И он будет посылать людей рубить горящий лес.
А если приказов нет, то и делать ничего не будет. Никакой инициативы, никаких личных устремлений, никакого творчества… Просто исполнители приказов, машины… Слабоумные дети.
Сотню лет мы потратили на попытку как-то их перевоспитать, исправить, но всё без толку… Заложенное в них послушание — стало неисправимым дефектом. Проект был единодушно признан провальным. Предстояло в очередной раз начать всё с начала.
А что делать с этим народом? Можно было, конечно, запретить им размножаться и передавать им на воспитание новых нормальных искусственных младенцев, но возникли сомнения насчёт того, какими они станут родителями и чему научат идущих им на смену…
— И этих тоже выжгли? — поинтересовалась Камилла.
— «Берег скелетов» — прошептал Морт.
— Ты прав. — подтвердила его догадку Ива. — Выжигать было без необходимости, мы просто приказали им всем идти в Средиземное море. И они пошли…
— В каком-то смысле, это было милосердием. — произнёс Морт. — Они с рождения были словно связаны по рукам и ногам клятвами, которых не произносили. Маг, принимая на себя клятву о неразглашении заклинаний, по крайней мере, делает это сознательно. Они же, по сути, и не жили своей жизнью. От рождения до смерти сидели в телеге, которая везёт их куда-то сама, повинуясь чужим приказам, а они лишь пассажиры.
— Фемида даже предполагала, что их пассивность и бездеятельность — были сознательным протестом, единственной доступной им формой непослушания. — произнесла Ива тяжело. — После этой неудачи мы решили более не экспериментировать с человеческой природой, ведь то, что может показаться хорошим на маленьком масштабе — оказывается ужасным столетия спустя в масштабе большом.
С третьей попытки всё получилось. Продумали и внедрили двенадцать культов, ставших фундаментом общества и через них добились необходимого контроля и влияния. Темп развития вышел довольно вялый, но до недавних пор всё было в меру спокойно и стабильно.
— А потом покатилось под гору, да? — прокомментировала Камилла. — Теперь как, будете в четвёртый раз начинать всё с начала?
— Ну, во-первых, пока причин для того, чтобы считать ситуацию безнадёжной нет. — возразила Ива. — Проблемы, в первую очередь, возникли не из-за дефекта мира, а из-за одного из нас. Устранив, каким-то образом угрозу в лице Ареса, можно уже будет браться за работу, по наведению порядка и исправлению нанесённого ущерба. Хотя, конечно, так как прежде уже не будет… Но на данный момент причин для перезапуска проекта я не вижу.
Ну и в-вторых, возникни даже такое желание, сделать это будет не так просто. Мы ведь потеряли столь многих… Тех же Флору и Фауну… Я не была с ними особо близка, уж очень мы были разные. Каждый из погибших богов был профессионалом с огромнейшим опытом… Кем их заменить? Мне что ли в биологию податься? Тяжело будет… Это как Лиама в барда переучивать…
— А он, кстати, неплохо поёт! — наябедничал на товарища Пьер.
— Да? — удивилась Ива. — Ну, значит, пример не совсем удачный, но, думаю, вы поняли. Всё необратимо изменилось и простых решений не будет. В любом случае, рано пока решать судьбу мира. Гефест и Геката, быть может, уже мертвы, погибли в дороге, а завтра такая же участь ждёт и меня. Кто знает?
Не надо ставить телегу впереди лошади. Если выйдет нейтрализовать Ареса, то тогда и будем сообща решать как дальше жить. Многое будет зависеть от того, какими ресурсами мы будем обладать на тот момент, а так же, чем закончится эта война, что пока только разгорается.
По моим прикидкам, в течении двух-трёх лет погибнут восемь из десяти жителей планеты. Минимум. Остатки дворянства, Орден и культ Ареса — собирают к себе людей и ставят их в строй. Может показаться, что дворянство и Орден сообща выступят против Ареса, но с большой вероятностью Орден выступит как против жрецов бога Войны, так и против остатков дворянства.
— Почему же?! — воскликнул поражённый Лиам.
— Помнишь, как тебя собирались поставить бароном от лица Ордена? — напомнила ему Ива. — Значит есть желания не только у Леса землю отвоёвывать. Вот, к примеру, отобьют у жрецов Ареса какое-то баронство, кому им дальше управлять? Будут бегать, искать желающих, или какого-то офицера, из своих, назначат?
— К тому же, рыцари по рождению дворяне, так что, формально, имеют право. — добавил Пьер. — Более того, я не удивлюсь, если Орден обвинит баронов, герцогов, королей — в неспособности навести порядок, всех мыслимых и немыслимых недостатках, и вообще: «Мы вас семь веков защищали, так что имеем право!»
— Да, примерно так оно и будет. — согласилась Ива. — Но и это ещё не всё. Как оказалось, наши «первенцы», люди с чёрной кровью, не только выжили, но и взяли курс на вражду с вами, своими двоюродными братьями! Возможно не все, возможно только молодые и горячие, «юные мстители», но как они поступят, когда увидят, что их враг погряз в междоусобице?
— Скорее всего, станут насылать тварей, как никогда прежде. — угрюмо произнёс Лиам. — И те ударят в спину рыцарей, идущих убивать дворян и собранные ими отряды…
— Такая вот вырисовывается картина. — в тон бывшему рыцарю произнесла Ива. — Даже если Арес завтра сам подавится завтраком, ничего уже не остановить. Разве что, его жрецы будут деморализованы и лишены единого руководства. А так… Ну может ещё мы с Гефестом и Герой сможем кого-то спасти. Опять же, зависит от того, какие из технических средств будут доступны нам на тот момент.
— Короче, помрём мы точно не со скуки! — подытожила Камилла. — Что вы на меня так смотрите? Уникальное время, уникальные события! Такие тайны открылись перед нами! Вон, даже богиня знать не знала, что чернушки бледные выжили и пакости готовят!
— Не знаю, как так вышло, как мы забыли о том чернокровом… — произнёс неуверенно Лиам. — Я же сам вытаскивал из его груди нож, сейчас я точно помню, помню как хотел донести эту информацию до Ордена… Ну ладно, я хотел сказать о том, что уж очень его одежда была похожа на одеяния жреца бога Ночи, которого мы видели в Бурсе. А если сюда добавить то, что речь идёт о народе, спасшимся от истребления, (прошу прощения, Госпожа) таившемся в секрете от всех, даже от богов, то напрашивается вывод…
— Да… это похоже на Сатоши. — согласилась Ива, думая о чём-то своём, — Вполне мог тайком от остальных реализовывать какие-то свои замыслы… — взгляд её неподвижно уставился на огонь, а губы шептали слова. — Замешайте страх и гнев, добавьте щепоть амбиций, щедро плесните непомерного самомнения и получите планетарный геноцид. Да ещё и не один, а два! Да, Ива Белая?
