглядом. Под ореховым кустом лежало растерзанное тело белки. В том, что именно бездушный убил животное, можно было не сомневаться. Крупных хищников в долине не водится, а никому из тех, кто еще тут есть, кровь животного не нужна.
— Был давно. Я уже не чувствую. Так что расставляем ловушки.
Влад с готовностью вытащил из рюкзака первую ловушку, поставил на землю у старой березы. Ловушка представляла собой небольшую коробочку с передатчиком, способным отправить простейший сигнал в дом. Сложные по долине не проходят. Теперь надо только добавить чуточку магии. Леон присел рядом, вытащил из кармана нож, не задумываясь, полоснул им по ладони. Почти не почувствовал боли. Давно разучился ее чувствовать, слишком много было шрамов. Несколько капель его крови — и ловушка готова ждать тварь. Симбиоз науки и колдовства. За технической исправностью следил Влад, за магической наполненностью — Леон. Поэтому только они оба могли установить и настроить ловушку правильно.
На долину стремительно опускались сумерки, еще немного — и станет совсем темно. Поздней осенью темнеет рано и быстро, но Леон не боялся темноты. Работы еще много, а сил в себе он чувствовал достаточно, несмотря на тьму, которую пришлось впустить. Они будут расставлять ловушки, пока те не закончатся. И даже потом Леон не пойдет домой. Влада отпустит, но сам продолжит проверять места, где может хорониться тварь. Бездушный непременно попадется в ловушку, если только он еще в долине. А если нет, то… они узнают об этом из новостей. Но искать его самостоятельно за пределами долины совершенно точно бессмысленно. Слишком большое расстояние, неизвестно, в какую сторону он может направиться.
— Надо возвращаться, — сказал Влад, когда ловушки в рюкзаках закончились.
— Ты иди, а я останусь, — ответил Леон.
— Зачем?
— Загляну еще
