Читаем без скачивания Частный детектив. Выпуск 2 - Дэшил Хэммет

— Идем.

Они спустилась с крыльца и по усыпанной гравием дорожке двинулись вокруг дома. Ветер теребил кусты, ливень хлестал стены, но ни один звук не доносился изнутри здания.

— Ведите себя как можно тише, чтобы нас не услышала прислуга, — предупредил Мейсон. — Если никто не проснется, в нашем распоряжении будет несколько минут, чтобы разобраться в ситуации.

Она кивнула, пошарила рукой под карнизом гаража и отперла черный ход.

— Пройдите через дом и откройте мне парадную дверь, — сказал Мейсон. — Эту дверь я запру за вами и повешу ключ обратно.

Ива кивнула и исчезла в темноте.

Мейсон повернул ключ в замке и повесил его на прежнее место. Потом он пустился в обратный путь вокруг дома.

8

Мейсон прождал на крыльце две–три минуты, прежде чем услышал шаги Ивы Белтер и щелчок замка. Она отворила дверь и встретила его улыбкой.

В холле горела только одна лампа — маленький ночной светильник, свет которого едва вырывал из мрака ступени лестницы и мебель — несколько стульев с прямыми спинками, зеркало в красивой раме, вешалку и стойку для зонтиков. На вешалке висел женский плащ, в стойке стояли две трости и три зонта. Из отделения для зонтов просочилась струйка воды, образовавшая на полу лужицу, в которой отражался свет лампы.

— Вы погасили светильник, когда выходили? — спросил Мейсон шепотом.

— Нет, я оставила все, как было.

— Значит, ваш муж, впуская кого–то, не включал других ламп, кроме этой маленькой?

— Да.

— Столь слабое освещение — это у вас норма?

— Видите ли, наверху живет только Джордж. Он не интересуется нами, а мы не интересуемся им.

— Ладно, пошли наверх, — сказал Мейсон. — Включите свет.

Ива щелкнула выключателем. Мейсон первым прошел в комнату, где до этого разговаривал с Белтером. Дверь, из которой Белтер тогда появился, теперь была заперта. Мейсон повернул ручку и вошел в кабинет.

Он увидел большую комнату, меблированную так же, как и предыдущая. Громоздкие стулья с плотной обивкой, письменный стол казался составленным из двух столов нормального размера. Дверь в спальню была открыта; рядом с ней находилась еще одна, ведущая в ванную. Джордж Белтер лежал на полу в дверях между ванной и кабинетом. На нем был фиолетовый халат, который распахнулся спереди, открывая нагое тело.

Ива Белтер тихо вскрикнула и вцепилась в руку Мейсона. Он отстранил ее, подошел к лежащему и опустился на колени. Джордж Белтер несомненно был мертв. На теле остался след единственной пули, попавшей точно в сердце. Все указывало на то, что смерть наступила мгновенно. Мейсон сунул руку под халат и убедился, что тело влажное. Адвокат поднялся, перешагнул через вытянутую руку трупа и пошел в ванную.

Как и все комнаты, в которых жил Джордж Белтер, ванная была спроектирована с размахом. Ванна, опущенная в пол, была глубиной в три с половиной фута и не менее восьми футов в длину. На вешалке возле огромного умывальника висели сложенные полотенца. Мейсон осмотрел их и вернулся к Иве.

— Видите? Он купался и, скорее всего, просто вылез из ванны. Набросил халат, даже не вытершись. Он еще мокрый под халатом, а полотенца сложены и не использованы.

Она кивнула.

— Не считаете ли вы, мистер Мейсон, что не плохо было бы смочить одно полотенце и повесить его так, словно он вытерся?

— Зачем?

— Ну… не знаю… Мне просто пришло в голову.

— Если мы начнем фабриковать фальшивые улики, то впутаемся в неприятную историю. Советую запомнить это раз и навсегда! Мне кажется, что никто, кроме вас, миссис Белтер, не знает, что здесь произошло. Кстати, у них возникнет вопрос, почему вы сначала связались со мной, а потом позвонили им Это выставляет вас в двусмысленном свете. Вы понимаете?

Она кивнула; ее глаза стали большими и темными.

— Так вот, слушайте внимательно и хорошенько все запомните, — наставительно произнес Мейсон. — И не теряйте головы Вы должны рассказать им то же самое, что и мне, за одним исключением: ни слова о том, что вы поднимались наверх после бегства этого мужчины. Это в вашем рассказе не понравилось мне и полиции не понравится тоже. Если вы достаточно владели собой, чтобы подняться наверх, сочтут они, то что вам мешало позвонить им? То, что вы сперва позвонили адвокату, вызовет у полиции подозрение, что ваша совесть нечиста.

— Но ведь мы можем им сказать, что я советовалась с вами по другому делу, а потом случилась эта история, и все так перепуталось, что я захотела посоветоваться с вами, прежде чем вызвать полицию.

Он рассмеялся:

— Этим вы только подольете масла в огонь! Полиция тотчас заинтересуется, что это было за дело, и вы не успеете опомниться, как вас обвинят в убийстве. Нельзя допустить, чтобы хоть что–нибудь осложнило и без того сложную ситуацию. Мы должны найти Гаррисона и посоветовать держать язык за зубами.

— Хорошо. Но что будет с “Пикантными новостями”?

— Разве вам не пришло в голову, что после смерти мужа вы стали владелицей издания? Теперь вы можете диктовать свою волю редакционному комитету.

— А что если муж в завещании лишил меня наследства?

— Мы попробуем опротестовать завещание и будем ходатайствовать о назначении вас чрезвычайным временным управляющим, пока длится процесс.

— Ну, ладно, — поспешно согласилась она. — Итак, я вышла из дому… и что дальше?

— То, что вы мне рассказали, со всеми подробностями. Вы были так испуганы, что, не думая ни о чем, вылетели из дому. Запомните одно: вы убежали до того, как этот мужчина спустился вниз. Вы сорвали с вешалки первый попавшийся плащ — мужской, висевший рядом с вашим.

— Продолжайте, продолжайте! — В ее голосе звучало нетерпение.

— Вы выбежали на улицу, — сказал Мейсон, — и увидели на подъездной аллее припаркованный автомобиль. Но вы были слишком взволнованы, чтобы приглядеться к нему. Вы не знаете даже, был ли это лимузин или кабриолет. Тут из дома вылетел мужчина, прыгнул в автомобиль и включил рефлекторы. Вы нырнули в кусты, подумав, что он гонится за вами, но автомобиль промчался мимо и начал спускаться вниз. Вы бросились за ним, так как к тому времени осознали, как важно запомнить номер машины и установить, кто был с вашим мужем наверху, когда раздался выстрел.

— Понятно. Что дальше?

— Вы побоялись возвращаться в дом одна, поэтому побежали к ближайшему телефону. Но запомните, пожалуйста: все это время вы понятия не имели, что ваш муж мертв. Вы слышали выстрел, но не знали, кто в кого стрелял. Вы побоялись подняться и посмотреть, что же там происходит. Вы все запомнили?

— Думаю, что да.

— Хорошо. Тем самым будет объяснено, почему вы позвонили мне, — продолжал Мейсон. — Запомните: по телефону вы не сказали мне ни слова о выстреле. Только сообщили, что попали в затруднительное положение и просили приехать. Я ответил, что выезжаю немедленно.

— А как объяснить, что я позвонила именно вам? — спросила Ива. — Мы должны найти какой–нибудь предлог.

— Я могу быть вашим старым другом. Насколько мне известно, у вас немало друзей, о которых ваш муж не знал.

— Да.

— Отлично. В последнее время вы пару раз обращались ко мне по имени. Так и впредь поступайте, особенно на людях. С этих пор я буду вашим старым другом. И позвонили вы мне как другу; в ту минуту вы не думали о том, что я адвокат.

— Понимаю.

— Ну так как, все запомнили? Не перепутаете, когда будете объясняться с полицией?

— Запомнила, — заверила его Ива.

Мейсон окинул комнату быстрым взглядом.

— Вы говорили, что оставили здесь сумочку. Надо найти ее.

Она подошла к письменному столу, выдвинула один из ящиков и достала сумочку.

— А что с револьвером? — спросила она. — Не должны ли мы что–нибудь сделать с ним?

Он проследил за направлением ее взгляда и заметил револьвер, лежащий на полу. На него падала тень от письменного стола, и он не сразу бросался в глаза.

— Нет, — ответил он. — Для нас это счастливое обстоятельство. Полиция разберется, кому он принадлежит.

Ива насупила брови.

— Странно, — произнесла она, — что тот, кто стрелял, оставил его на полу… Мы не знаем, чей это револьвер. Не считаете ли вы, что было бы лучше что–нибудь с ним сделать?

— Что именно, позвольте вас спросить?

— Ну… спрятать где–нибудь.

— Только попробуйте, — предостерег ее Мейсон, — и неприятности не заставят себя ждать: вам придется отвечать на множество сложных вопросов. Нет, пусть лучше полиция обнаружит револьвер.

— Я верю вам безгранично, Перри, — сказала Ива. — Но я бы хотела устроить это дело иначе. Чтобы осталось только тело.

— Нет, — отрезал он. — Вы все запомнили?

— Да.

Мейсон поднял телефонную трубку.

— Соедините меня с полицейским управлением, — сказал он