смущения. Но ничего подобного. Пара боевых холопов держится в трёх сотнях шагов впереди, позади два компаньона, потом карета с Дуняшей, кучером и лакеем, а замыкают кавалькаду ещё двое бойцов.
В подобном порядке они уже ехали в прошлом году, и если бы не Пётр, её непременно убили бы. Но теперь у неё охрана куда серьёзней. У одарённых однокаратные «Панцири», у каждого холопа в половину карата, и без соли их не сожрать. Либо направлять целый отряд сильных одарённых, либо даже не пытаться.
Мысли вновь вернулись к Ярцеву, и её охватила очередная волна смущения, только теперь ещё и томительный холодок пробежал под ложечкой, опустился к низу живота, устремился вверх и разлился приятной волной по груди. Она и прежде испытывала необъяснимое волнение от одной лишь мысли о нём, а после того, как они вместе сходили в изнанку, и вовсе чуть не млеет.
А ведь это была самая настоящая необходимость, никакого подтекста в его действиях не было. Нет, поначалу-то он не мог отвести от неё взгляда, и она от смущения была готова провалиться сквозь землю. Но после он словно и не замечал её наготы. А вот ей пришлось тяжко. Пётр, конечно, сильно её удивил как своим выросшим до седьмого ранга вместилищем, так и толщиной жил. Какой у него потенциал? Двенадцатый, каковой, поговаривают, у императора? Или даже тринадцатый? Она, признаться, понятия не имеет, есть ли в России столь сильные одарённые. Как бы-то ни было, но при виде обнажённого, крепкого и ладно сложённого тела она никак не могла окончательно взять себя в руки.
А вот Ярцев был собран и деловит. И в изнанку пройти предложил, чтобы показать не только свои достижения, но и возможности. О том, что он видит, как можно выправить узоры, ей было известно. Как, впрочем, и многим другим. Сколько уже одарённых прошло через них с Чурсиным. Однако, как оказалось, Пётр способен внести изменения в плетения. Пришлось потрудиться, выправляя их по его указке, но в результате те прибавили по мощности от двадцатой до шестой части при том же расходе Силы. Невероятно!
Впрочем, не менее важное случилось после того, как они вернулись из изнанки. Как оказалось, Пётр преуспел не только в развитии дара, но и в изучении плетений, серьёзно опередив в этом направлении своих однокашников. Для этого он с февраля отдельно приплачивает профессору Брюсу за индивидуальное обучение.
Вообще-то, ей откровенно не понятно, как он может столь быстро усваивать материал. Просто поразительная скорость. И ладно бы, схватывал всё на лету и столь же быстро забывал, с подобным она сталкивалась неоднократно. Но это был не его случай. Мало того, Пётр не просто совершенствовал уже готовые плетения и узоры, но и, отталкиваясь от них, создавал новые.
Как пример, изготовленный им амулет «Маяк», за основу которого он использовал «Разговорник». Суть, опять же, в двух половинках одного целого. Но он сумел сделать невозможное, потому что тот работал без бриллианта. Для этого кусочек камня нужно было поместить под кожу на уровне груди в непосредственной близости от вместилища. Со слов Петра, оно имеет незначительный фон, что бы это ни значило, и этого вполне достаточно для активации плетения, даже если блокировать дар зельем, потому что каналы тут не задействованы, а именно их-то оно и перекрывает.
Словом, волнительный момент, когда его пальцы коснулись её тела… Вообще-то, не пальцы, а остриё ножа, и было очень больно, когда он взрезал кожу на спине. Затем затолкал в рану половинку небольшого камешка, на котором весьма убористо было нанесено заковыристое плетение. А скорее всё же конструкт из нескольких, она толком ничего не поняла, слишком уж сложно, и без лупы или «Дальнозоркости» не обойтись. Но первого под рукой не было, а вторым она сможет овладеть не раньше пятого ранга.
Отчего Долгорукова согласилась на ношение этого амулета? Ну, хотя бы оттого, что Ярцев уже дважды спасал ей жизнь, а ещё Мария ему доверяла. Несмотря на всю его ершистость, она верила в то, что он никогда её не оставит. Хотя, конечно, на рыцаря в сверкающих доспехах Пётр походит меньше всего.
Ну и такой момент, что он доверял ей, раскрыв свои достижения и возможности. А также намекнув на то, что знает, как можно раздобыть оборотней. Ведь он говорил о росте дара слабых одарённых, а иного пути попросту не существует. Хотя-а-а. Пётр ведь пошёл дальше и каким-то образом сумел улучшить свои каналы, чего желчь волколака сделать не сможет. И ладно бы сам, это можно было бы объяснить случайностью. Но как быть с Лизой? У неё ведь та же картина. А два исключения это уже как-то чересчур.
М-да. Кого Мария пытается обмануть. В первую очередь она доверяет ему, потому что он ей нравится. Причём началось это ещё до того, как он спас её впервые. В тот день, когда Рябова свела их в поединке в фехтовальном зале. Она и прежде видела его, слышала о его похождениях, но особо не придавала значения. Младший брат одноклассницы, бесталанный и непоседа, поселившийся в карцере. Но именно в тот день что-то случилось, и она обратила на него своё внимание, хотя и понимала, что в этом нет смысла. Но мысли раз за разом сами возвращались к нему.
С другой стороны, не хочется оставаться разменной монетой в чужих играх. Пора становиться самостоятельным игроком. И в этом плане обзавестись даже не княжеством, а хотя бы своим городом, уже дорогого стоит. Затея насколько рискованная, настолько же и дорогостоящая.
Но с деньгами батюшка поможет, да и Пётр говорил, что через годик, а может, и раньше со средствами проблем не будет. К тому же он утверждает, что вполне достаточно одного полка, а это не так дорого, как может показаться. Чего стоят сильные одарённые в бою, она успела убедиться этим летом лично. Но всё одно как-то сомнительно. Ведь не только турок будет больше их, но и татары с ногайцами непременно подтянутся на поживу.
Впрочем, государь ведь может провести частичную мобилизацию среди посадских полков. На многое рассчитывать, конечно, не приходится, так как оголять границу Пётр Иванович не станет. Посадники по факту единственная сила, стерегущая границу с Диким полем, не считая незначительных княжеских дружин и ополчения. Но даже в этом случае получится вывести в степь не меньше десяти тысяч, а это уже хоть какая-то сила.
Не хотелось бы, конечно. От доли участия в предприятии самого государя будет напрямую зависеть самостоятельность новых
