Смерть и истина
Однажды какой-то человек спросил:
– Что есть смерть?
И получил ответ короткосложными стихами:
В жизни все фальшиво,
Есть только одна истина, и эта истина – смерть,
Лицом к смерти
Воистину храбр тот, кто смерть встречает с улыбкой. Таких храбрецов мало, они редки.
Есть люди, умеющие спорить благородно, но есть такие, которые теряют рассудок в решительный момент. Человек, потерявший сердце в последнюю минуту, не храбрый человек.
Расчетливые умы
Очень расчетливый ум не достоин уважения. Рассчитывать – это значит взвешивать и помнить, что можно потерять и что нужно выиграть. Расчетливый ум никогда не сможет подняться над мыслью о корысти и убытках.
А что есть смерть, как не убыток? Что есть жизнь, как не корысть? Кто рассчитывает, тот корыстен. Поскольку такой человек в любых обстоятельствах работает только с корыстной целью, – он должен опасаться смерти. Значит, такой человек – трус.
Кто обучался наукам, у того свободный и острый язык. Но остроты таких людей часто служат маской для их немощного ума. Язык часто защищает их расчетливый ум. Их остроумие часто вводит людей в заблуждение, а язык отвлекает уши.
Выбор
Сида Китиносукэ, один из подданных его светлости, сказал: «Когда и жизнь, и смерть одинаково не бесчестны, – останови свой выбор на жизни». Но он имел в виду выразить обратное тому, что сказал. В другом случае он заметил: «Когда вы не можете решить: идти или не идти? – лучше не ходите».
Он добавил: «Когда вы задаетесь вопросом: есть или не есть? – лучше не ешьте. Когда вас мучит вопрос: умереть или не умереть? – лучше умрите».
Примерная смерть
Смерть посещает всех: великих и малых. Смерть настигает вас, не считаясь с тем, подготовились вы к ней или нет. Но все люди подготовлены к факту смерти. Однако вы склонны думать, чю вы переживете всех. Это вводит в заблуждение и вас, и других. Смерть подкрадывается к вам, прежде чем вы об этом узнаете. Встречая смерть, будьте уверены в том, что вы встречаете ее в полной готовности.
Когда приходит смерть
Бусидо – путь воина – приказывает сражаться отчаянно, насмерть. «Любого противника, с которым ты сражаешься, считай настолько сильным, что с ним не управятся и десятки людей», – сказал Наосигэ из рода Набэсима.
Ты никогда не сможешь совершить подвиг, если будешь следить за ходом сражения. Только тогда ты достигнешь многого, когда, не обращая внимания на окружающее, станешь биться отчаянно, как бешеный.
Бусидо запрещает увлекаться рассуждениями. Рассуждающий воин не может принести пользу в бою.
Не думай о твоем князе. Не думай о твоих родителях. Путь воина означает лишь одно – сражаться бешено, насмерть. Только идя этим путем, ты выполнишь свой долг перед твоим владыкой и перед твоими родителями.
Внешность самурая
В столь отдаленные времена, как эра Камбун (1661-1672), самурай каждое утро принимал ванну, брился, душил волосы, стриг ногти, аккуратно шлифовал их пемзой и полировал токуса [25]. Так же тщательно следил он за своим оружием, которое всегда содержал в чистоте, старательно очищая от ржавчины.
Все это делалось не ради только наружного блеска, но потому, что самурай хотел быть всегда таким чистым, каким он должен быть после смерти, ибо призыв к оружию мог раздаться в любой момент. Воин, чьи бренные останки находились в неряшливом состоянии, выставлялся на посмешище, если его труп доставался в руки неприятеля. Самурай, который ежечасно готовился к смерти, приготовлял себя к тому, чтобы не стать посмешищем врага.
Лицом к врагу
В сражении старайся быть впереди всех. Думай только о том, как преодолеть вражеские укрепления. Никогда не отставай от других, но и не хвались своей доблестью.
Так рассуждает один почтенный господин. И он советует правильно. Кто вышел на поединок, тот всегда должен помнить, что он обязан встретить смерть, повернувшись лицом к врагу.
Даже оставшись один, защищай свою позицию. Тотчас же найдется другой, чтобы образовать фронт вместе с тобой, и вас станет двое.
В доблести и бесстрашии будь вторым за пустым местом. Будь таков, чтобы самому чувствовать, что твое искусство непобедимо.
Накано Сюэмон так выразился о доблести: «Какая тренировка хороша для военного? Закрой глаза, шагни вперед и бей; в противном случае ты не принесешь пользы».
Голова живет и после того, как тебя уже больше нет. Солдату могут отрубить голову, но это еще не означает, что настал его конец. Если его воинственный дух силен, он может проявить себя даже и после того, как потеряет голову. Храбрость солдата памятна достаточно долго, чтобы нанести ущерб и даже после того, как его обезглавили.
Если древние воины были способны на это, то почему мы пе можем быть способными? Люди остались теми же.
Ум война
Самурай должен думать лишь о борьбе. Но его мысль часто блуждает, не решаясь на чем-нибудь остановиться.
Позовите самурая и спросите его: «Что является главным правилом воина?».
В наше время у немногих имеется уже готовый ответ на подобный вопрос. Люди редко задумываются над этим вопросом. Застигнутый врасплох самурай часто обнаруживает свою неосмотрительность. Нерадивость самурая непростительна.
Если хочешь быть полезен своему князю, будь всегда осторожен. Будь бдительным, когда находишься возле хозяина.
Отдыхать можно вне службы. Тому, кто внимательно относится к своим обязанностям, и служба является отдыхом.
Добросовестно относящийся к своим обязанностям не утруждает своего ума.
В разгар сражения
– Когда я находился лицом к лицу с врагом, мне казалось, будто меня окутала какая-то тьма. В этот момент я был сильно ранен. А как вы, достопочтенный господин?
– Это правда. Когда я оказался в самой гуще врагов, меня окутал какой-то туман. Я остановился на миг, чтобы успокоиться, и тогда наступил просвет. Если бы я сразу же пошел вперед, я бы не смог причинить врагу столько вреда, сколько причинил.
Секрет войны
Иэмицу, третий правитель Токугава, был склонен к ратному делу. Его светлость потребовал однажды к себе двух вассалов. Оба вызванные были известны как мастера военного искусства. Один был Сукэкуро из вассалов князя провинции Кии, другой – Набэ-сима Мотосигэ.
Правитель пожелал узнать истинные секреты войны. Первый из названных полководцев изложил секрет своей школы письменно. То, что он рассказал, заняло три листа бумаги.
Мотосигэ изложил свой ответ тоже на бумаге. Он написал в следующей сжатой и краткой форме:
«Никогда не следует задумываться над тем, кто прав, кто виноват. Никогда также не следует задумываться над тем, что хорошо и что нехорошо. Спрашивать, что нехорошо, так же плохо, как спрашивать, что хорошо. Вся суть в том, чтобы человек ни-когда не вдавался в рассуждения».
Сегун Иэмицу сказал: «Вот то, чего я хотел».
Долг
Самурай обязан отдать своему князю душу и тело; кроме того, он должен быть мудрым, милосердным и мужественным. Без этого он ничего не достигнет. Если хочешь стать мудрым, советуйся с другими; если хочешь стать милосердным, помогай другим; если хочешь стать храбрым, бросайся на врага и вырывай у него победу. Все это необходимо в жизни. Достойные поймут это.
Суровый князь и спокойный подданный
Однажды князь Кацусигэ выехал на охоту. По какой-то причине он рассердился на одного из его сопровождавших. Князь под-пял свой длинный меч и, не вынимая его из ножен, ударил им своего подданного. Моч выскользнул из руки князя и упал в узкое ущелье.
Провинившийся подданный вскочил на ноги и тотчас стал спускаться по крутому обрыву. Он достал меч и заткнул его под платье па спине, пропустив его через воротник. Нося таким образом княжеский меч, он стал карабкаться обратно па четвереньках. Выбравшись из ущелья, он так низко преклонил колени перед своим владыкой, что эфес меча пришелся как раз в руку его владельца.
Этот человек не только быстро выполнил то, что должно было быть выполнено, но и, кроме того, передал меч своему достопочтенному хозяину в наиболее приличествующей случаю манере.
Клятва война
Где бы я ни находился – в глухих ли горах или под землею, – в любое время и везде мой долг обязывает меня охранять интересы моего владыки. Это долг каждого, кто является подданным Набэсима. Это позвоночник нашей религии, не меняющейся и вечной.
Никогда, в течение всей своей жизни, я не должен иметь собственных суждений о замыслах моего владыки и господина. Не поступать иначе во всю свою жизнь. Даже после смерти я воскресну семь раз, чтобы оградить от несчастий дом моего владыки.
Я даю клятву исполнить четыре задачи:
1. Ни перед чем не отступать при выполнении долга.
2. Быть полезным своему владыке.
