Старший лейтенант милиции отошел к своим работникам в темно-синей форме, а я забрал смущенного Анатолия из рук Лидочки.
– Все, Лида, все! Детям пора баиньки! Спокойной ночи, малыши. Завтра еще наговоритесь – придешь ведь Анатолия проведать? Вот тогда и нашепчетесь. А теперь – по кроваткам! Пошли, варвар Конан ты наш! Кто это? Да был такой… Первый мечник королевства Дорна! Кто такой Дорн? А отличный такой парень, правда, работа у него трудная, много времени отнимает. Ему даже жениться некогда, понимаешь ли, Толя. Вот такие, брат, дела…
* * *
Следующим утром, наплевав на наш короткий отпуск, я потащил Рощина в ОКБ, а точнее – в весьма хорошо укомплектованную кадрами и медоборудованием санчасть Конторы. Там Анатолию руку осмотрели, наложили несколько швов и снова забинтовали. Поинтересовались, правда, чем это Толя так порезался? Банку с килькой пряного посола открывал? Пришлось рассказать о героическом поступке художника Рощина, в рукопашной схватке обезоружившего преступника. Я даже предъявил копию протокола с описанием битвы. На всякий случай я взял в санчасти справку о ранении сержанта-отпускника Рощина. Вдруг ему приспичит еще пару дней провести в обществе Лидочки? А что? Он это своей кровью заслужил. Я также не поленился зайти к режимщикам и проинформировал их о происшествии с местной гопотой. Никакого ажиотажа мой рассказ не вызвал, но фамилию старшего милиционера мужики все же записали, пообещав при случае поинтересоваться, как там дела.
Раз мы попали в Контору, то не могли не забежать в цех завода. Просто посмотреть на готовые истребители. А их уже стояло ровно одиннадцать штук. Причем практически все были уже перекрашены по предложенной Анатолием схеме. Вблизи выглядело это забавно и непривычно, а вот в небе или на фоне земли – этот камуфляж, я думаю, будет замечательно выполнять свою главную задачу – по возможности как можно дольше укрывать истребитель от чужих глаз.
Оставив Анатолия в цеху, – в него сразу вцепились и производственники, и конструкторы, – я прошел в корпус КБ и нашел ведущего инженера.
– Вот, Константин Владимирович, не успели уйти в отпуск, как пришлось вновь вернуться… Да так – пустяки… Толю у нас бандюганы ножом поцарапали, в медсанчасть заходили. А раз уж зашли – я сразу к вам. Какие новости? Что с самолетами?
Оказалось, что и новости были, и предложения для меня. Учитывая, что заложенные по обновленным чертежам 17 истребителей были уже все практически готовы, последние три-четыре машины ждали установки вооружения, некоторых приборов, покраски и можно было их облетывать, было решено собирать группу летчиков, которые будут проводить войсковые испытания новых истребителей на фронте. Меня приглашал на беседу Яковлев. Это мы вовремя зашли.
– Здравия желаю, Александр Сергеевич!
– Здравствуйте, Виктор Михайлович! От всей души поздравляю вас с присвоением высокого звания Героя Советского Союза!
– Всегда готов! – отмахнул я шутливое пионерское приветствие. Яковлев был в костюме. Будь он в форме, я бы себе этого, конечно, не позволил бы.
– Вижу, вижу – настроение хорошее!
– А что, Александр Сергеевич, намереваетесь испортить?
– Да нет, капитан, – я насторожился, – наоборот – может, и обрадовать! Принято решение о проведении войсковых испытаний истребителя. Как вы и просили, нам дали возможность выбрать район испытаний. Можно и в районе Курска и Орла. Правда, в Генштабе немного удивились нашей просьбе, но почему – я не совсем понял…
Зато я совсем понимаю… Дальше, дальше!
– Так вот! Передавать сделанные самолеты в какую-нибудь боевую часть не очень-то разумно. Мы им поломаем всю боевую работу, внесем сумятицу с разными модификациями самолетов, особенностями их обслуживания, обеспечения запасными частями и так далее. Это всем ясно.
Принято решение – создать либо усиленную, сверхштатную эскадрилью, оперативно подчинив ее какой-нибудь действующей части, либо сформировать отдельную авиационную группу с прямым подчинением воздушной армии фронта и впоследствии, по завершении фронтовых испытаний, развернуть на базе этой группы истребительный полк. Лишним нашей армии полк, освоивший новые истребители, точно не будет! А как ваше мнение, Виктор Михайлович?
– Здорово! Я думаю, что создание на время фронтовых испытаний авиагруппы наиболее полно будет отвечать поставленным перед нами задачам. Я за группу! Да и потом – всем прямая выгода. За время своей боевой работы ребята слетаются, выработают тактические приемы, накопят опыт боевого применения нового истребителя! Вы абсолютно правы – в результате воздушная армия получит боевой, зубастый истребительный полк да еще вооруженный самыми лучшими на сегодняшний день самолетами! Это просто здорово!
– Так вот, встает вопрос о вашем месте в этой авиагруппе…
– Я за чинами и должностями не гонюсь, товарищ генерал-майор! Где поставят, кем поставят – служить буду рад.
– Да нет, Виктор Михайлович, вы меня не совсем поняли… Речь не о том. У вас-то какое желание? После испытаний останетесь в группе или вернетесь в свой полк?
– Это даже и не обсуждается, Александр Сергеевич! В свой полк, конечно! Ведь там мои ребята, мои друзья. Да и мы, надеюсь, получим новые машины, когда они пойдут в серию? Вы уж за нас похлопочете?
– Да, да! Похлопочу, конечно! Куда я теперь от вас денусь, – рассмеялся Яковлев. – Да и не забывайте, товарищ капитан, кто, в конечном итоге, закрепил вас за испытанием нового самолета и кто в скором времени получит итоговую информацию о результатах войсковых испытаний с вашей, смею надеяться, подписью. В числе других подписей, разумеется, но с вашей в том числе. У товарища Сталина отличная память на людей. Я помню, что он мне звонил после выхода статьи в «Красной звезде» о вашем бое в Сталинграде. Звонил и поздравлял, говорил – вот какой хороший истребитель вы сделали, товарищ Яковлев! Как о нем фронтовые летчики хорошо отзываются! Так держать!
Так вот, о чем это я? Сбили вы меня своей просьбой… Ах, да! О вашем месте в группе. Зная вас, я осмелился предположить, что на командную должность вы навряд ли будете претендовать. Ведь это означает большую и кропотливую работу в основном на земле. А вы наверняка захотите как можно больше летать?
– Так точно, товарищ генерал-майор! Только и исключительно летать! На земле я еще насижусь, надеюсь…
– А вот должность заместителя командира группы, да еще по боевой работе, думаю, вас устроит?
– Еще как устроит, товарищ генерал-майор!
– Вот и замечательно, Виктор Михайлович! Считайте, что договорились. Да, прямо говоря, я за вас все эти мысли уже и высказал при обсуждении вопроса… Не обижаетесь? Я ведь угадал?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
