Маклауды стояли, готовые к обороне, зная, что за их спинами находятся друиды, и Гэлен был уверен, что братья не отступят ни на шаг.
Айла оказалась единственной из друидов, не спрятавшейся в подземелье. Стоя рядом с Хейденом на южной башне, она ожидала момента, чтобы, если понадобится, снять защиту и позволить друидам пройти к замку.
Сейчас, когда Макклуры находились совсем рядом, Гэлен удивлялся решительности Хейдена, позволившего Айле оставаться на стене. Всегда заботливый и крайне щепетильный, когда дело касалось безопасности своей женщины, он и сейчас стоял рядом с ней, напряженно оглядываясь, готовый мгновенно отразить любое нападение.
Брок снова взмыл вверх, внимательно наблюдая за передвижением Макклуров.
— Они надвигаются справа! Приготовьтесь!
— Что ж, повоюем, — пробурчал Логан.
Проследив за его настороженным взглядом, Гэлен увидел, что возле самого края щита Айлы уже скопились всадники враждебного клана. Как и предупредил Брок, они гарцевали по правую руку от брошенного поселка. Непреодолимая сила бросила его вперед, и лишь возглас Брока заставил Гэлена остановиться.
— Друиды!
Действительно, с другой стороны поселка к ним бегом приближалась какая-то группа, выкрикивая имя Сони. Похоже, их уже заметили вирраны и бросились наперерез.
— Вот черт! — выругался Гэлен, оглядываясь на замок. — Эй, долой защиту!
Фэллон разрешающе кивнул Айле, и Гэлен почувствовал, как прямо через него в сторону края щита пробежала магическая волна.
— Займись друидами! — крикнул Гэлен Логану, заметив, что среди Макклуров, сразу увидевших замок, возникло шевеление и они издали воинственный клич.
Но Гэлен был к этому готов. Его бог все сильнее рвался вперед, издавая яростный рев, требуя крови, и Гэлен был уверен, что боги всех Воителей смогут сегодня утолить свой голод.
Первым же взмахом меча он выбросил из седла Воителя Макклура, несущегося в авангарде нападавших. Он ненавидел убивать безвинных лошадей и старался по возможности этого не делать, вышибая всадника. Макклур еще не успел подняться на колени, а Гэлен, прыгнув смельчаку на спину, легким движением свернул ему шею.
Когда большинство Воителей Макклура бросились к Гэлену, от стука копыт земля заходила ходуном. Лошади в паническом ужасе помчались прочь от вирранов, несущихся следом. Со стороны Макклуров это было бестолковой тратой сил. Используя временное преимущество, перемещаясь от всадника к всаднику огромными прыжками, Гэлен без сожаления убивал их раньше, чем каждый из них мог понять, что происходит.
Поначалу Гэлен все еще старался сдерживать своего бога, надеясь, что тот начнет насыщаться от каждого прикосновения к Воителю Макклура или к его коню.
К собственному изумлению, он вдруг понял, что перестал испытывать хоть какие-то чувства к окружающим. Дотрагиваясь до своих жертв, он не ощущал чужих мыслей, а ведь в конечном счете он должен был бы оказаться в разуме каждого. Конец проклятому дару! Контроль над внутренним богом, дар, которым он обладал двести пятьдесят лет, но не мог управлять им, наконец-то обрел хозяина, и теперь Гэлен купался в волнах собственной силы.
Гэлен застонал от счастья, когда без боязни проникнуть во вражеское сознание убил очередного смертного. Неподалеку от него дрался Хейден, источая смертельный огонь прямо из своих рук. Лошади нападавших в страхе пятились назад, сбрасывая седоков на землю. Там их уже ждал Рамзи.
Скрестив руки на груди, Риган прилагала все силы, чтобы успокоить Брадена. Несмотря на то что все друиды подшучивали друг над другом и разговаривали об обыденных делах, мальчуган чувствовал фальшь.
— Нужно помочь им, — произнес в конце концов Браден.
Присев на корточки, Кара улыбнулась в ответ:
— Браден, поверь, мы совсем не нужны Воителям. Все, что от нас требуется, мы делаем.
— Нет. Им плохо. Мы нужны им.
— Браден, пожалуйста. — Фиона крепко сжала руку сына.
Одара, как могла, принялась утешать Брадена, и в конце концов он успокоился.
Сделав глубокий вдох, Риган постаралась отбросить мысли о Гэлене. Прошло лишь несколько часов с тех пор, как он провел ее в подземелье. Остальные уже находились здесь раньше, поэтому, войдя в подвал, она услышала, как дверь крепко заперли и Ларина встала на страже.
На Риган упала гнетущая тишина. Теперь они сидели в полном молчании, лишь только две свечи чуть коптили в темноте, давая едва различимый свет, который не мешал Брадену спать.
Потеряв счет времени, Риган услышала, как зашевелилась Кара.
— Кажется, Фиона с Браденом наконец заснули, — прошептала она.
Маркейл, подойдя к двери, прижала к ней ухо.
— Ничего не слышно.
— Подожди, успеешь еще, — отозвалась Кара.
Чем больше проходило времени, тем сильнее беспокоилась Риган. Особенно сейчас, когда из-за стен стали доноситься вопли и стоны сражающихся Воителей.
Казалось, ее сердце упало куда-то к ногам, и кожа покрылась липким потом. Даже отсюда снизу было слышно, как земля сотрясается от копыт коней Макклуров и все это сопровождается отвратительным визгом вирранов.
Маркейл сидела на полу, обняв себя руками и закрыв глаза, а Кара, схватив ее за плечи, старалась хоть как-то успокоить.
Соня, сидя на полу, поджала колени к груди и не могла произнести ни слова еще с тех пор, как в убежище появилась Риган.
— Соня…
Встряхнув темно-рыжими волосами, она подняла покрасневшие от слез глаза.
— Твоя сестра будет в безопасности. Я знаю, что так будет, если за это поручился Брок.
— Мне остается только молиться, чтобы ты оказалась права.
— Господи, что это? — воскликнула Риган, услышав, как, судорожно прижав руки к груди, Одара издала сдавленный вопль.
— Позволь мне, — ответила Соня, успокаивающе положив руки на плечи Риган.
Отойдя чуть в сторону, Риган позволила Соне подойти ближе к старейшине. Лицо Одары покраснело, словно она задыхалась.
— Это сердце, — сказала Соня.
С сомнением посмотрев в янтарные глаза Сони, Риган осеклась. Казалось, друиды находятся в паническом ужасе, но Риган не понимала происходящего. В единственном, в чем она была уверена, так это в магии Сони, которая могла помочь Одаре в любом случае.
— Что это, Соня? — воскликнула Кара, невольно хватая за руку Маркейл.
— Похоже, нужно торопиться, сердце Одары не выдерживает.
Все три женщины сцепились руками, держа ладони книзу, направляя их к Одаре. Через мгновение, словно почувствовав необходимость своего участия в этом, к ним присоединилась и Риган. Ощущая, как ее собственная магия соединяется с волшебной силой остальных женщин, она молилась в душе, чтобы ее сила помогла Одаре. Перемещаясь в маленьком пространстве подземелья, магические волны, перемешиваясь между собой, проникали внутрь старейшины. Прошло совсем немного времени, и, тяжело вздохнув, Одара прикрыла глаза, словно собиралась отдохнуть.
