коммодора Вильгельма фон Майера, устроившего незадолго до этого жуткий разгром османского флота в Чесменской бухте, весьма перспективная кандидатура.
Два дня прошли относительно спокойно. «Шахин» стояла на рейде, и ее никто не трогал. За это время корабли турецкой эскадры, хоть и сильно потрепанные штормом, поодиночке и группами все же добрались до Дираша. Не вернулся только линейный корабль «Себки Бахри», поврежденный в бою с австрийцами. Фрегат «Меджидие» находился в этот момент в нескольких милях впереди, но спасти никого не смог, поскольку не мог развернуться против ветра. Некоторым новым кораблям, полученным от испанцев, дали названия тех, кто погиб в бою возле Туниса. Но не повезло лишь одному «Себки Бахри». Ничего не поделаешь, кисмет…
Последним на рейд пришел «Перваз Бахри». Лишившийся бизань-мачты, с переломившимся фор-мар-са-реем, с изорванными парусами и спутанным такелажем, но все же пришел. И едва только флагман стал на якорь, как с него сразу же последовал сигнал сбора всех капитанов. Правда, надолго задерживать командующий никого не стал. Лишь поздравил с победой, поблагодарил за верную службу и выяснил ситуацию с состоянием кораблей и команд. А также уточнил, что награждение отличившихся произойдет чуть позже. Но после окончания совета, когда все стали расходиться, Кемаль-паша неожиданно задержал Ивана. И когда они остались в каюте одни, огорошил неожиданной новостью.
– Хасан, я не забыл наш разговор касательно твоих планов взобраться наверх по карьерной лестнице, оставаясь в тени влиятельного человека. Не передумал?
– Не передумал, досточтимый Кемаль-паша!
– Хорошо. Думаю, тебе вскоре представится такая возможность. Держать тебя и дальше на должности капитана шебеки нет смысла. Это все равно, что забивать гвозди тринидадским секстаном. Да, ты умен и очень удачлив, но от случайного ядра или картечины никто не застрахован. А вот в деле разведки ты будешь намного более полезен. Не боишься?
– Не боюсь, досточтимый Кемаль-паша. Но в чем конкретно будут заключаться мои обязанности? И что будет с Давутом и остальными разведчиками нашей команды?
– Хасан, я не говорил этого раньше, поскольку не был до конца уверен. Но теперь скажу. Я прекрасно знаю, благодаря кому вы неизменно добиваетесь успеха. Давут – хороший разведчик. Но он привык действовать шаблонно, поскольку его так учили. Ты же в этом деле настоящий талант, действующий нестандартно. К чести Давута, он не стал давить на тебя своим авторитетом командира, а наоборот прислушался к твоим советам. Результат налицо. Вы – самая успешная группа разведчиков, какую я знаю. И поскольку надеюсь, что после такой громкой победы наш повелитель не оставит нас своими милостями, то заодно он и прислушается к моим словам о необходимости создания службы морской разведки, действующей в интересах флота. Именно флота, поскольку то, что есть сейчас, не совсем нам подходит. И ваша группа составит костяк этой службы. Возглавить ее придется Рауфу. Увы, по-другому не получится. Если сделать начальником тебя или Давута, то в Истанбуле этого просто не поймут. Ты тоже будешь числиться в этой службе для отвода глаз на какой-нибудь неприметной должности, но подчиняться будешь лично мне. И отчитываться будешь только передо мной. Для выполнения заданий сам будешь отбирать необходимых тебе людей и то, что нужно для выполнения. Деньги для этого – любые, но в пределах разумного. С жалованьем тоже не обижу. Когда наконец-то разберутся с введением воинских чинов на флоте, станешь официально офицером военного флота с положенными твоему чину правами. Согласен?
– Согласен, досточтимый Кемаль-паша!
– Но это не все. Если повелителю будет угодно отправить меня в Истанбул, ты отправишься вместе со мной. Нужную должность для тебя я найду, чтобы ты был все время возле меня. Но не забывай, что на пути к сияющим вершинам множество опасностей. Очень многие будут стараться тебе помешать, а то и убить. И чем ближе к вершинам, тем опаснее. Можно и головы лишиться. Согласен?
– Согласен, досточтимый Кемаль-паша!
– Я рад, что не ошибся в тебе, Хасан. Кстати, за уничтожение двух венецианских фрегатов ты награждаешься орденом «Османие» третьего класса. Подготовь список отличившихся и передай завтра утром. Можешь хоть всю команду вписать. То, что творит «Шахин», еще никому не удавалось. И предупреди Давута, чтобы не вздумал сейчас влипнуть в какую-нибудь историю на берегу. Скоро вы мне оба понадобитесь. Есть дело, с которым справитесь только вы двое.
– Я могу узнать об этом деле хоть в общих чертах, досточтимый Кемаль-паша? Вдруг нам что-то понадобится.
– В общих чертах – вам предстоит снова отправиться в Триест. Более конкретную задачу озвучу чуть позже. А пока отдыхай и думай о том, как выжить в гадюшнике под названием Истанбул. На войне все же проще. Здесь сразу видно, кто враг, а кто свой. В Истанбуле же все гораздо сложнее…
Иван в этом не сомневался, поэтому еще раз поблагодарив командующего за награду и заверив его в готовности отправиться в Триест, или еще куда, покинул «Перваз Бахри». Повезло в том, что Кемаль-паша оказался сам заинтересован в таком ушлом человеке, как капитан Хасан. Даже «убеждать» его силой характерника не пришлось. Ну и ладно, так даже лучше. Плохо лишь то, что никаких сведений от тринидадцев давно не было. Возможно, ситуация изменилась очень сильно с того момента, как они покинули Дубровник. И здесь, в Дираше, он не знает, к кому обратиться. Возможно, и есть здесь свои люди у тринидадцев, но контактов для связи в Дираше ему не дали. Как бы то ни было, пока все идет не так уж плохо. Капитан Хасан пользуется доверием командования и снискал заслуженный авторитет, поэтому просто так отмахнуться от него уже не выйдет. Кавалер ордена «Османие» обладает рядом серьезных привилегий, не считая дополнительного жалованья от казны, поэтому надо будет воспользоваться этим преимуществом по максимуму.
А теперь можно выбраться на берег и отдохнуть. Ну, а заодно… Если тринидадцы такие пробивные, и если он им действительно нужен, то они сами на него выйдут. Нет никаких сомнений, что о бое возле мыса Горгано они уже давно знают. Вот и поглядим, как они себя поведут. Пока что их планы складываются очень удачно. Турция не слила позорно войну, как в истории другого мира, а наоборот, создала очень серьезные проблемы своим ближайшим противникам – Австрии и Венеции. Хоть и сама при этом кровью умылась. А это значит, что все идет по тринидадскому сценарию. На Балканах и в восточном Средиземноморье не будет одного сильного хищника, подмявшего под себя всех соседей. А будут примерно равные по силам противники, которые с подозрением и
