это за колдовство? Кто?.. – А потом вор ахнул: – Нет. Нет!
Поблизости кто-то нечеловечески взвыл. Мазен услышал, как в темноте что-то лепечут гули. Шарканье. Что-то разрывается. А потом вопль.
Имад тихо бормотал что-то вроде молитвы. Мазен услышал, как вор спотыкается, и… На пол со звоном упало что-то металлическое.
Кинжал Имада?
Мазен потянулся за оружием. В его руках клинок потерял форму серпа, но… На чуть светящейся поверхности моргала пара красных глаз.
«Ну что? – произнес голос у него в голове. – Так и собираешься тут сидеть?»
Мазен узнал этот голос. Глаза. Невозможно, и все же…
«Не невозможно. Джинны не умирают так, как люди».
Мазен всмотрелся в темноту.
– Аль-Назари? Лу…
Сзади его схватили за запястье. Мазен испуганно повернулся. Он успокоился, только когда в тусклом свете, шедшем от клинка, увидел глядящую на него Лули. Как только она заметила кинжал, то вырвала оружие у него из рук.
Мазен увидел кровь на ее платках, на одежде. Купец казалась невероятно маленькой. И измученной.
– Нам надо выбираться отсюда, – сказал он мягко. – Двигаться сможешь?
У нее дернулась щека. Она покачала головой.
Мазен посмотрел на ее ноги, но под окровавленным подолом ничего не было видно. Он сделал глубокий прерывистый вдох.
– Я тебя подниму, ладно?
Лули молчала. Принц подхватил ее под колени и спину, а она только прижала ладонь к его груди, когда он выпрямился. Ковыляя в темноте, он так и не понял, кто из них дрожит сильнее. Клинок словно старался их спрятать: он перестал светиться, так что ничего не было видно… В том числе выхода.
Темнота была непроницаемой. Едва Мазен сделал несколько шагов, как ему пришлось замереть среди невидимого хаоса. Он слышал вой гулей, крики мужчин, звон клинков…
Купец чуть толкнула его и вложила в руку что-то круглое. Мазен провел пальцами по стеклу, дереву… Компас? Он вспомнил, что видел эту вещь у Имада в руках. Каким образом Лули смогла забрать ее? Не успел он задать ей этот вопрос, как произошло нечто странное.
Дерево у него в руке начало нагреваться, и в голове зазвучала знакомая песня. «Звезды, они горят в ночи и освещают шейху путь…»
Мир исчез. Мазен начал тонуть. Прикованный к камню, он погружался под воду…
Воспоминание тут же исчезло.
«Прошу прощения. – Он перестал дышать, услышав у себя в голове этот голос. – Я приняла тебя за кого-то другого, – сказала Королева Дюн. – Признаюсь, все человеческие мужчины кажутся мне одинаковыми».
У него смешались мысли. Этот голос определенно принадлежал Королеве Дюн, но как?.. Может, Имад украл ошейник из мешка купца и принес его с собой? Но этот вопрос сменился удивительным открытием: он каким-то образом понял, как надо идти по темному залу. Казалось, будто у него в голове появилась стрелка, указывающая на выход.
К тому моменту, когда он доковылял до дверей, у него гудела кровь от магии. Кружилась голова; купец отобрала у него компас и потянулась к двери… И тут же отпрянула, беззвучно охнув: клинок у нее в руке засветился, показав одного из людей Имада, стоявших на страже.
Он растерянно заморгал в тусклом свете.
– Надеешься пройти мимо, принц?
Убийца поднял оружие, и в этот же миг двери за ним распахнулись. Он был сбит с ног и получил удар в спину. Айша стояла позади него, сжимая рукоять сабли.
Ее округлившиеся глаза воззрились на Мазена.
– Что ты встал? Беги!
Лули крепче вцепилась в него, а он выскочил из зала и побежал за Айшой, обратно в коридоры (к счастью, залитые светом факелов). Он оглянулся только один раз – и убедился, что товарищи Имада преследуют их. Как только они с Айшей завернули за угол, она остановила его.
– Ты двигаешься недостаточно быстро. Дай мне свою тень.
Мазен нахмурился.
– Я же не могу просто отдать тебе тень…
– Ты можешь снять ее со стены, так? – Она нетерпеливо махнула рукой. – Давай ее мне.
Мазен потянулся за тенью. Он отлепил ее от стены и, оставив сомнения, бросил Айше. Он был поражен, когда вор и правда исчезла. Похоже, она удивилась не меньше его, но быстро с собой справилась, поправив теневой плащ у себя на плечах. Она протянула руку к купцу.
– Твой кинжал я тоже возьму.
Лули посмотрела на нее убийственным взглядом и покачала головой.
– Чтобы выиграть вам время, мне нужно оружие. Дай мне кинжал.
Айша потянулась за оружием. Мазен вскрикнул: кинжал у Лули в руке вспыхнул огнем.
Айша отдернула руку.
– Дерьмо!
Лули уставилась на огонь, часто моргая. Несколько мгновений она не шевелилась, устремив затуманившиеся глаза на клинок. А потом пришла в себя и молча сунула кинжал Айше. Сжав пальцы на рукояти, вор охнула.
– У него есть голос? – Она замерла, бледнея. – Погоди, это что…
– Да. – Мазен отступил на шаг. – Это Кадир. Не потеряй его.
Айша кивнула, набросила себе на голову тень и исчезла. Мазен услышал ее тихие, быстрые шаги, а потом удивленные крики мужчин, становящихся жертвами невидимого призрака.
Он снова побежал. Впервые после ухода из сокровищницы он посмотрел на компас. Стрелка у него в голове исчезла, когда Лули переложила реликвию себе на колени, но теперь он мог видеть компас глазами. Подергивающаяся стрелка провела их вниз по каким-то ступеням, решительно указывая вперед. Он вспомнил, что Имад говорил о возможностях этого компаса.
– Это… Это реликвия повелителя джиннов? – Он посмотрел на купца.
Лули пожала плечами. Мазен приостановился, осознав, что она еще ничего не говорила. Он посмотрел на ее шею. На оковы и цепь, прикрепленную к ним.
При виде этого у него сжалось сердце.
– Ты не можешь говорить…
Она прикоснулась пальцем к обручу.
– И идти не можешь…
Лули поджала губы и ничего не сказала.
«Имад!» Мазен подавил свою ярость. Он сосредоточился на том, чтобы следовать компасу, перемещаться по разрушенным коридорам, открывать ветхие деревянные двери ногой и…
Почему компас ведет их в глубь развалин?
Он остановился, впервые заметив, как вокруг них смыкаются стены. Провалов, к которым он уже успел привыкнуть, здесь не было. Они оказались в тупике.
– Аль-Назари, – сказал он тихо. Голос его был почти хрипом. – Где мы?
Однако купец была озадачена не меньше него самого. Побледнев, она покачала головой.
– Надо было идти туда, откуда я пришел. Но Песчаное море…
Он привалился к стене, отчаявшийся и измученный. Купец дернула его за рукав, глядя на него вопросительно. Он вспомнил: она не знает, что их окружает Песчаное море. Что им неизвестно, где именно выход, если он есть.
Мазен отчаянно осматривался, но здесь не было дверей, не было коридоров. Не было спасения.
Его взгляд упал на пол… И зацепился за собственную тень. Мазен моргнул. Если его тень вернулась, то Айша…
– Конец пути, принц.
Мазен развернулся: позади него стоял Имад, все так же в теле Омара, в сопровождении живых людей. Один прижимал к себе Айшу, приставив к ее горлу кинжал. Хотя она и пыталась вырваться, он держал ее крепко. Лезвие
