– Неужели? Я ничего не слышала! Боже мой, вы, надеюсь, заявили обо всем властям и в полицию?
– Разумеется! Слава Богу, мои слуги смогли дать очень подробное описание одного из участников ограбления. – Джеффри повернулся и торжествующе посмотрел на Джорджиану: – Должен с сожалением сообщить, что им оказался ваш шурин. Роберт, совершенно очевидно, полностью потерял рассудок, и я надеюсь только на то, что его хотя бы смогут без скандала доставить в суд для допроса. В противном случае стражам порядка останется только одно: пристрелить его, как бешеную собаку!
Весь страх Люсинды мгновенно улетучился. Ей безумно захотелось здесь и сейчас ударить этого человека прямо в его самодовольное лицо, размазав по нему ту самую загадочную улыбку, за которой, как оказалось, скрывались всего лишь мерзость и предательство.
– Если вы посмеете тронуть его хоть пальцем, – угрожающе проговорила она неожиданно низким голосом, – то не доживете даже до тюрьмы!
– Дорогая моя, – ухмыльнулся Ньюком, – такие люди, как я, в тюрьмах не сидят, напротив, принц-регент благодарит нас за честное и самоотверженное выполнение нашего долга перед страной. Мы заслуженно получаем повышения по службе, честным трудом создаем себе состояния…
В этот момент раздался топот копыт и из-за угла вылетел, уверенно сидя в седле, генерал Баррет в сопровождении Тристана и Брэдшоу.
«Но где же Роберт? – молнией пронеслось в голове Люсинды. – С ним что-то случилось?»
– Кажется, я не вижу обещанного экипажа для леди Джорджианы… – ухмыльнулся Джеффри. – Неужели ей снова придется идти пешком – и это в ее-то положении!
Однако никто не улыбнулся в ответ на его шутку.
Генерал остановил коня, легко спрыгнул на землю и подошел к столу, за которым сидели Джеффри и его пленницы.
– Капитан! – скомандовал Баррет, презрительно глядя на Ньюкома. – Освободите стол и убирайтесь вон из кафе!
– Генерал Баррет! – без тени смущения ответил Джеффри, выгнув дугой бровь. – Объясните, ради Бога, что случилось, но прежде постарайтесь успокоиться. Мы тут немного поболтали с вашей дочерью, причем, уверяю вас, все было в пределах приличий!
Люсинда не отрываясь смотрела на отца, стараясь взглядом подсказать ему, что Джеффри вооружен, в то время как Тристан не сводил глаз со своей супруги, лицо которой сделалось белее снега.
Баррет громко откашлялся.
– А ну, Ньюком, сбавь тон! Ложь тебе больше не поможет. Лучше поедем к нам и там спокойно поговорим.
– Я и здесь себя неплохо чувствую, генерал! А где ваш взбалмошный братец, Тристан? Он что-то скверное говорил обо мне, не так ли?
– По твоей милости он сейчас сидит под арестом в Хорсгардзе. Кто-то обвинил его в том, что он будто бы вломился в твой дом. Неплохо бы тебе поехать вместе со мной в штаб и опровергнуть весь этот вздор!
– Но он действительно вломился в мой дом! Не сомневаюсь, что Роберт сделал это в попытке подбросить документы, украденные им в Хорсгардзе для передачи французам, и обвинить в краже вашего покорного слугу.
– Кто украл документы, в этом мы еще разберемся, а пока, Джеффри, сдай оружие! – потребовал генерал.
В это время Ньюком выхватил из кармана пистолет и приставил его дуло к боку Люсинды.
– По крайней мере отпустите Джорджиану! – в отчаянии прошептала она.
– Зачем? Мне очень нравится сидеть между двумя красивыми женщинами! – Джеффри злобно усмехнулся.
– Сейчас же уберите эту гадость! – крикнула Джорджиана. – Имейте в виду: если вы причините нам какой-либо вред, то умрете раньше, чем вам объявят смертный приговор!
– Жаль, что вы утратили свою обычную вежливость, миссис Джорджиана! – продолжал издеваться Ньюком. – А ведь сегодняшний день так хорошо начинался!
– И остаток его станет еще лучше! – прогремел над их головами знакомый голос.
Люсинда вздрогнула и, подняв голову, увидела, что Роберт приставил дуло своего пистолета к затылку Джеффри. Однако пистолет Ньюкома все еще упирался ей в бок.
– Эй, потише, иначе я убью ее! – выкрикнул негодяй.
В ответ прозвучал спокойный, полный холодной ярости голос Роберта:
– Либо ты пойдешь в тюрьму, либо я сам пристрелю тебя на месте. Выбирай!
Неожиданно Люсинда почувствовала, что ей больше ничто не угрожает. Ньюком медленно опустил оружие и Люсинда тут же схватила Джорджиану за локоть:
– Идем отсюда, скорее!
Они дружно поднялись и, повернувшись, сделали несколько шагов к выходу.
В тот же момент Тристан одним прыжком оказался за их спинами и закрыл их от прогремевшего выстрела.
Баррет схватил Люсинду за плечо:
– Дорогая, ты не ранена?
Однако Люсинде некогда было думать о себе. Она обернулась и посмотрела сначала на Роберта, потом на Джеффри. Оба оставались в тех же позах, что и несколько секунд назад, только рука Ньюкома, в которой он держал оружие, была приподнята, а из ствола еще струился дым.
– Остановись, Роберт! – закричала Люсинда, видя, как напрягся его палец, лежавший на спусковом крючке приставленного к затылку Ньюкома пистолета.
– Брось свой проклятый пистолет! – процедил Роберт сквозь зубы.
Джеффри неохотно подчинился. Пистолет стукнулся об пол и отлетел в угол.
– Что ж, ты выиграл! – со вздохом произнес Джеффри. – А теперь нам пора вновь сделаться джентльменами по отношению друг к другу.
– Боюсь, что это уже не получится, – насмешливо произнес Роберт, пряча свой пистолет.
Дверь кафе открылась, впустив двоих полицейских. Баррет молча указал им взглядом на Ньюкома, и полицейские, схватив Джеффри под руки, выволокли его на улицу.
– Черт бы побрал эту полицию – они опять опоздали! Если бы они следовали прямо за нами, как было условленно, то обошлось бы без стрельбы.
– Не нервничай, папа! – поспешила успокоить отца Люсинда. – Слава Богу, все закончилось благополучно! – Она обернулась к Роберту и обвила его шею руками.
Кругом толпились посетители кафе, но им до всего этого уже не было никакого дела…
– Я всегда мечтал быть таким, каким ты хотела бы меня видеть! – прошептал Роберт.
– Тебе вовсе не надо об этом думать, дорогой, потому что ты уже стал таким!
– Неужели ты согласилась бы выйти за меня замуж? Остаться со мной навсегда?
– Я обязательно стану твоей женой, Роберт! И еще я пойду за тобой хоть на край света, потому что просто не смогу нигде быть счастливой без тебя!
