Алекс тяжело опустился в кресло. Он выглядел так, будто за день постарел лет на двадцать.
— Во-первых, я не знал, что Кей прячется в номере. Я сказал ей… — Он провел рукой по глазам. — Я сказал, что ей нельзя идти со мной. Вам следовало бы предупредить меня.
Гнев Адама немного утих. Сестричка, как всегда, оказалась верна себе.
— Но зачем ты поцеловал женщину, которая сотворила с тобой такое?
— Не знаю. Думаю, я обрадовался, что она жива, что кошмар, в который превратилась моя жизнь, скоро закончится. В тот момент в моей голове был целый рой всяких мыслей.
— Кей… — Адам разрывался между желанием наорать на Алекса и сочувствием к нему. Правда, в одном он был твердо уверен: Алекс любит Кей. Он увидел это своими глазами. Их любовь друг к другу была настолько сильной и ощутимой, что ее буквально можно было потрогать. — Ты любишь жену?
Алекс помотал головой и пренебрежительно хмыкнул.
— За все время нашего знакомства я не провел с ней и целого дня. А после сегодняшнего я не могу понять, как вообще мог влюбиться в нее. Кей говорила, что я глупец, если женился на женщине, которую совсем не знаю, и она была права.
— Я видел ее, ее красота гипнотизирует мужчин.
— Это точно. Вот и мне она внушила, будто мне оказана великая честь. Еще она внушила мне, что я должен зарабатывать горы денег, чтобы дать ей все — дома, кареты, красивую одежду. Я мечтал положить все это к ее ногам.
— Она не похожа на мою сестру? — В голосе Адама явственно слышалось любопытство.
Алекс улыбнулся.
— На свете нет двух более непохожих людей. Думаю, если бы я сказал ей, что хочу построить дом на Луне, она бы тут же принялась паковать вещи.
— Я всегда знал, что если она полюбит, то всем сердцем.
— Значит, она не любила никого из тех троих?
Адам, улыбаясь, сел в кресло напротив Алекса.
— Именно я убедил отца отпустить ее в Чарлстон, чтобы она могла спокойно обдумать эти три предложения. Я хотел, чтобы она встретила новых людей, побывала в новой обстановке. Я надеялся, что время и расстояние заставят ее забыть о тех, кого она выбрала в претенденты. — Адам встал, наполнил два стакана шотландским солодовым виски «Мактарвит» и протянул один Алексу. — Она рассказывала тебе о «Маргаритках»?
— Ничего не слышал об этом.
— Некоторые друзья моего отца — и твоего тоже — поселились в Эдилине и женились. Так получилось, что в один год одновременно с Кей родились пять девочек. Все они росли вместе и стали подружками. Когда им было восемь, они объявили, что отныне их следует назвать «Цепью», потому что их дружба крепка как сталь. Думаю, идея принадлежала Джесс, дочери Напса и Табиты, которые… — Адам отмахнулся. — Если бы ты знал их, ты бы все понял. Короче, Тэлли услышал об этом и заявил, что они больше похожи на венок из маргариток, чем на цепь из стали. Прозвище прижилось. Пять девушек продолжают дружить, и мы все называем их «Маргаритками».
— Кей только и говорила что о своих братьях, — сказал Алекс. — Целыми днями и ночами только о вас четверых. О подружках я ничего от нее не слышал, если не считать упоминаний о том, у кого из них есть братья или сестры и у кого не ладят между собой родители. Она рассказывала, что одна из дочерей таких родителей жила у нее, чтобы не возвращаться домой. — Алекс еще вспомнил, как Кей рассказывала ему о девушке по имени Джессика и ее уроках общения с противоположным полом, но не стал говорить об этом.
— Наверняка это была Джесс. Да, ее родители постоянно ссорятся, но Джесс живет у нас, потому что моя сестричка потворствует этому, расстилает перед ней красную дорожку. Она предоставляет Джесс все, что бы та ни пожелала, — платья, лошадей для верховых прогулок, обучение.
— Очень похоже на нее, — улыбнулся Алекс.
— Ты голоден? Я не ужинал. Давай, я закажу что-нибудь в номер. Думаю, тебе нужно многое рассказать мне, так что будем беседовать за едой.
— Отличная идея, — кивнул Алекс.
Адам дернул за шнурок, и появился слуга. Алекс тем временем подошел к окну, чтобы немного расслабиться, прежде чем рассказывать Адаму все, что тот хотел знать. Алекс не сомневался: Адам уже сделал определенные выводы и скоро в категоричной форме выскажет их ему. Он подозревал, что главным требованием будет не видеться с Кей, пока он не разберется с Лилит. Сначала нужно покончить с браком, обвинением в убийстве и всем прочим, а уже потом встречаться с Кей. И Алекс считал это требование правильным, потому что сам принял такое решение.
Мужчины почти не разговаривали, пока не принесли еду и пока они не сели за стол. Разложив по тарелкам брюссельскую капусту, Адам посмотрел на Алекса, который по этому взгляду понял, что пора переходить к делу.
Ему хотелось многое рассказать, однако он не знал, с чего начать.
— Я не женат.
— Неужели? — не поверил Адам.
— У женщины, которая шла со мной к алтарю, есть муж, который живет в Англии. Кажется, она убила племянника мужа, его наследника, а меня использовала для того, чтобы избежать ареста. Живя в Чарлстоне, она обнаружила, что ее ищут, и решила инсценировать собственную смерть. Она думала, что те, кто ее ищет, сообщат в Англию о ее смерти, она же получит свободу, снова сменит имя и… — Алекс устало взмахнул рукой. — Не представляю, на что она рассчитывала.
Он съел несколько кусочков.
— Как только она рассказала мне, что у нее есть живой муж, я отвел ее к судье здесь же, в Новом Орлеане. Поверь мне, это было большим достижением, что мне удалось затащить ее туда. — Алекс положил в рот еще кусок и медленно прожевал. Ему было трудно рассказывать о том, что он узнал за сегодняшний день. — Судья заявил, что если он будет расторгать браки на основе клятвенного заверения одного из супругов в том, что он связан браком с кем-то еще, то в стране не останется семейных пар. Он сказал: «Мне нужны доказательства! Если она выходила замуж в Англии, езжайте в Англию и привезите документы. Мне нужны бумаги с печатями. Золотыми. Тогда я поверю во все это».
— Значит, тебе придется ехать с ней в Англию?
— Если я хочу избавиться от всего этого ужаса, то да, — с глубоким вздохом ответил Алекс. — Мне кажется, что после всего, что мне устроила эта женщина, я лишился жалости — во всяком случае, к ней. — Алекс снова съел несколько кусочков мяса. Он изо всех сил сдерживал бушующий в нем гнев.
— Знаешь, Мерлин, даже Нату не удалось все это выяснить.
— Мерлин, — с улыбкой повторил Алекс, — Это кажется таким далеким. Жаль, что я не могу выйти отсюда свободным человеком и прямо отсюда поехать к Кей. Мне понадобится много времени, чтобы официально уладить свои дела. Я уже говорил Кей, что мне придется ехать в Чарлстон с… — Алекс опустил взгляд в тарелку. — Официальных бумаг, в которых говорится, что я никого не убивал, мне мало. Согласен?
