Дотянувшись до стула, она взяла халат и набросила его на плечи.
– Ну что? – с вызовом спросила она. – Так и будешь лежать в постели всю оставшуюся жизнь?
Губы Малкома расплылись в улыбке.
– Я хочу посмотреть, как ты будешь одеваться, и, если надо, помочь тебе, потому что нанять горничную мы для тебя не успели.
– Интересно, почему? – спросила Натали, вскинув брови. – Может быть, оттого, что мы так поспешно уехали из Лондона?
– Может быть, – легко согласился Малком. – И поскольку это произошло по моей вине, в чем ты, как мне кажется, хочешь меня упрекнуть, я намерен взять эти функции на себя.
Натали хмыкнула.
– Тебе скоро это надоест, – заметила она и, встав с кровати, принялась рыться в сундуках, которые стояли у окна нераспакованные – на это не хватило ни времени, ни сил.
Она вытащила чулки, нижнюю рубашку, корсет и нижнюю юбку, и, когда Малком, верный своему слову, начал помогать ей одеваться, пришла в восторг. Горничная из него получилась отличная! Естественно, Натали не стала задаваться вопросом, где он приобрел эти навыки. Одна лишь мысль о том, что Малком мог спать с какой-то другой женщиной, кроме нее – будь это даже его жена, – была ей неприятна.
Потом она помогла одеться ему, правда, не так споро и ловко, но, перемежая процесс одевания веселым смехом, шуточками и жаркими поцелуями, они наконец с ним покончили. Натали и не представляла, что замужняя жизнь может быть такой веселой.
Когда они вышли из комнаты и зашагали по коридору, к ним бросилась Сара.
– Где вы были? – закричала она. – Я уж подумала, что вы вернулись обратно в Лондон, но няня сказала, что вы здесь.
Малком подхватил дочку на руки.
– Мы никуда не уехали, детка, мы были в постели. – И он громко чмокнул ее в щеку.
Сара принялась вырываться, хихикая, и вытерла то место, куда он ее поцеловал, маленькой ладошкой. Малком поставил ее на пол.
– Я тоже долго спала, – заявила она, – но не столько, сколько вы. Хотите посмотреть мои рисунки?
Натали и Малком обменялись удивленными взглядами.
– Твои рисунки? – переспросил Малком. – О каких рисунках ты говоришь?
В этот момент из детской вышла миссис Бигалоу.
– Она говорит об акварелях, – быстро пояснила няня. – В одном из ящиков стола мы нашли акварельные краски, и я подумала, что не будет никакого вреда, если ребенок немного порисует. Она ведь так любит этим заниматься. – Глаза ее сверкнули, и она, прищурившись, взглянула на Натали, но, к облегчению воспитанницы, ничего не сказала. А то она уж было подумала, что няня прямо в лоб спросит ее, как прошел ее день и нравится ли ей быть замужем.
Они пошли следом за Сарой, бегущей впереди, в детскую и подошли к стоявшему у окна столу. На нем в беспорядке лежали рисунки, на которые Сара поставила плошки с грязной водой, чтобы они случайно не свалились на пол. Натали склонилась над ними и почувствовала, как сердце быстро забилось в ее груди. Для ребенка такого возраста, как Сара, рисунки оказались просто замечательными. У девочки был несомненный талант, яркий и самобытный. Однако из троих взрослых, стоявших у стола, лишь одна Натали понимала это.
Интересно, рассердится ли на нее Малком за то, что она вчера сделала? Нужно было давно ему сказать, но она никак не могла решить, как бы это получше сделать. Любой намек на то, что с его драгоценной дочуркой что-то не так, неизменно вызывал у него взрыв негодования. Впрочем, услышав презрительное замечание Гектора о том, что у Сары не все дома, Натали решила, что Малком вправе так себя вести. Он делал все возможное, чтобы защитить свою маленькую дочку от людской злобы. Но если бы она нашла правильные слова, он бы понял, что с его малыш кой все в порядке, по крайней мере почти все. За исключением…
Но в присутствии Сары Натали не могла обсуждать эту тему. Она должна была поговорить с ним наедине. Однако час шел за часом, а им все было некогда. Прошел день, потом другой, а Натали так ничего и не сказала Малкому. Если бы он спросил, куда они с Сарой ходили в тот день в Лондоне, она бы ему все рассказала, но он ни разу этим не поинтересовался. Кроме того, Натали, поглощенная новой для себя жизнью замужней дамы, оставила все объяснения на потом.
Прошло несколько дней. Вскоре после ленча, когда Малком с Натали целовались в гостиной, за спиной у них раздались тихое покашливание и голос Ховотча:
– Простите, милорд, вас и леди Малком желает видеть некий мистер Уиттакер. Он пришел не один, а с двумя дамами, – прибавил он. – Я знаю, что вы приказывали сообщать всем посетителям, что вас нет дома, но я подумал, что при сложившихся обстоятельствах…
Натали с Малкомом одновременно обернулись. Поспешно пригладив растрепавшиеся волосы, Натали удивленно спросила:
– С двумя дамами? С чего бы это Гектору приводить с собой каких-то дам?
Лицо Ховотча приобрело несколько оскорбленное выражение.
– Я говорю не о мистере Гекторе Уиттакере, миледи. Гектора Уиттакера я знаю, а с джентльменом, который пришел, я не знаком. Да и тех дам, что он с собой привел, я тоже не знаю. – И, заметив недоумение на лице хозяина, объяснил, желая ему помочь: – Это довольно молодой джентльмен, сэр. И если вы не сочтете за дерзость – он очень похож на леди Малком.
– Дерек! – обрадовалась Натали. – Но почему…
– Проводите его в библиотеку, Ховотч, – перебил ее Малком. – Вы, разумеется, совершенно верно поступили, впустив его. Мы спустимся через минуту.
– Слушаюсь, сэр.
Натали бросила на себя взгляд в зеркало, висевшее на стене, и машинально поправила платье.
– Как странно, что Дерек приехал без предупреждения. Интересно, что привело его сюда? Теперь, когда у меня есть собственный дом, быть может, стоит приглашать его останавливаться у нас, а не в Кросби-Холле? Надеюсь, ты не будешь возражать? Признаюсь, мне бы хотелось, чтобы он немного пожил здесь. Когда я видела его в последний раз, он мне показался таким худым.
– Конечно, как пожелаешь, так мы и сделаем. – Малком подошел к двери, подождал, пока Натали выйдет из комнаты, вышел следом за ней, и они направились к лестнице. – Он что, всегда приезжает без предупреждения?
– Нет, это на него совсем не похоже. Он вообще редко приезжал домой. Он всегда так занят! В прошлом году он даже рождественские праздники провел вместе с лордом Стоуксдауном.
– Наверное, он просто решил нанести нам визит. Натали недоверчиво взглянула на него:
– Но ведь мы совсем недавно виделись в Лондоне. И кто эти две дамы? Признаюсь, я заинтригована.
– Скоро мы все узнаем. – Малком, подойдя к двери библиотеки, отступил в сторону, давая Натали пройти.
Как они и ожидали, молодым человеком, о приезде которого доложил Ховотч, оказался Дерек. Он стоял у камина, и, когда Натали вошла, поднял голову и взглянул на нее. Натали никогда не видела у него такого выражения лица: напряженное и одновременно странно серьезное. Изумленная, она остановилась, не в силах сделать ни шагу.
