К 1812 г. строители практически завершили основные строительные и фасадные работы, предъявив владельцу каменный корпус дома, построенного в стиле безордерного классицизма, и были готовы приступить к отделочным работам. Однако их осуществлению помешали новые обстоятельства – война с Наполеоном и изменившееся финансовое положение владельца. Постройку особняка тогда не завершили.
Участок № 90/1 в совокупности с остовом каменного недостроенного дома Р.А. Кошелева купил его коллега по придворной службе – гофмейстер князь Александр Михайлович Голицын. В 1816 г. он полностью закончил строительство дома и завершил работы по благоустройству участка.
Внешний облик дома № 90/1, на углу Прачечного переулка и набережной Мойки в 1820 г. изобразил художник Ф. Кнорре, автор гравюр многих зданий Санкт-Петербурга конца XVIII – начала XIX вв. На гравюре прекрасно просматривается старинная ажурная каменная ограда усадебного дома, отделяющая парадный вход в здание от проезжей части. В 1820-е гг. дом был на две оси уже с каждой стороны. Солидный треугольный фронтон нового здания украшал родовой княжеский герб бояр Голицыных. Князь Александр Михайлович Голицын начал придворную карьеру в годы царствования императрицы Екатерины II. Екатерина Алексеевна назначила смышленого юношу камер-юнкером в свиту великого князя Александра Павловича. Будущий император любил подолгу беседовать с хорошо образованным Александром Михайловичем на темы истории государства российского и его вооруженных сил. Однако блестящая карьера князя А.М. Голицына внезапно, по его собственной вине, позорно завершилась, после того как он взял на себя роль посредника между Александром Павловичем и хорошенькой придворной актрисой Шевалье – любовницей графа Кутайсова. Камер-юнкеру пришлось испытать на себе силу великого гнева государя Павла Петровича и с позором покинуть Императорский двор.
Родион Александрович Кошелев
Однако вскоре богатый и привлекательный молодой А.М. Голицын успокоился, повеселел и решил на некоторое время покинуть неприветливый Петербург, предавшись интересным вояжам по притягательным и веселым столичным городам европейских стран. К сожалению, князь Александр Михайлович Голицын не обладал крепким здоровьем. Во время похода в Альпы князь простудился, тяжело заболел и вскоре умер в Париже в возрасте сорока девяти лет.
Род Голицыных продолжили его сыновья – старший Михаил Александрович и младший – Федор Александрович, ставшие главными наследниками немалого состояния покойного батюшки. Трехэтажный особняк № 90/1 на набережной Мойки перешел, согласно воле почившего, старшему сыну – Михаилу Александровичу, известному талантливому библиофилу и дипломату.
Плохо знавший русский язык, долго работавший за рубежом князь Михаил Александрович проявлял живейший интерес к новинкам отечественной литературы и их авторам. А.О. Смирнова-Россет в своих «Записках» упоминала, что однажды приехавший из Парижа князь Михаил Александрович присутствовал в ее доме при чтении писателем Н.В. Гоголем его новой пьесы «Женитьба». В последние годы жизни князь Михаил Александрович Голицын исполнял обязанности русского посла в Испании. Отчий дом в эти годы обычно пустовал и находился под присмотром княжеского управляющего. В 1834 г., незадолго до кончины, князь Михаил Александрович Голицын продает унаследованный от батюшки великолепный усадебный участок и дом на набережной Мойки графу Андрею Петровичу Шувалову (1802–1873), сыну царедворца Петра Андреевича (1771–1808), внуку Андрея Петровича Шувалова (1743–1789) и правнуку знаменитого графа Петра Ивановича Шувалова (1711–1762) – известного российского сановника и государственного деятеля, ставшего в 1740 г. одним из основных руководителей и исполнителей государственного переворота, приведшего к власти дочь Петра I – Елизавету.
Александр Михайлович Голицын
Граф Андрей Петрович Шувалов в царствование императоров Александра I и Николая I являлся президентом Придворной конторы и обер-гофмаршалом Императорского двора. Под его началом находилось дворцовое хозяйство и организация снабжения царского двора, устройство официальных приемов и дворцовых праздников. Одновременно с этими придворными обязанностями граф Андрей Петрович был членом Государственного совета и императорским куратором управляющего Эрмитажем.
По воспоминаниям А.О Смирновой-Россет: «Придворные недолюбливали обер-гофмаршала графа Андрея Петровича Шувалова, ловкого и довольно нахального царедворца с надменно-высокомерным взглядом». Она открыто называла графа «пройдохой», который ради своей карьеры настойчиво намеревался жениться на Софье Дмитриевне, младшей дочери любовницы Александра I Марии Антоновны Нарышкиной, почти официально считавшейся родной дочерью императора. Однако этот брак не состоялся, поскольку невеста, страдавшая чахоткой, умерла незадолго до свадьбы. В день ее похорон безутешный жених будто бы сказал одному из своих друзей: «Мой милый, какого значения я лишился».
Андрей Петрович Шувалов
Пройдохе графу пришлось незамедлительно «отправиться на охоту» за другой знатной и состоятельной невестой. И «объект» нашелся. Им оказалась восемнадцатилетняя красавица полячка Текла Валентинович, дочка обедневшего и малообразованного шляхтича из предместья Вильно. Пятидесятилетний Платон Зубов воспылал страстью к молоденькой польской красавице, в 1821 г. женился на ней, а через год отдал богу душу, оставив молодую жену богатой вдовой. Решив многочисленные юридические дела по наследованию огромного состояния покойного супруга, вдовушка отправилась «проветриться» в заграничное путешествие, во время которого она познакомилась с графом А.П. Шуваловым и в 1826 г. вышла за него замуж. Приехав в Петербург, молодожены вначале взяли в аренду пустовавший дом князя Михаила Александровича Голицына на набережной Мойки, 90, а через год купили этот прекрасный особняк.
Весь светский Петербург был покорен красотой и обаянием молодой полячки. По воспоминаниям той же А.О. Смирновой-Россет, «… все влюблялись в эту польскую волшебницу. Она научилась бойко болтать по-французски и была потом принята высшим аристократическим обществом; танцевала мазурочку пани так, что все старичье приходило в неистовый восторг». Дом графа А.П. Шувалова на Мойке становится одним из самых модных в Петербурге. В нем теперь регулярно собиралось высшее общество, устраивались блестящие балы и азартно играли в вист по 250 рублей за партию. Хорошо знавший графа Андрея Петровича камер-юнкер А.С. Пушкин любил бывать в гостеприимном доме своего приятеля, чтобы полюбоваться яркой красотой его жизнерадостной супруги или в азарте оставить за ломберным столом свой очередной авторский гонорар.
Обер-гофмаршал граф Андрей Петрович был весьма сметливым руководителем дворцовой службы. Он обладал редким даром в нужную минуту всегда оказываться под рукой, что чрезвычайно ценили хозяева Зимнего дворца – императоры. Граф А.П. Шувалов отличался пунктуальной добросовестностью, усердием и четкой исполнительностью, заслужив доверие и глубокое уважением императора и его супруги.
Александр I и его брат Николай I, зная о недовольстве своих придворных графом Шуваловым, о его всех раздражающей ловкости придворного, ставшей даже поводом к появлению обидного прозвища Пройдоха, справедливо считали все замечания в адрес графа абсолютно несправедливыми. Благодаря своей дотошности в придворной работе, точности в исполнении поручений, Андрей Петрович снискал к себе полное доверие императора и пользовался им до конца своих дней, получая высокие награды и чины.
Супруги Шуваловы оставили после
