class="p1">«Только его мне не хватало! — возмущённо подумал зверочеловек и ускорился. — Он же меня выдаст! Идиот!».
Но защитники узла не догадались, почему откуда-то из укрытия вдруг выскочил толстый хтон. И не поняли, зачем он, крича, побежал к гидре. Они просто открыли по нему стрельбу, заставив спасаться бегством. А Туриг незамеченным — едва различимым преломлением света — продолжал скользить вперёд…
И до боли в единственном глазе всматривался в тушу гидры, пытаясь понять, откуда вылезет враг…
Игорь с хрипением втянул в себя то ли воздух, то ли внутренние газы чудовища. Вообще-то он рассчитывал справиться быстрее. Но желудок гидры мало того, что оказался слишком толстым, так ещё и регенерировал быстрее, чем удавалось разрубать ткани.
В глазах уже темнело, когда Игорь вывалился из желудка. Причём, вместе с потоком кислоты. Теперь рану гидры больше ничто не могло залечить. Ни одна регенерация не помогла бы. Вот только Игорю на это сейчас было наплевать. Из последних сил он отполз чуть в сторону и сделал спасительный вдох.
Вместе с глотком кислорода внутрь полетели кислотные брызги… Лёгкие вспыхнули, будто в огне. Игорь безостановочно гонял самолечение, стараясь концентрировать его на повреждениях. Навык перешёл, наконец, в умение, и теперь можно было выбирать, что именно лечить. Хотя бы нужную область…
Боль и удушье отступили. Однако Игорь понимал: они ещё вернутся. От кислоты, попавшей на внутренние ткани гидры, поднимался удушливый пар. А тут ещё чудовище решило подвигаться... Игоря сначала приподняло, потом приложило, а потом снова приподняло…
Однако ему было не до переживаний по этому поводу. Как и по поводу боли в глазах, которые, похоже, теперь ничего не видели. Паники при этом, правда, не было. Игорь понимал, что паника — это последнее, что может ему помочь.
Вместо этого он изо всех сил напрягал слух.
И услышал то, что хотел, даже сквозь шум, царивший внутри и доносившийся снаружи.
«Бум! — Бум!»
Врубая топор в плоть, цепляясь руками за малейшие неровности, Игорь пополз в сторону звука. Гидра бесилась и ворочалась. Пару раз Игорь падал в кислоту, вскакивал, снова полз…
«Бум! — Бум!»
На этот раз удары были куда громче и ближе. Сердце! Так билось сердце гидры — одно на все головы, лапы, хвост и огромную тушу. Одно-единственное сердце…
«Бум! — Бум!»
Топор ударил в податливую ткань мышцы. Ещё раз!
«Бум! — Бум! — Бум!»
Сердце сбилось с ритма. Ещё удар!
Игорь вцепился во что-то, бил куда-то — и от этих ударов явно был эффект. Гидра тряслась, как припадочная. Всё вокруг шаталось, а Игорь продолжал бить и бить. Он даже не сразу понял, что больше не слышит «Бум!».
Он буквально висел на сердце, которое больше не билось. Тело, вымазанное в подтёках чёрной едкой крови, горело огнём. Игорь попытался подтянуться, но рука разжалась… И он полетел куда-то вниз. Летел долго, и если бы удар не смягчила кровь гидры, в этот раз ушибом бы не отделался.
Тело чудовище всё ещё сотрясала агония. Игорь поднялся на ноги и захромал вперёд. Глаза не видели, а лёгкие разрывало от едких испарений. Ноги тоже горели огнём. Да и вообще всё тело страшно болело, несмотря на самолечение…
Надо было просто идти вперёд. На остатках воли, на одной надежде — прорубить себе путь наружу. И Игорь шёл. Иногда падал, потом вставал — и снова шёл, отпихивая что-то с пути. Видимо, какие-то фрагменты внутренних органов. Крови вокруг было столько, что, по ощущениям, она сначала дошла до колен, а потом начала подниматься выше.
Лишь в одном месте Игорю удалось подлечить ноги. Он как раз перебирался через что-то большое, вязкое и вонючее. Игорь не знал, что это за орган. Но за ним снова была едкая кровь. И Игорь пошёл вперёд, опять страдая от боли.
Как-то неожиданно прорезалось зрение. Правда, вокруг было очень темно, но Игорь начал хотя бы что-то различать. А потом он увидел кожу… Она простиралась высоко вверх, просвечивая солнечным светом сквозь сочленения чешуи. Отлично были видны чёрные сосуды и бледно-зелёный оттенок тканей.
Игорь поднял топор, который чудом удержал по пути, и начал рубить. Мёртвое чудовище не пыталось регенерировать, и дело пошло споро. А потом, когда разрыв кожи стал достаточным для того, чтобы в него пролезть, Игорь протиснулся между чешуйками… Из последних сил рванул вперёд — и, наконец, вдохнул чистый воздух.
Подлеченные глаза ещё слезились, но Игорь увидел своих людей. А потом нашёл взглядом Веру, которая кинулась к нему, и улыбнулся…
Портал раскрылся. Наконец-то раскрылся! Бабуля Ло с облегчением выдохнула сквозь сжатые зубы. Слишком долго не открывался переход, и это заставило её понервничать. Она открыла было рот, чтобы произнести заготовленную речь, но вместо этого возмущённо воскликнула:
— Внучка! Ты что здесь делаешь?!
— Бабуля! — радостно улыбнулась Нум. — Вот ты-то мне и нужна! А где этот… Акуд?
— Сдох! — отмахнувшись, ответила Ло. — Ещё раз спрашиваю: что ты тут делаешь?!
— К тебе пришла! С подкреплением! — девочка указала себе за спину, где с другой стороны портала толпились порождения, собранные со всех бараков.
— А почему ты?.. Я…
Не так много было в этом мире событий, которые могли бы сбить с толку генерала Ло. Однако появление древней девочки — единственной из родного посёлка бабули, кто выжил в Упорядоченном — было именно таким событием. Чтобы она пришла сюда, должно было случиться что-то экстраординарное…
— Что случилось? Где Селиг?!
— Ну… Сдох! — ответила Нум, явно копируя интонации Ло. — И ты, конечно, хочешь узнать, как?
— Как? — не стала отпираться бабуля.
— Хан! — ответил девочка тем же тоном, что и слово «сдох» говорила. — Твой разлюбезный Хан! Если ещё не убил нашего «главного», то сделает это очень скоро! А потом закроет наш узел. Так что хватай порождений! И валим отсюда!..
Девочка прошмыгнула на другую сторону портала, а затем остановилась рядом с бабулей Ло. Порождения, подгоняемые служащими лагеря на узле хтонов, всей толпой потекли из прохода наружу.
— Хан заявился на наш узел? — ошарашенно проговорила Ло. — Что ему там нужно?
— Не знаю… — пожала плечами Нум. — Он божество Хаоса, бабуля! Видимо, твой план сработал, и ты как-то переманила его на нашу сторону.
— Он ведь… Он ведь должен был стать порождением!
