это, беспомощно, почти истерически расхохотался.
Мгновением позже к нему присоединился Этельстан. Джеймс, осознав, что именно сказал, отпустил мистера Мирта и тоже рассмеялся, хоть в его смехе и сквозила горечь.
– Ах да. Говорят, подменыша нельзя вернуть обратно.
– Может, потому меня и отторгает это пространство, – пожал плечами мистер Мирт. – Возможно, оно вообще не хочет, чтобы я тут был. Однако ни одному из вас я рисковать не позволю, поэтому надо придумать другой способ пройти дальше.
Джеймс усмехнулся:
– Что ж. Я готов предложить свой способ.
– Джеймс, я боюсь спросить…
Не успел мистер Мирт договорить, как Джеймс жестом фокусника извлек из потайного кармана своего сюртука связку взрывчатки с фитилями.
Этельстан взирал на него с выражением ужаса на лице:
– Мой принц, что это?
– Во имя Даннан, Джеймс, ты что, помешался на взрывчатке? – одновременно с ним вскричал бледный как полотно мистер Мирт. – Зачем ты вообще потащил ее с собой?
– Успокойтесь, – Джеймс подбросил в руке взрывчатку. – Это даже не оружие, так – фейерверк, ханьская штучка. Мы с подмастерьями Кехта развлекались от скуки, планировали запустить на досуге. Слабый заряд. Однако порох есть порох. Главное – правильно его применить.
– Так зачем ты его взял?
– На всякий случай. Пистолеты и кинжалы слишком бросаются в глаза. Глядя на них, каждый скажет – этот человек пришел вооруженным. А про фейерверк кто так скажет, если здесь и не слышал про такое никто?
– А это не опасно? – слабым голосом уточнил Этельстан.
– Жизнь вообще опасна, брат мой! – весело сказал Джеймс и направился к завалу. – Габриэль, иди сюда, мне нужна твоя золотая голова. Надо рассчитать, где установить заряд.
Серные спички нашлись в кармане у мистера Мирта, и очень скоро подрывные работы были завершены.
– Отойдите оба, – скомандовал Джеймс. – Подальше, и лучше будет, если вы ляжете, накрыв голову руками – мало ли куда полетят осколки.
– А ты?..
– Уж за меня не беспокойся. У меня отличная реакция.
Мистер Мирт покачал головой, но подчинился и увел за собой Этельстана. Виночерпий пребывал в явном шоке от выходки Джеймса – не привык еще к его непредсказуемости, граничащей порой с безумием. Опустившись на мостовую, они вдвоем, как и велел Джеймс, накрыли головы руками и прижались к земле.
Джеймс точными быстрыми движениями, всего с одной спички, поджег все три заряда, что у них были, и бросился на землю, перекатом уходя из зоны взрыва. Едва он упал рядом с братьями, как фитили догорели.
– Лишь бы порох не отсырел, – одними губами пробормотал Джеймс, лишь сейчас вспомнив о тумане.
Им повезло. Не так уж долго они пробыли в тумане, чтобы порох успел отсыреть, и три взрыва прогремели один за другим, разрушая каменный завал.
Оглушенный, мистер Мирт осторожно поднялся и помог встать Этельстану. Рядом отряхивал бархатные брюки Джеймс.
Перед ними темнел обнаженный зев пещеры.
– Кажется, твоя безумная выходка удалась, – пробормотал мистер Мирт.
– Иногда радикальные меры – единственно возможные, – усмехнулся в ответ Джеймс. – Вперед. Надо торопиться. А то все самое интересное случится без нас, а я ненавижу опаздывать к началу представления.
* * *
Стоило им ступить под пещерный свод, как свет словно бы померк – и только это заставило мистера Мирта задуматься, что Дороги Короля вообще как-то освещались, но ни солнца, ни луны в тумане не было видно, как и самого неба. Не иначе – магия. Запутанная и неясная. Мистера Мирта передернуло. Нет, он предпочитал исключительно науку! Простую, четкую, подчиняющуюся законам и правилам.
В памяти всплыло то ощущение, с каким магия стекала с его пальцев в землю, и холод дождевых струй вызванного им дождя.
Нет.
Магия не для него.
Джеймс шел рядом молча, и мистер Мирт заметил, что он выглядит бледнее обычного.
Его серьезное, сосредоточенное лицо выражало готовность идти к цели до конца.
Мистеру Мирту только и оставалось, что надеяться на его благоразумие.
И на Этельстана – виночерпий фаэ обладал практически волшебной способностью останавливать Джеймса, когда того переполняли эмоции и били через край. Этельстан, выросший в плавном и спокойном темпе жизни фаэ, не знающий людских тревог и сомнений, сам по себе был неплохим противовесом для Джеймса, чья жизнь как будто состояла из одних потрясений.
– Ты никогда не хотел посмотреть, как живут смертные? – спросил мистер Мирт, пока Этельстан мастерил из длинной ветви, найденной на земле, и подола собственной рубашки подобие факела.
– Нет, не было желания, – пожал плечами Этельстан. – И, если честно, не появилось. А вот от масла – хоть машинного, хоть растительного – не отказался бы, потому что мало факел поджечь, надо еще, чтобы он как можно дольше светил.
– Используй магию, – хмыкнул Джеймс. – Или об этом надо просить нашего драгоценного чистокровного братца?
– Я ученый, а не маг, – хмуро возразил Габриэль и достал из внутреннего кармана небольшой флакон.
– Масленка? – Брови Джеймса полезли на лоб. – Нет, серьезно, масленка? С собой?
– Тебя это удивляет? Масленка ничем не хуже полных карманов пороха!
– Зачем мужчине порох, понять еще можно, но вот повсюду таскать масленку – попахивает безумием! Как там наше чопорное лунденбурхское общество? Еще не попыталось отправить тебя в Бедлам?
– Они слишком заняты созданием карикатур, – отмахнулся мистер Мирт, передавая масленку Этельстану.
– Вот поэтому меня в смертный мир и не тянет, – вздохнул виночерпий. – В вас слишком много суеты. А ведь вы лучшие представители этого мира. Даже задумываться не хочу, каковы все остальные.
Мистер Мирт и Джеймс молча наблюдали за тем, как машинное масло пропитывает тонкий батист.
– Джеймс, дай, пожалуйста, спички, – не глядя, протянул руку Эстельстан.
Еще одна серная спичка вспыхнула – и факел осветил свод пещеры.
– Рукотворная, – прошептал мистер Мирт, касаясь рукой потолка – для этого ему пришлось подняться на носки. – Ее создали фаэ? Почему дорога вообще упирается в пещеру и уходит под землю?
– Никто не говорил, что Дороги Короля обязаны быть прямыми, – ответил Этельстан. – Они могут идти так, как им вздумается, под землей или под водой. Этот путь никогда не бывает простым.
– Ни один путь не бывает простым, если идешь до конца, – вскинул подбородок Джеймс.
– Или кто-то любит усложнять себе жизнь, – вздохнул Габриэль. – Как бы то ни было, нам надо идти вперед.
Его слова гулким эхом отозвались под сводами пещеры.
* * *
Они шли довольно долго, пока внезапно путь не окончился каменной лестницей, ведущей вниз.
– Боюсь представить, что нас ждет, – сказал Этельстан. – Прошу вас, давайте не разделяться больше? Я пойду первым, следом Джеймс, а ты, Габриэль, будешь замыкать наше шествие. Это очень древнее место,
