Читаем без скачивания Знай свое место - Людмила Фатеева

"А я-то боялась! Вот балда! Это ж надо так лопухнуться?! Хотя, успею еще. Интересно, а Солнце мне по плечу?"

"Неужели невежество еще так сильно, до сих пор? Ну что тебе Солнце сделает? Воды бойся, темнота.

Итак, общество теней освободилось от нежелательных элементов. Оставшиеся строили свое существование по людским законам. Увидев, что дело идет к повторению истории человечества, только на более высоком и качественно ином уровне развития, но с моралью и устоями старого мира, без учета Теневых особенностей, я глубоко задумался. Зрела во мне одна идея. Ибо не только о Тенях заботился, но и о Человечестве не забывал. И поделился кое-какими соображениями с Алхимиком, видя в нем лидера.

Он меня с интересом выслушал. Даже признал превосходство моих планов. Обманули меня глаза его: так загорелись, заблестели. Ошибка оказалась роковой. Как я мог? До сих пор не пойму, что за помрачение сознания одолело? Потом я понял, что означал этот блеск. Идея-то Алхимику понравилась. А размах такой не по плечу. Тут либо делить власть со мной, либо... Но делиться не хотелось. Хотелось власти единоличной. Нежно он лелеял мечту стать властелином в Мире теней. Большего он боялся. А мое предложение могло стать привлекательным для всего Теневого общества.

Ха! Неужели ты так прост, Инквизитор? Тебя послушаешь - гений интриги. А по понятиям - святая простота. Что бы ты сказал о сегодняшнем мире? Вам, небось, тогда и не снилось... Да не смотри на меня так. Я ж ласково, любя, можно сказать.

Как это - так? - отозвался Инквизитор. - Обычно смотрю. Это ты мыслями прыгаешь. Тебя ж просветить хочу. Ты слушай, слушай, на ось мотай.

Раньше Алхимик не вызывал подозрений. Обретя тело, он не интересовался ни женщинами, к каковым ваш покорный слуга возымел вдруг великую симпатию, ни такими простыми радостями жизни, как вкусно и со знанием поесть, попить хорошо выдержанные изысканного вкуса вина. Я поначалу подумал, что он увлекся наукой. И только приветствовал это, ибо нет ничего противнее существа, предающегося лишь плотским утехам - они должны быть лишь приятным дополнением. Но и наука перестала интересовать Алхимика, если не служила его целям. В политику полез.

А я, все еще разгоряченный успехом оплотществления, не хотел успокаиваться на достигнутом. Я жаждал найти способ максимального очеловечивания тени. Этой безумной бациллой я заразил еще несколько теней, и мы засели за работу. Даже Алхимик, охладевший было к трудам научным, присоединился к нам. Дело двигалось с трудом. Бывало, мы бросали работу над основной темой и, отдыхая, вели отвлеченные научные беседы, спорили, в наших спорах порой рождались новые идеи. Одной из таких идей стала "капсула Джафара".

Для меня это было чисто научным экспериментом. Стало просто интересно получится или нет? Ибо решался вопрос: можно ли уничтожить тень? Я начал работу над этой идеей, чтобы доказать невозможность полного распада тени, а Алхимик преследовал иную цель - добиться распада. К моему удивлению, он оказался прав: мы нашли способ. Единственное, что удручало, наша теория обречена была остаться неподтвержденной экспериментально. Грешно использовать в таких изуверских опытах себе подобных. Но я снова ошибся в Алхимике. Тайком от всех он опробовал "капсулу", ибо капсула и была той ракетой, на которой он с легкостью влетел на Олимп лидерства.

Вот тебе и средневековый дед! Да он на Нобелевскую премию тянет! Хотя, как все глобальные изобретения, его открытие вряд ли принесло бы ему счастье.

А я, получается, сменила шило на мыло. Вернее, Мыльного на шило. Какая разница: в Человеческом Мире теневики, здесь - Тени. И там соки тянут, и здесь. Причем оба Мира из людей сосут. Как еще Человечество выжило, непонятно. Там интриги, тут интриги. Везде борьба за власть. Интересно, а есть ли здесь свой Шура?.

Как раз в это время и появился в общине мой ученик. Как я уже говорил, он умертвил себя в камере смертников. Как оказалось, после моего ухода от правосудия братья-инквизиторы взялись за него. Получилось, что я, сам того не ведая, послужил причиной гибели моего самого близкого человека. Артур был выходцем не из простого люда. Младенцем подкинули мне его под дверь в шелковых пеленках с вышитым золотом именем. Или какой лорд согрешил с кухаркой, или герцогиня с бравым солдатиком, или просто ребенок пришелся не ко двору - так и осталось тайной навеки, да я и не выяснял. Не до того было. Поначалу я мальчишку и не замечал почти что: нанял кормилицу, нянек (не захотел отдавать его в сиротский приют - все-таки чувствуешь, что живая душа рядом). Мальчишка вырос и оказался на редкость способным. Я стал уделять ему больше времени. Заметив тягу Артура к знаниям, я начал обучать его грамоте и разным премудростям. Он заменял мне сына, я ему - отца. Более трогательных отношений я не знал. Я делился с ним всем: кровом, едой, мыслями, некоторыми открытиями. Но до самого сокровенного не допускал - меньше знаешь, лучше спишь. Как я сейчас уже думаю, не так смерть моя огорчила его, как обидело недоверие с моей стороны в тайных исследованиях. Оскорбился Артур сильно, что я, не приобщил его к делу, что не разделил с ним тревог, что не предупредил о возможной опасности. На допросах он молчал, не снисходя до разговоров с палачами. Это только еще больше убедило мучителей в его виновности. Артура приговорили к сожжению. Он не стал дожидаться казни, как я уже говорил, выбрав "более легкий" способ ухода из жизни. В ночь перед казнью он перегрыз себе вены. С характером был мальчик.

И Тенью Артур помнил свою обиду, рожденную в застенках инквизиции. А, обретя плоть, он вскормил эту неприязнь до невероятных размеров - как ни пытался Артур скрывать свои истинные чувства, отчуждение лезло наружу. Хоть и спас я его однажды.

Инквизиция долго свирепствовала. Страшно расправлялась по малейшему подозрению.

Боже, страхи-то какие! Подземелья, пыточные, низколобые палачи, раскормленные, как буйволы, мясные, как нынешние штангисты. Кровь на ступенях, измученные люди с вывернутыми руками, с расплющенными пальцами, расплавленный свинец льется в горло через подобие граммофонной трубы. Хотя, все-таки, страшнее нынешних криминальных новостей трудно что-то придумать. И в детективах современных изощряются, кто страшнее и кровавее придумает. Нет, это за океаном жизнь, может, и идет по спирали вверх, а у нас, на Востоке, как омут суживается. Впрочем, что мне сейчас Восток и Запад. Хоть Антарктида. Вот возьму, плюну на все и в воду прыгну. Там была не жизнь, и здесь, если придется участвовать в чьих-то играх, пошлю всех к черту - и Терру, и Эйр, и братьев Теней - вернусь в первобытное естество. Опять сгоряча выводы делаю. Может, все не так и плохо? А, старик?.