и я чуть не упала.
— Да нет же! — злился Тхэ Гён, придерживая меня. — Медленно! Мягко и медленно! А не так, словно у тебя бьёт током в 220 вольт. Ты должна чувствовать эту лёгкость. Словно паришь или танцуешь, понимаешь?
— Как тут потанцуешь в поле без музыки под твоё вечное недовольство? — воскликнула я, чувствуя, что ещё момент, и я пошлю его куда подальше.
Тхэ Гён недовольно нахмурил брови, но потом всё же полез в задний карман, выискивая что-то. Перед моим взором показались небольшие наушники. Вторые? Ведь первые уже находились в его ушах. Более того, эти вторые наушники также можно было подключить к его плееру.
— Надевай, — приказал парень, выбирая трек в своём плейлисте.
— И что мы будем делать? — моя усмешка стала шире. — Танцевать?
— Я, чтобы стать тем, кем сейчас являюсь, проглотил целую редьку на потеху зрителям. Хочешь пройти через подобное?
— Танцевать, так танцевать, — заключила я, надевая наушники.
Посмотрев на экран плеера, увидела название песни: «Shayne Ward — Breathless». Музыка была действительно мягкой и свободной. Словно полёт птицы. Она не оглушала барабанами, но её звуки словно проходили сквозь всё моё тело.
Если Тхэ Гён что-то и говорил мне в этот момент, я его совершенно не слышала. Однако и слышать его не надо было. Всё и так понятно. Тело двигалось, медленно вальсируя с места на место. Высокая трава совершенно не мешала. Ко всему прочему, он аккуратно взял меня за ладони, тем самым лишь направляя, но не подталкивая. Получалось не всё и не сразу, но в итоге мне это даже понравилось. Было трудно сдерживать улыбку, как мне, так и Тхэ Гёну, причём я до сих пор не пойму, чего мы тогда улыбались?
В какой-то момент всё переросло в ещё больший смех, оттого, что Тхэ Гён заметил мужчину за моей спиной, который, кажется, повторял за нами движения. Ну, я так подумала вначале, а потом всмотрелась в его выражение лица и поняла, что он нам что-то кричит. Так, что-то я подобное припоминаю в дораме. И это было даже забавно, но что именно? Основной сюжет в последнее время получается вспоминать всё труднее и труднее.
Вытащила наушники.
— БЕГИТЕ!!! — заорал в ужасе дядя. — СВИНЬЯ!!! — указал в другую сторону поля, по которой бежал огромный такой домашний кабанчик. — ОНА ОПАСНА!!! БЕГИТЕ!!!
И тут я вспомнила.
— Т-т-т-т… Тхэ Гён! — я даже произнести толком его имя не смогла. Лишь пятилась назад, указывая на свинью, что почуяла запах жертвы, и ринулась в нашу сторону.
Эх, как же мы тогда бежали… Я падала из-за травы, вскакивала, вновь падала и вновь вскакивала. Свинья же была настроена серьёзно и определенно намеревалась кого-то укусить. Она погнала нас в сторону леса, где мы вышли к протоптанной дороге. Я в жизни так не кричала от паники. И всё бы ничего, подумаешь, хрюшка! Если бы не одно «но» — животному практически удалось меня догнать. Более того, она чуть не вцепилась мне в ногу, подобно собаке. Сторожевая свинья! Честное слово!
Порвала мне штанину, откусив небольшой кусок ткани. И могло быть хуже, если бы Тхэ Гён вовремя не швырнул в пятак камень, чем ещё больше разозлил боевого монстра, преследующего нас уже и в лесу.
Однако есть в мире добро! Свинья, видимо, устала и свернула на другую тропу, оставив нас в покое. Я так устала и так хотела пить, что, казалось, у меня песок сыпался с языка. Никогда не видела ничего подобного. Как приедем домой — съем килограммов пять жареной свинины. Разом! И плевать на мою фигуру! Главное — месть!
2
— Тхэ Гён, ты там скоро? Может, уже пойдём? Скоро начнёт темнеть!
— Успокойся и просто доверься мне.
— Тхэ Гён, ты плохо ориентируешься в пространстве, у тебя куриная слепота, а ещё становится холодно, и хочется есть!
— Кэт, ты можешь помолчать хоть минуту? И почему ты кричишь мне всё это с берега? Иди сюда!
Я отрицательно покачала головой, продолжая сидеть на земле, поджав колени к груди. Кажется, мы заблудились, но солист наотрез отказывался это признавать. После того, как свинья отстала от нас, надо было повернуть назад и по свежим следам вернуться в деревню или хотя бы к машине, но не тут-то было. Тхэ Гён заверил, что свинья ещё где-то поблизости, и необходимо подождать минут тридцать, пока мы не будем уверены, что путь свободен.
За то время, пока мы ждали, парень влез ногой в свежую коровью лепёшку. Запах был ужасным! Изнеженное сознание солиста просто не было готово такое перенести, и было принято решение отыскать водоём, где Тхэ Гён помоет обувь.
Речка нашлась быстро, а обилие огромных плоских камней позволило парню быстро очистить свои кроссовки от экскрементов животного. Теперь же мы ждали, когда кроссовки высохнут. Вернее, я сидела на берегу, не смея подойти к речке близко, а Тхэ Гён грелся на камушке в лучах солнца.
Не стоит забывать, что у меня теперь довольно объективные причины не приближаться к водоёмам. А именно — я не умею плавать. И, хотя камни и плоские настолько, что по ним можно спокойно бегать, буйство реки проверять не хочется. Воспоминания о бассейне до сих пор свежи. К тому же, уже вечереет и это меня безумно смущает и настораживает. Каждый раз, когда я натыкалась на призрака, на улице было темно. Но как об этом скажешь Тхэ Гёну? Да никак! Упёртый, как баран! Как он собирается возвращаться? Думает, раз птица столь высокого полёта, то всё? Любая прихоть будет исполнена? Пф! Наивный.
— Короче, Тхэ Гён, — вновь крикнула я ему. — Если хочешь, можешь тут оставаться, а я возвращаюсь. Мне в темноте передвигаться как-то не очень хочется.
Парень привстал на локтях и со злостью посмотрел в мою сторону. Проигнорировав этот его «Стой! Стрелять буду!», я деловито отряхнула штаны от земли, заметив, что одна штанина практически уничтожена, и направилась к лесной тропе.
— Кэт! — послышался приближающийся голос парня. Всё же здравый смысл сильнее. — Могла бы подождать пять минут, — хмыкнул он, выходя вперёд меня.
— Тхэ Гён, ты идёшь не в том направлении, — я указала пальцем, откуда мы пришли.
— Заткнись! — бросил он, но всё же развернулся и пошёл туда, куда я указывала.
Вечерело, но наши следы ещё были видны. Вот
