Читаем без скачивания Без права на ошибку - Валентин Егоров

Внутренняя лестница строения полусгнила, она громко поскрипывала, трещала, вот-вот была готова развалиться под ногами Васьки. Тем не менее, он сумел-таки подняться на второй этаж, не производя особо громкого шума. Затем он немного постоял перед дверью, нужной ему комнаты, привыкая к темноте, одновременно прислушиваясь ко всему тому, что сейчас могло бы происходить в комнате. Сколько бы времени он не стоял, прислушиваясь, за дверью этой комнаты сохранялась мертвая, настороженная тишина! Хотя Васькин сканер уверенно подсказывал, что она не пуста, что в ней сейчас кто-то находится!

Почему-то в этот момент Васька шагнул в сторону, дверь же этой подозрительной комнаты внезапно широко распахнулась. На ее пороге стоял тот самый знакомый Ваське старик с благообразной бородой, с внешностью русского раскольника. Но этот старик в своей правой руке держал немецкий парабеллум.

— Кто здесь? Пристрелю, как собаку, каждого, кто посмеет нарушить мой покой! — Он проговорил на русском языке.

— И меня тоже, уважаемый штурмбанфюрер СС Фридрих Ланге? — Проговорил Васька на немецком языке, выходя из густого сумрака.

— Что вы здесь делаете, господин штандартенфюрер? — В свою очередь удивился Фридрих Ланге, по кличке «Волхв». — Вам же не положено знать, где я временно обитаю!

— Все тайное, рано или поздно становится явным, господин Ланге! Я прошел следом за вами, господин штурмбанфюрер, а вы этого даже не заметили! Вы, что собираетесь разговор со мной, да еще на немецком языке, провести прямо на этой лестничной клетке?

— Проходите! — Совершенно неохотно согласился Фридрих Ланге. — Поговорим в моей крысиной норе!

— Уже находясь в комнате, Васька дождался момента, когда Фридрих Ланге закроет дверь на замок и, практически не замахиваясь, ребром ладони рубанул его по горлу. Немецкий разведчик тут же потерял сознание, парабеллум выпал из его рук, упал на потертый ковер. Его тело Васька подхватил за подмышки, аккуратно усадил на стул, стоявший почему-то в центре комнаты. В куче хлама, скопившегося в одном из углов этой каморки, он разыскал длинный конец веревки. Ею стал перевязывать ноги и руки немца. Этой же веревкой привязал его к столу. Для того, что гауптштурмфюрер не кричал, Васька забил ему в рот в кляп. Сдеоанный из носового платка.

Он внимательно осмотрел комнату, нашел радиопередатчик, тот был замаскирован под обычный патефон. Раскрыл его и положил на стол, чтобы энкеведешники его не очень долго бы разыскивали. Отошел к окну, но не стал с него срывать светомаскировку, затем он сосредоточился, послал новый мыленный зов, вызывая Татьяну Метелину. И на этой раз она практически сразу же ответила:

— Привет, сержантик, ты же всего лишь пару часов назад пообещал мне, что не будешь больше меня беспокоить!

— Извини, Татьяна…

— Мы же договорились, что ты будешь обращаться ко мне, как к Тане!

— Извини меня, Таня! Но у меня срочное, важное к тебе дело! Срочно получи группу. Вместе с группой выезжай по адресу: 1-й Самотечный переулок дом N 20, квартира N 8. Здесь вы найдете немецкого разведчика Фридриха Ланге. Своему новому начальнику, Павлу Судоплатову, можешь сообщить, что он может начинать свою операцию «Гейне». И последнее, комбриг Колосков сдал немцам нашу Лизу. К сожалению, сейчас мы не можем его достать, он бросил свою дивизию в окружении, сдал ее немцам, сам добровольно сдался в плен! А сейчас прощай, у меня нет времени, я должен, как можно скорей, покинуть Москву! Прощай, Таня, не поминай лихом!

— Откуда, ты узнал, что я только что получила новое назначение? И все же, как тебя по-настоящему зовут, сержант, чтобы позже мне было бы, кого вспоминать?

Васька успел в сознании Волхва, когда его привязывал ко стулу, раскопать информацию касательно своего возвращения в Берлин. В этом послании и Берлина говорилось, что он будет эвакуирован гидросамолетом, который совершит посадку на Окулово озеро, находившееся в Архангельской области. Гидросамолет приводнится на озере через три дня, чтобы его забрать на свой борт! Поэтому Васька не стал ожидать, когда Волхв придет в сознание, он больше ему был не нужен. Мысленно переговорив с Татьяной Метелиной, он тут же покинул эту комнату, более похожую на каморку папы Карло!

Когда Васька спускался по лестнице, то ему никто не встретился. Когда же он вышел во двор, то столкнулся с двумя глазастыми подростками лет четырнадцати, во дворе игравшими в чеканку. Они лишь мельком скользнули по нему взглядами. Но по самому себе Васька хорошо знал о том, что в этом возрасте подростки особенно любопытны, внимательны, познавая мир вокруг себя! Поэтому он был твердо уверен в том, что эти двое очень хорошо запомнили черты его лица, телосложение, осанку. Они непроизвольно для самих себя стали свидетелями того, что он именно в это время выходил из дверей подъезда этого дома-строения. Оперативники НКВД, наверняка, проводя опрос всех жителей этого дома, рано или поздно выйдут и на этих двух пацанов. Те обязательно его вспомнят, опишут в деталях! В конечном итоге, рано или поздно оперативники НКВД в нем опознают сержанта Василькова!

К тому же Васька был в этом уверен, что сам Волхв, как только придет в сознание, из-за чувства глубокой обиды и мести, не будет молчать! Он обязательно энкеведешникам расскажет о штандартенфюрере СС Альфреде Нетцке, о его неожиданном появлении в его убежище. Правда, штурмбанфюрер Ланге не знал, не мог знать того, кто же он такой на деле, ему не было понятно словосочетание «Окулово озеро», не знал, где это озеро находится. Словосочетание «Окулово озеро» было употреблено в берлинское шифровке, как отправная точка его возвращения в Германию. В душе Васька лелеял надежду на то, что энкеведешные оперативники не сразу докопаются до сути всего того, что здесь произошло до их появления. Что у него будет достаточно времени, чтобы одним из воинских эшелонов добраться до Архангельска. А оттуда на перекладных до Окулова озера.

Ради этого Васька сегодня уже мог бы покинуть Москву, но у него оставалось еще одно, последнее дело. Которое он должен был бы завершить! Он вместе с Альфредом пришел к мысли о том, что он должен был бы вернуться в Берлин с письменным ответом Иосифа Сталина адмиралу Канарису!

— Я бы на твоем месте, Вася, напревал бы на все эти дела, собрал бы свои шмотки, отправился бы на вокзал, искать попутного эшелона, следующего до Архангельска! — Поделился с ним своей сокровенной мыслью Альфред Нетцке. — Ведь Серый все-таки уже получил ответ от Сталина!

— Да, возможно, он и получил ответ от Сталина! Но этот ответ пришел к нему, минуя нас! Другими словами, наполовину выполненное задание, командованием не считается выполненным! Это в свою очередь означает, что я вместе с тобой, Альфред, не выполнил просьбы Седого. Поэтому он получает возможность решать, привлекать ли нас или не привлекать к дальнейшей работе в рамках этого задание. Иными словами, я и ты, мы с тобой никогда не станем генералом! Чуть позже о нас забудут или же произойдет то, что гораздо хуже, о нас начнут ноги вытирать!

— В чем-то ты прав, брат Василий! Я очень не хочу, чтобы об нас вытирали бы ноги! Это было бы слишком унизительным для профессионального разведчика! Но, что тогда мы с тобой, дорогой Васенька, должны предпринять, чтобы получить письменный ответ от товарища Сталина?

— На время, на сегодняшний вечер превратиться в советского чиновника, весь свой трудовой день проводящего в хранилище архива!

— И как это мы можем достичь? Как мы сможем изменить свои ипостаси?

— Альфред, постарайся, напряги свою личную память! Постарайся вспомнить, в каком помещении происходила твоя беседа с Иосифом Виссарионовичем?

— А какое это может иметь значение?

— Да, ты, Альфредушка, не ломайся! Напряги свою помять и вспоминай. Вспомни хотя бы к примеру, сколько было окон в кабинете товарища Сталина?

— Я был слишком взволнован этой встречей, поэтому не могу с большой уверенностью… Хотя, как мне сейчас кажется, их было три, но все они были плотно занавешены белыми гардинами. Ну, а какое отношение количество окон в кабинете Сталина может иметь к твоим планам получить его ответ на обращение Седого?

— Это означает, что наш дорогой вождь, товарищ Сталин тебя принимал в своем кабинете, расположенном на втором этаже здания Совнаркома, бывшего здания Кремлевского Сената! Как разведчик, ты, Альфред, обязан знать о том, что все слова товарища Сталина протоколируются или, по крайней мере, стенографируются. Что товарищ Сталин очень редко сам своей рукой пишет какие-либо письма, для этого у него имеется его личном секретариат! Сотрудники этого секретариата способны написать любое письмо. Но для такого дела в этом секретариате обязательно найдутся безымянные, безголосые секретари. Товарищ Сталин лишь проверяет, правильно ли в письме выражена та или иная его мысль! Только после этого он подписывает такое письмо, его же личный секретариат ведет их учет, контролирует исполнение того или иного дела, а также хранит переписку, документы подшивает к делу.