тихо.
По пути к деревне контрабандистов они прошли через деревню, скрытую в борах, с несколькими сгоревшими домами. Тогда Сыма зло пошутил, мол, выживальщики, а не выжили.
— Выживаловка? Когда пришла Великая Зима, там люди из Магнитогорска осели, — ответил он. — Решили, что города им нафиг не сдались. Оружия у них был полно, лекарств тоже, ещё они запасы еды на годы достали. Думали, пересидят. Отсюда и название деревни.
— И как, у них получилось?
— Нет, конечно. Какая-то вооружённая банда пришла по следам. Тогда времена странные были, куча военных дезертировала и шерстила деревни в поисках еды.
Алёна тихо рассмеялась. Сейчас Искандер понял, что она не дурачилась, расспрашивая про дурацкую деревеньку, а внимательно слушала, что происходит вокруг корчмы. Охранник тоже слышал громкий скрип с другой стороны корчмы шагов — это подошел отряд Василя.
Искандер присел в тени дерева, внимательно оглядывая двор корчмы. Тот был полон нелепого барахла — из талого снега торчали разломанные лопаты, пробитые котелки, у самых стен громоздились кучи валежника и трухлявых стволов. Во двор выходило несколько окошек, до их низа было метра четыре. Брёвна корчмы были струганные, сколькие, щели между ними были тщательно замазаны.
— Василь что, решил зайти и просто спросить Луизу? — поинтересовался Искандер.
— На рожон лезет, — неожиданно зло ответила Алёна. — Сейчас с ним идти, только под пули подставляться. Скажи спасибо, что тебя не взял.
Девушка выбрала одно окно и поманила его.
— Подсади, — сказала она, снимая перчатки и беря в руку нож. Искандер встал у стены, подставив замок из рук. Через секунду Алёна уже висела на уровне четырёх метров, вогнав нож в какую-то щель в стене и, подтянувшись на одной руке, поддела другим ножом защёлку окна. Она исчезла внутри, прикрыв за собой окошко.
Искандер минуту постоял и неспешно двинулся в сторону нарт. Обида, что его оставили, всё еще комом ворочалась внутри. Вот почему они с ним так? Всё думаешь, нужен ты кому-то, а по факту руки твои нужны, ноги. Стать начальником охраны? Он горько улыбнулся. «Овчарка я, — зло подумал он про себя, — оставили сани сторожить». Охранник пнул ствол дерева, скрипя зубами от злости. Может, действительно на Урал уехать? Мама будет рада… Внезапно, как острый укол, до него дошел смысл слов Алёны. Искандера озарило, что за обидами он не увидел, что Василь при нем сотворил маленькое чудо. Среди десятка мест, куда беглецы могли направиться, законник безошибочно выбрал верное. И ведь не колебался — знал, переварив сотни документов, наиболее вероятную точку встречи.
Его оставили не потому, что он был бесполезен. Законнику важно не только выманить Луизу, но и понять, что за птицы сидят с Ковылем. Деталей Василь не знает, поэтому и действует нагло и демонстративно, чтобы спровоцировать Ковыля и его спутников. Место тут глухое, тем более законник специально Висельника взял, играл на старом конфликте между людьми Фангата и Плюхи. Ковыль может и взбрыкнуть, увидев старого недруга. Василь оставил его, потому что знает, что стрельба будет. Вот только после стрельбы кто-то должен будет доделать работу в городе. Искандер чувствовал, что от обиды не осталась и следа. Он понял, что законник и Кучу взял с собой не просто так. Долгана тут знают, и законник дал местным весомую причину начать стрельбу.
Вот только зачем туда лезет Алёна? Ну а другие? Висельник понимал ли, куда его тащит Василь? Ведь он будет стоять рядом с Василем, если стрельба будет. При этом и оружие нельзя в руки взять, иначе разговора не получится. Наверняка понимал, но если предположения Искандера правильные, он сейчас возвращал долг, куда более важный, чем жизнь. Куча, судя по тому как его трясло, тоже понимал во что вляпался. Все, мать их, понимали, а он тут сидит!
Искандер схватил автомат и, проваливаясь в снегу, побежал к корчме.
* * *
Искандер остановился перед корчмой, переводя дыхание.
У здания было огромное крытое крыльцо, где не было снега. Кроме двери, на крыльцо смотрели пара небольших окон с открытыми ставнями. У одного из них с автоматом стоял Одноглазый, подсматривая внутрь через мутное стекло. Он стоял чуть сгорбившись, то глядя в сторону деревни, то в окно, готовый к атаке с любой стороны. Искандер перевёл дыхание, открыл дверь и зашёл внутрь.
В лицо пахнуло чадом плохо работающей печи, резким привкусом грязного меха, зимней вонью немытых людей и запахом плохой еды. Дрожащий свет настольных ламп освещал огромный зал, перекрытый брёвнами, делающими его похожим на логово людоеда из сказки. Слева, вдоль зала, вверх уходила ветвистая деревянная лестница со ступенями, сделанными из половинок брёвен. Внутри зал был заставлен подобающей по стилю массивной мебелью, словно целиком вырубленной из цельных стволов. У дальней стены протянулся высокий резной прилавок, за ним стоял побледневший владелец корчмы. Половые замерли у стены, стараясь стать незаметными.
Искандера легко тронули за рукав, справа у стены стоял Висельник. Охранник прошмыгнул в противоположный от Висельника угол, чтобы контролировать большую часть зала. Искандера трясло, как часто с ним бывало перед дракой. Он не обращал на это внимание — как только дойдёт до дела, дрожь уйдёт.
Василь стоял в проходе между столами, перед столиком, за которым бы Ковыль. По левую руку от законника стоял Куча, его шея блестела от пота. За столом, кроме Ковыля, расположилась тройка подозрительных людей в зимней одежде. Неприятные накаченные люди со сбитыми кулаками, да и взгляд цепкий — понятно, почему Алёна опасалась. Перед ними на столе стоял жаренный ягнёнок, плечистые спокойно ели, словно перед ними и не было Василя. Ещё пятеро людей сидели за другим столиком справа от законника. Люди мутные, с непонятными наколками, таких в городе называли «засиженными».
— Значит, по торговле приехал, — медленно спросил Василь, — а накладные где? И с кем тут торговать собрались? С Ордой? Знаешь, какой сейчас приговор?
Ковыль сидел, опустив голову.
— Вам-то какое дело, с кем я тут торгую — пробурчал караванщик, — это дело Сибая. Вам знать необязательно.
— Я бы на твоём месте так не бурел. Я тебя к Гильзе отволоку, он тебя мигом разговорит, — зло сказал Василь.
Ковыль вздрогнул, бросив взгляд на плечистого бойца напротив. Искандер видел только его спину. Плечистый продолжал есть, ножом отрезая тонкие пластинки мяса и кладя в рот.
Искандер внимательно оглядел людей за другим столом. Он них исходила волна видимой агрессии. Уголовники нарочито громко переговаривались с мерзкими ухмылочками и демонстративно скалились. Хозяин корчмы скукожился за стойкой так, что
