Девушка положила на камень подушечку, присела и раскрыла взятую с собой книгу. Пока меня не отвлекли, я всмотрелся в нее магическим зрением. Не сливаясь полностью с магией, я, тем не менее, быстро нашел несколько очагов поражения организма, самый опасный из которых располагался в области легких бедняги.
Существовала теория, не признанная, однако, как выверенная и доказанная, научно-магической общественностью, согласно которой причиной многих заболеваний, в том числе, например, нагноения ран, является враждебная человеку деятельность мелких демонов. Настолько мелких, что глазом их различить невозможно. Дескать, живут эти демоны везде. Мы их вдыхаем, мы их поедаем, и они же попадают к нам в раны вместе с грязью, которую числят за свою среду обитания. Жаркие споры не утихали, но доказать правоту или ложность этой теории в настоящее время было весьма затруднительно. Ученый, ее выдвинувший, уповал на скорейшее развитие стекольного производства и существенное повышение качества увеличивающих линз, с помощью которых надеялся разглядеть этих демонов.
Теория теорией, но помочь девочке было необходимо, хотя бы из негласного кодекса лекарей помогать страждущим независимо от сословной, расовой или национальной принадлежности. Обдумав, как помочь и не раскрыться, решил исцеление проводить постепенно, за несколько сеансов, по ночам и на расстоянии. Кто ж мне даст к ней приблизиться и войти в непосредственный контакт? Моими союзниками будут: горный воздух, усиленное питание пациентки и меня, а также горные травы, которые необходимо было еще найти.
С разрешением на поиск проблем не случилось. Стоило сказать, что хочу улучшить вкус и полезность блюд, как мне тут же выделили в сопровождение троих солдат и разрешили искать, но в пределах видимости отряда. Этим мы и занимались, когда позволяла дорога, выводя на редкие альпийские луга. Чаще всего спираль тропы пролегала таким образом, что отходить от нее влево было некуда — скала, а вправо не хотелось — пропасть.
Этой же ночью я слился с магией, создал нить-луч в направлении шатра графа, по лучу проник в него, нашел спящую девушку и, не создавая фантома, стал формировать исцеляющий узор. Все шло замечательно. На поддержание луча требовалось немного энергии, но я еще не восстановился после блужданий в горах и под ними, поэтому быстро устал. Конечно, часов за шесть подпитки и небольшой коррекции узора можно было бы исцелить девочку полностью, но не было времени, не было сил и не было возможности в этом случае скрыть, кто я такой.
На следующий день мы свернули на горную дорогу, вьющуюся в сторону замка графа. Я собирал травы, в том числе и приправы к ужину. Специального питья для юной леди, которую, кстати, звали Олисия, не требовалось, и я спокойно добавлял общеукрепляющие травки, соответственно обработав, в общий котел. Остальным употребление этих травок грозило только общим оздоровлением организма. Но некоторые добавлял в чай, предназначенный только графу и девушке. В случае дисбаланса некоторых веществ у графа в результате употребления этого специального чая, собирался убрать негативные последствия позже. Это было бы достаточно просто.
Третий день мы тащились по горной дороге и через день к вечеру должны были достичь замка. На лошадях отряд мог доехать за полтора дня, а то и быстрее, но наш караван двигался медленнее пешехода. Я успевал пройти вперед и, не спеша, пособирать трав, если было что собирать, пока последняя фура доезжала до того места, где я находился. В этот раз я, как обычно, с утра побродил по окрестностям, ничего путного не нашел и прилег в фуре подремать или потренироваться в магии, как получиться.
Постоянно, как только немного оклемался, я вспоминал наш необычный разговор со Свентой и тот канал связи, который так неожиданно и так кстати образовался между нами. То, что это похоже на нить-луч, но совсем не то же самое, это я понимал. Но вот додуматься, почему и как он образовался, а, главное, повторить это практически, мне не удавалось. Может быть, не хватало сил. Или концентрации. Или…, чего-то еще мне неизвестного. Возможно, для образования связи необходимо было, чтобы я и жена одновременно остро захотели контакта. Сильные эмоции могли спонтанно включить этот механизм, как это бывает даже у обычных людей, когда, например, мать в минуты опасности для сына мысленно говорит с ним и даже предупреждает о ней. Мои переживания в пещере, предшествующие разговору, могли косвенно служить подтверждением этой теории.
Еще меня беспокоило, поверила ли мне жена, если даже я иной раз задумывался, а не приснилось ли мне все это? Если поверила, то поверят ли ей, что я жив, и что будут делать, если поверят? Оба моих наставника в целительстве никогда не упоминали ни о какой такой связи. Правда, это еще не значит, что ее не существует. Впрочем, Свента умница, всегда может сказать, что видела вещий сон, а к снам у нас, как в Лопере, относились с доверием.
Впереди дорога проходила между двух пологих склонов и я, как обычно, стал просматривать их магическим зрением — признаю, напугали меня камнепады на короткой дороге, да и в горных туннелях приходилось беречься. Что-то мне в них не понравилось. Особенно левый склон.
Долго и напряженно всматривался я в подозрительный склон, но никак не мог понять причины своих опасений. Вот уже десяток авангарда метрах в ста пятидесяти впереди каравана достиг середины проезда, а первая фура — начала. Наконец, до меня дошло. Глыбы камня метров через двадцать от начала проезда держались как бы прочно, но в тоже время, как бы на тонкой нити. Перейдя полностью на магическое зрение, я разглядел узоры деревянных клиньев, которые не давали глыбам рухнуть на дорогу. Достаточно их выбить и тогда…
— Засада! — заорал я.
Фуры тут же остановились, воины выхватили оружие и стали тревожно оглядываться по сторонам. Все было тихо.
Я вылез из фуры и опять посмотрел на склон одновременно обычным и магическим зрением. Зная, что искать, я вскоре с помощью нити-луча обнаружил вторую группу глыб метров через сто от первой. Они также были в готовности обрушиться вниз. Мало того за глыбами мой луч высветил людей. Много. Сколько точно сказать не могу, ибо мне не дал заняться подсчетами граф, который подскакал к нам и строго спросил.
— Кто кричал?
— Он! — тут же сдал меня один из лакеев.
Граф посмотрел на меня, взглядом требуя ответа. Я же быстро прокручивал в голове варианты правдоподобного объяснения.
— Ваша милость, — наконец, нашел я подходящий вариант, — Я заснул… — лакей-предатель угодливо закивал графу, подтверждая мое недостаточное рвение в деле услужения, — Я заснул и во сне увидел, как вот с этих склонов падают камни на отряд, впереди и сзади, потом какие-то воины бегут сверху и убивают всех, кто выжил. Мне стало страшно, господин, и я закричал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
