одетых в брюки и короткие льняные куртки. Но не возникало и тени сомнения: все они были полны мужества и в добром здравии».
Запланированное сражение пришлось отложить из-за неожиданной смерти адмирала де Тернэ – теперь ждали адмирала де Грасса, отплывшего из Бреста с подкреплением. Британский генерал Корнуоллис тем временем провел свои войска маршем через Виргинию к Йорктауну, преследуемый Ла Файетом и его американскими солдатами числом 4,5 тысячи. Решающее сражение произошло в конце сентября 1781 года, примерно через полтора года после прибытия генерала Рошамбо.
Двадцать тысяч французов и американцев сразились с девятью тысячами британских солдат в Йорктауне. Превосходство было слишком велико, и Корнуоллис увяз на месте. 19 октября 1781 года Чарльз Корнуоллис сдался. Узнав о поражении в ноябре 1781 года, британский премьер-министр лорд Норт отреагировал как курица с отрубленной головой. «Он беспрестанно метался по своей квартире, повторяя снова и снова: “О Боже! Это конец!”» – рассказывал лорд Жермен, который и принес ему эту весть.
Переговоры между британской и американской делегациями заняли еще год. 30 ноября 1782 года король Великобритании Георг III провозгласил окончательную независимость своих североамериканских колоний: «Его Величество настоящим объявляет Соединенные Штаты Нью-Гэмпшир, Массачусетс-Бэй, Род-Айленд и Провиденс, Коннектикут, Нью-Йорк, Нью-Джерси, Пенсильвания, Делавэр, Мэриленд, Виргиния, Северная Каролина, Южная Каролина и Джорджия суверенными и независимыми государствами; что он намерен обращаться с ними как с таковыми; что он отказывается от всех претензий, как на управление, так и на собственность, и от утверждения каких-либо территориальных прав, и что любых споров, которые могут возникнуть в будущем относительно границ Соединенных Штатов, следует избегать».
Договор был ратифицирован британским парламентом и Континентальным конгрессом 20 января 1783 года, после чего обе стороны официально объявили о прекращении огня. Документ вступил в силу 12 мая 1784 года. Революция американцев завершилась победой.
Маркиз де Ла Файет все это время преданно сражался на стороне Джорджа Вашингтона. В декабре 1784 года, когда пришло время возвращаться домой, прощание с Вашингтоном далось ему очень тяжело. Американский генерал писал младшему товарищу по оружию: «Во время нашего прощания… я очень остро ощутил, как крепка наша связь и как ваши боевые достижения за все эти годы пробудили во мне глубокую привязанность и уважение к вам. Когда наши вагоны тронулись с места, я подумал, не в последний ли раз я вас вижу, и, хоть мне этого и не хочется, я опасался, что так оно и произойдет».
Неутомимый французский борец за свободу колонистов и сегодня остается кумиром в Америке. Посетив столицу США Вашингтон, вы найдете его статую на площади Ла Файета, прямо у Белого дома. А если проехать по территории США, то можно найти 40 городов, семь округов и даже гору, которые носят имя маркиза – Лафайет, тогда как в честь графа де Верженна, духовного отца и фактического архитектора франко-американского альянса, назван всего один город, Вердженес в штате Вермонт, – один из самых маленьких городов США с населением две с половиной тысячи человек.
Американцы так и не допустили французов к переговорам с англичанами, что шло вразрез с первоначальной договоренностью не вести сепаратных переговоров. Графа де Верженна не оставляло чувство, будто его используют. Франция отдавала огромные деньги в поддержку американцев. Министр выиграл войну, но проиграл мир, потому что Франция не сумела извлечь из этой победы никакой выгоды на торговом поприще.
2
Философы, масоны и чудо-целители
Финансовый гений. – Просвещенная Европа. – Грубый философ. – О масонах и шарлатанах. – Блиц-визит в Версаль
В 1777 году Тюрго на посту сменил Жак Неккер, банкир и коммерсант из Женевы, протестант, разбогатевший на спекуляциях на фондовой бирже. Неккер – мастер по связям с общественностью. Он, например, демонстративно отказался от годового жалованья 200 тысяч фунтов стерлингов, потому что, по его собственным словам, «уже достаточно богат». К тому же он был достаточно тщеславен, о чем свидетельствует следующее замечание: «Если человек создан по образу Божьему, то наиболее приближаться к этому образу, помимо короля, должен министр финансов».
Неккер был полной противоположностью своему предшественнику. Швейцарский банкир верил в свободную рыночную экономику, желая при этом, чтобы цены на зерно во времена дефицита были зафиксированы. Неккер хотел обновить государственную структуру, однако, в отличие от Тюрго, верил в компромиссы. 29 июня 1777 года новый генерал-распорядитель финансов получил от короля приказ урезать привилегии, которые обходились государственному бюджету в 28 миллионов фунтов стерлингов ежегодно, и отчасти сумел этого добиться – в том числе за счет упразднения некоторых должностей при дворе, что уже экономило для казны 2,5 миллиона фунтов стерлингов. Далее Неккер сократил количество торжественных приемов, отменив в общей сложности 506 мероприятий. Без работы остались 20 королевских кубконосцев, 16 вращателей вертелов, нюхателей свечей, разносчиков соли и всевозможных бессмысленных помощников. Король пришел в восторг, заявив: «Хочу, чтобы при моем дворе царили порядок и бережливость, и любого, кто будет возражать, я сломаю, как сейчас разобью этот бокал». С этими словами он действительно звонко швырнул о землю бокал с вином.
Но, несмотря на столь жесткие слова, поддержка американской войны обошлась Людовику XVI в целое состояние, что вынудило Неккера отложить реформу налогов и бесчисленных таможенных пошлин. Королю были срочно нужны деньги, и Неккер достал из шляпы белого кролика: правительство должно брать кредиты! По мнению Неккера, кредиты могли смягчить волнения в обществе. Если после этого удастся сэкономить или выгадать достаточную сумму, займы и проценты можно будет уверенно погасить. Людовик XVI дал согласие, и Неккер взял в долг внушительную сумму – 530 миллионов фунтов. Дефицит государственного бюджета сократился на 200 миллионов фунтов стерлингов, а оставшиеся 330 миллионов должны были позволить финансировать войну в Америке до победного конца. Французский народ был поражен. Впервые в истории Франция вступила в войну без необходимости платить дополнительные налоги.
Жак Неккер казался новым финансовым вундеркиндом. Безумный меценат из Женевы в одно мгновение вытащил Французское королевство из финансовой депрессии. Лишь в феврале 1781 года, после того как Неккер напечатал 116-страничную брошюру «Отчет королю» (Le Compte Rendu au Roi) и выставил ее на продажу по всей Франции, в Версале поднялась тревога. Неккер обнажил все секреты короны! Впервые в истории Франции народ увидел доходы и расходы королевской казны, в том числе непомерные траты Марии-Антуанетты! В мгновение ока шесть тысяч экземпляров «Отчета» поступили в продажу, а в итоге продано было 100 тысяч брошюр. Этим документом Неккер хотел
