Читаем без скачивания Офицеры и джентльмены - Ивлин Во

При слове «завтра» Вирджиния подняла брови, но ничего не сказала. Она взяла меню и, не советуясь с ним, заказала питательные и недорогие блюда.

– Et pour commencer[42] несколько устриц? Немного saumon fume?[43]

– Нет, – твердо сказала она.

– Я сам не очень-то их люблю, – признался Триммер.

– Я люблю, но сегодня их не будет. Всегда читайте меню справа налево.

– Я вас не понимаю.

– Неважно. Я думаю, мы очень во многом друг друга не понимаем.

Когда Вирджиния вошла в ресторан, она выглядела как в старые времена. «Класс так и написан на ней», – сказал про себя Триммер. Но помимо того в ее глазах появился радостный озорной огонек.

За обедом Триммер начал хвастаться своим выдающимся положением в армии.

– Подумать только, – воскликнула Вирджиния, – один на всем острове!

– Там проходят подготовку и другие войска, – признался он, – но я не имею к ним отношения. Я командую обороной.

– А, к черту войну, – сказала Вирджиния. – Расскажите мне еще об «Аквитании».

Она была не из тех женщин, которые предаются воспоминаниям или гадают о будущем. Она подолгу не вспоминала о прошедших пятнадцати годах своей жизни – о том, как на нее обратил внимание, водил туда и сюда и наконец соблазнил приятель отца, навещавший ее в пансионе для девиц в Париже; о браке с Гаем, о «кастелло Крауччибек» и бескрайних туманных террасах Рифт-Вэлли; о браке с Томми, о лондонских отелях, роскошных автомобилях, о постоянных переездах с полком с места на место, о грозящих ужасах индийского военного городка; о жирном Огастесе с его чековой книжкой, которая всегда под рукой; о мистере Трое и его пристрастии к важным персонам. Она не вспоминала ни о чем. Все это, как сказал бы мистер Трой, ничего не прибавляло. Не прибавляла ничего и старость или смерть. Для Вирджинии имели значение лишь данный момент и ближайшие пять минут. Но именно теперь в этом затемненном, окутанном туманом городе, окруженная незнакомыми людьми в ярко освещенном маленьком зале, окруженная такими же незнакомыми людьми на темных улицах – миллионами людей, слепых и глухих, а не важными персонами; теперь, когда завыли сирены и далеко, в районе доков, начали падать бомбы и открыли огонь зенитки, – теперь на короткое время Вирджиния была рада оживить в памяти, вновь увидеть, как бы в перевернутый бинокль, упорядоченную, беспечную жизнь на борту большого лайнера. И верный Густав, который всегда оставлял для нее самый насыщенный час, со своим ломаным французским языком и успокаивающими пальцами на шее, плечах и верхних позвонках, вдруг преобразившийся рядом с ней в майора с голыми коленками и с акцентом кокни, нелепо переименованный, Густав был послан ей провидением в этот грустный вечер, чтобы увести ее назад – к тем солнечным дням, морским брызгам и резвящимся в воде дельфинам.

В это время в Лондоне полковник Грейс-Граундлинг-Марчпоул, недавно назначенный главой совершенно секретного департамента, читал последнее донесение контрразведки:

«Краучбек Гай, временный лейтенант королевского алебардийского корпуса, в настоящее время состоит в неопределенной должности в штабе отряда командос „X“ на острове Магг. Подозреваемый распространял ночью подрывные материалы. Экземпляр прилагается».

Полковник взглянул на слова: «Почему Гитлер должен победить».

– Да, мы это видели раньше. Десять экземпляров обнаружили в районе Эдинбурга. На островах они появились впервые. Очень интересно. Этим устанавливается связь между делом Бокса и шотландскими националистами – прямая связь из Зальцбурга на Магг. Теперь требуется установить связь между Кардиффским университетом и Санта-Дульчиной. Со временем мы это сделаем, не сомневаюсь.

Департамент полковника Марчпоула был такой секретный, что поддерживал связь только с военным кабинетом и комитетом начальников штабов. Полковник Марчпоул хранил информацию, пока ее не потребуют. В данное время этого не произошло, и он порадовался такой небрежности. Преждевременное исследование этих материалов могло бы разрушить его личный, еще не определившийся план. Где-то в отдаленных извилинах его мозга этот план зрел. При наличии времени, при наличии достаточных конфиденциальных материалов ему удалось бы опутать весь враждующий мир единой тайной сетью, в которой будут не противники, а только миллионы людей, работающих, не зная друг друга, для одной и той же цели; и больше не было бы войны.

Густой диккенсовский туман окутал город Глазго. День и ночь по улицам медленно ползли освещенные трамваи и грузовики, толкались кашляющие люди. Над головой появлялись и внезапно исчезали чайки. Грохот, шарканье ног и гудки автомобилей заглушали предупредительные сигналы далеких кораблей. Время от времени все звуки покрывал вой сирен воздушной тревоги. Отель был все время забит людьми. В гостиных в перерывах между часами выпивки спали солдаты и матросы. Как только открывались бары, они просыпались и с унылыми лицами требовали спиртного. Толкучка у конторки дежурного администратора никогда не уменьшалась. Наверху тускло горели лампочки, освещая днем желтовато-белые тюлевые занавеси, наполовину закрывавшие желто-бурый туман снаружи, а ночью – черные рамы. Такова была обстановка, в которой протекала идиллия Триммера.

Она резко оборвалась на четвертый день.

Около полудня он осмелился спуститься вниз, в полутемный холл, заказать билеты в театр на сегодняшний вечер. От конторки администратора отделился один из просителей и столкнулся с Триммером.

– Виноват. Ба, Мактейвиш! Что вы тут делаете?

Это был помощник командира его батальона – человек, который, как считал Триммер, находится в далекой Исландии.

– В отпуске, сэр.

– Хорошо, что я вас встретил. Я ищу людей для отправки на север. Только утром высадился в Гриноке.

Майор присмотрелся к Триммеру более внимательно и уставился на его знаки различия.

– Какого черта вы так вырядились? – возмутился он.

Мысль Триммера сработала мгновенно.

– Мне на днях присвоили звание, сэр. Я больше не служу и полку. Нахожусь на специальной службе.

– Впервые об этом слышу.

– Меня недавно откомандировали в отряд командос.

– По чьему приказу?

– Штаба особо опасных операций.

Майор явно сомневался.

– Где же ваши солдаты?

– На острове Магг.

– А где вы находитесь, когда не в отпуске?

– Тоже на острове Магг, сэр. Но теперь я не имею никакого отношения к солдатам. Кажется, вскоре прибудет офицер, который примет их. Я нахожусь под командованием полковника Блэкхауса.

– Что ж, как будто все в порядке. Когда кончается ваш отпуск?

– Сегодня вечером, собственно говоря.

– Надеюсь, вы хорошо его провели.

– Отлично, благодарю вас.

– Все это очень странно, – пробормотал майор. – Кстати, поздравляю вас с быстрым продвижением.

Триммер собрался было ретироваться, но майор вернул его. Триммера прошиб пот.

– Вы освобождаете свой номер? Интересно, не занял ли его кто-нибудь другой?

– Боюсь, уже заняли.

– Проклятие!

Триммер пробился к администратору. Теперь ему нужны были билеты не в театр, а на поезд и на пароход.

– Магг? Да, сэр. Как раз успеете. Поезд уходит в двенадцать сорок пять.

Вирджиния сидела у туалетного столика. Триммер выхватил у нее из-под рук свой щетки и начал укладывать на умывальнике сумку.

– Что ты делаешь? Ты достал билеты?

– К сожалению, театр отменяется. Срочно вызывают на службу, дорогая. Объяснить не могу. Война, сама понимаешь.

– О господи, – простонала она. – Еще один.

Она медленно сняла халат и улеглась в постель.

– Разве ты меня не проводишь?

– И не подумаю, Триммер.

– Что ты собираешься делать?

– Обо мне не беспокойся. Я собираюсь еще поспать. Прощай.

Итак, Триммер вернулся на остров Магг. Он остался доволен своим отпуском сверх всяких ожиданий, но наряду с этим возникла проблема, и он видел лишь единственное ее решение, притом самое неприятное.

Пока Триммер был в Глазго, Томми Блэкхауса вызвали в Лондон. В его отсутствие отряд охватила апатия. В короткие часы светлого времени подразделения отправлялись в необитаемые районы и стреляли по заснеженным склонам и темному морю. Одному солдату удалось убить тюленя. Карточная игра зачахла, и по вечерам гостиную отеля заполняли молчаливые фигуры, читающие «Нет орхидей для мисс Блэндиш», «Не надо, мистер Дизраэли», «Пармская обитель» и другие случайно подобранные романы, которые переходили из рук в руки.

Джамбо Троттер завершил работу в канцелярии по подшивке и регистрации ненужных бумаг. Он на время преобразился в капитана войск местной обороны, ожидающего назначения в добровольческий резерв военно-морских сил.

Утром после возвращения Триммера Джамбо и Гай сидели в канцелярии. Оба были в шинелях и перчатках. Джамбо еще надел на голову подшлемник. В это утро он получил «Не надо, мистер Дизраэли» и ломал голову над книгой.