В своей основе Конституция СССР 1977 г. повторяла положения Конституции СССР 1936 г., однако они были более развернутыми и учитывали изменения, произошедшие в стране за 40 лет. Прежде всего, была изъята характеристика классового характера государства и партии. СССР из государства диктатуры пролетариата превратился в общенародное государство, Советы депутатов трудящихся – в Советы народных депутатов, КПСС из партии рабочего класса – в партию всего народа.
Первая глава Конституции впервые подробно излагала политическую систему СССР. Согласно ей, вся власть в государстве принадлежала народу. Он осуществлял государственную власть через Советы, которые составляли политическую основу СССР. Советы составляли и основу государственного аппарата, куда кроме них входили органы государственного управления, комитеты народного контроля, органы прокуратуры и арбитража.
Статья 6 Конституции в прямой форме юридически закрепила господствующую роль коммунистической партии в политической системе. КПСС характеризовалась как руководящая и направляющая сила советского общества, ядро политической системы. К звеньям политической системы относились также профсоюзы, комсомол, кооперативные и другие общественные организации, которые участвовали в управлении государственными и общественными делами в соответствии со своими уставными задачами. Наконец, в качестве первичного звена политической системы Конституция провозгласила трудовые коллективы. Они же являлись первичным звеном и экономической системы СССР.
Как и прежде, упор в Конституции делался на провозглашение социально-экономических прав граждан СССР, список которых стал шире: право на труд, бесплатное образование, медицинское обслуживание, отдых, пенсионное обеспечение, жилище.
Конституция закрепила резко усилившиеся политические и экономические права союзного государства («центра») за счет соответствующих прав союзных республик. Их осуществляли союзные министерства и ведомства, количество которых превысило 150, в то время как в 1924 г. их было 10, в 1936 г. – 20.
Конституция запрещала частную собственность на средства производства и эксплуатацию человека человеком. В социальной сфере определяющим стал курс на достижение социальной однородности общества.
Важнейшими задачами союзного государства Конституция провозгласила укрепление «новой социальной и интернациональной общности» – советского народа– и единого народнохозяйственного комплекса как материальной базы этой общности.
В течение пяти лет после принятия Конституции были разработаны и введены в действие все законы, которые прямо упоминались в ее тексте. В 1978 г. в соответствие с новой союзной Конституцией были приведены конституции пятнадцати союзных республик, в т. ч. РСФСР. Все они приняли новые основные законы.
Новая Конституция СССР не преодолела недостатков Конституции 1936 г. Они были присущи прежде всего политической системе. Это, во-первых, отсутствие гласности в деятельности как системы в целом, так и отдельных звеньев в частности; во-вторых, смешение функций партии и Советов, подмена Советов партией; в-третьих, подмена партийных организаций партийными комитетами; в-четвертых, подмена выборных органов аппаратом; в-пятых, бюрократизация аппарата (государственного, партийного, общественных и творческих организаций). Все это способствовало отчуждению народа от власти, подрыву авторитета государства и партии, несмотря на численный рост последней. К 1985 г. в составе КПСС насчитывалось 18 млн. коммунистов. Примерно столько же составлял и управленческий аппарат.
В ноябре 1982 г. после смерти Л. И. Брежнева Генеральным секретарем ЦК КПСС стал Ю. В. Андропов. В 1983 г. он также был избран Председателем Президиума Верховного Совета СССР. Новый советский лидер предостерег «от возможных преувеличений в понимании степени приближения страны к высшей фазе коммунизма», признал наличие противоречий развитого социализма и заявил, что «мы не знаем общества, в котором живем».
В феврале 1984 г. умер Андропов, и на высшие посты в партии и государстве пришел кадровый партаппаратчик К. У. Черненко. Он поставил вопрос о новой редакции программы КПСС, в которой предполагалось дать анализ «стадии развития общества», степень решения национального вопроса. Под его руководством была создана программная комиссия, которую в марте 1985 г., после смерти Черненко, возглавил новый Генеральный секретарь – М. С. Горбачев.
Концепция советского народа. Устойчивость многонационального советского государства и общества во многом зависела от прочности межнациональных отношений. Их регулировала национальная политика партии и правительства. Программа КПСС 1961 г. поставила задачу обеспечить в процессе строительства материально-технической базы коммунизма ускоренное сближение и слияние советских наций и народностей в новую историческую общность – советский народ.
Фактически свернув курс на построение коммунизма в ближайшей перспективе, новое руководство СССР после 1964 г. сохранило преемственность национальной политики. XXIV (1971 г.) и XXV (1976 г.) съезды КПСС, Конституция СССР 1977 г. закрепили положение о том, что в СССР сформировалась новая историческая общность людей – многонациональный советский народ. По переписи 1979 г., единая общность сплотила 123 частные общности, в т. ч. 36 наций, 32 народности, 37 национальных и 18 этнических групп. Основными признаками новой исторической общности были единая территория (СССР), единый язык межнационального общения (русский), единая экономическая основа (единый народнохозяйственный комплекс), общность социалистической по содержанию и национальной по форме культуры и основ характера советских людей, выраженных в их патриотизме и интернационализме.
Признав советский народ реально сформированной общностью, руководство страны в 1972 г., в канун 50-летия образования СССР, пришло к выводу, что национальный вопрос в стране в том виде, в каком он достался нам от прошлого, решен. Это означало, что национальные антагонизмы в СССР были преодолены. Их рецидивы строго пресекались, но чаще игнорировались, официально причислялись к бытовым.
С целью укрепления единой общности поощрялись межнациональные браки и изучение русского языка. Если по переписи 1959 г. в СССР было 10,3 % смешанных в национальном отношении семей, то в 1979 г. – 14,9 %, в 1989 г. – 17,5 %. Русский язык в качестве родного языка признали в 1959 г. 10,2 млн., в 1979 г. 13 млн., а в 1989 г. 18,7 млн. людей нерусских по национальности. При этом по переписи 1989 г. в СССР проживало 141,5 млн. (49,4 %) нерусских при общей численности населения 286,7 млн. человек.
Дружба и сплоченность народов СССР в единой общности не предотвратили межнациональных конфликтов и национальных волнений. Со второй половины 60-х годов до начала 80-х их произошло более 20, в каждом из которых принимало участие несколько тысяч человек. Наиболее крупными из них были выступления крымских татар в Узбекистане в 1966 и 1967 гг. за реабилитацию и восстановление автономии. В 1967 г. произошли выступления абхазов за расширение прав Абхазии в составе Грузии. В 1973 г. началось движение ингушей с требованием вернуть в состав Чечено-Ингушской АССР Пригородный район, входящий в состав Северной Осетии. В 1977 г. Вильнюс был потрясен бунтом молодежи, требовавшей изгнать русских и вывести Литву из состава СССР. В 1978 г. состоялись выступления грузин за придание грузинскому языку статуса государственного на всей территории Грузинской ССР и одновременное движение абхазов за придание подобного статуса своему языку. В 1981 г. осетины выступили против ингушей в Северной Осетии. Во второй половине 70-х годов в СССР началось движение советских евреев за свободу эмиграции. В это движение активно вмешались США, осудив СССР за нарушение прав человека и усилив дискриминацию Советского Союза в торговле.
Диссидентское движение. Трудности и противоречия социально-экономического и политического развития страны и общества, расхождение слова и дела правящей партии, свертывание реформаторского курса Н. С. Хрущева и усиление консервативных тенденций привели к возникновению в середине 60-х годов инакомыслия, которое вылилось в 70-е годы в диссидентское движение. Его характерными чертами стали антикоммунизм и антисоветизм.
В движении участвовали преимущественно интеллигенты, главным образом деятели науки и культуры. Они были далеки от народа, его поддержкой и симпатиями не пользовались. Отстаивая гражданско-политические права человека, диссиденты, как правило, игнорировали социально-экономические права широких масс. Однако с середины 80-х годов их интересы удивительным образом пересеклись с интересами части номенклатуры (управленческого аппарата), желавшей сбросить с себя бремя забот о народе, сохранив при этом господствующее положение.
Диссидентское движение было едино в определении стратегической цели – отстранении от власти коммунистической партии, ликвидации коммунистической идеологии и советской власти. Но оно не было едино в вопросах тактики, средствах достижения цели. Одни ориентировались на внутренние ресурсы народа, прежде всего русского, надеялись возродить в нем чувство национальной гордости великоросса, разорвать на нем «оковы» интернационализма. Они делали ставку на национальный патриотизм, который был синонимом национализма. Другие надеялись на помощь Запада, с его либерально-демократическими традициями, пропагандировали космополитические взгляды единства и неделимости мира, а фактически необходимость перехода страны в мир западной буржуазной цивилизации.
