ложно. На самом деле каждый просто взял на себя некоторую типовую роль и сейчас её отыгрывает. Даже поп, который сунул им руку для поцелуя, на самом деле просто отыграл свою роль, и разочарование на его лице было не более чем жест лицедея. Интересно будет пообщаться с ним потом, посмотреть, что он за человек на самом деле.
— Когда вы стояли на ступенях Князь-Владимирской церкви в Лисьем Носу, многие надёжные, не склонные к аффектации свидетели увидели вспыхнувшие на ваших головах нимбы, слившиеся в один. — подступил к Ларисе старичок едва ли не столетнего возраста, в чистом, опрятном, но ветхом на вид одеянии — Что вас посетило в сей момент?
— Да ничего особенного. Мне было просто любопытно. Храм красивый, нарядный такой. Когда открылась дверь, по лицу пробежал солнечный луч, такой не по-вечернему горячий.
— Не по-вечернему горячий. Да-с. — старичок просто вперился взглядом в глаза Ларисы — И вы полагаете, что это некий знак?
— Ничего подобного я не думаю. Мы просто пошли посмотреть, как на экскурсию. Не каждый день вам обещают показать вашу же икону. Вам бы тоже было любопытно.
По лицам присутствующих пробежала тень улыбок — ещё бы! Такое простодушие увидишь нечасто.
— Речь не обо мне, многогрешном, а о вас. Это вы возмутили спокойствие верующих целой страны.
— Мы никого не возмущали, уважаемый дедушка. — отрицательно замотала головой Лариса — Мы вообще атеистки, большевички, лично я знаю только название одной молитвы, «Отче наш», а слов никогда не учила. Не требовалось.
— Ах, милая девочка, было бы всё так просто! Окольными путями до нас доходят вести, что в странах воюющей с нами Европы народ потянулся в божьи храмы, чего там не было последние тридцать лет. И многие приходят помолиться святым Ирине и Ларисе. Вы не ведали о том?
— Откуда? — Лариса была искренне поражена, впрочем, как и Ирина, как и Юрий.
— Больше тебе скажу, девочка, о том же сообщают и прихожане других конфессий.
— Не может быть!
— Может. — басовитым голосом сказал сухой старик в оранжевом плаще — Так получилось, что несколько сотен воинов, бурятов по национальности, спасённых вами, после излечения были отправлены в отпуск для восстановления сил. А на них, как оказалось, уже пришли извещения о гибели, в просторечии похоронки. А тут возвращаются сотни людей, по которым уже справлены поминальные тризны… Бурятия большая по площади, но малонаселённая область нашего государства, слухи о чудесном возвращении мужчин, считавшихся погибшими, немедленно облетели все города, айлы и кочевые улусы. Все вернувшиеся из-за края убеждены, что спасли их именно вы, Ирина Михайловна и Лариса Авдеевна. Но это не всё. Есть свидетели, утверждающие, что из-за грани вы их вытащили лично, проникая в тонкий мир.
— Я не уверена в существовании души, не говоря уже о целом тонком мире. — скептически отозвалась Ирина.
— Именно это мы сейчас и проверим. Бургэд Шоноршаев утверждает, что вы протянули ему руку, и он ухватился за Ваше запястье. Бургэд приносит свои извинения за то, что сделал это слишком сильно, и причинил Вам боль.
— Ах, да, было такое. Да, я вспомнила: молодой крепкий мужчина среднего роста с огромным синяком на правом плече. Он действительно ухватился и довольно сильно — синяк на запястье продержался целую неделю. Но я нисколько не виню молодого человека, поскольку понимаю: это была не осознанная, а механическая реакция.
— Да, мужчина с синяком на плече. Бургэд снайпер, уничтоживший более сотни врагов. В том бою ему пришлось стрелять очень много. При каких обстоятельствах он ухватился за Ваше запястье?
— Поступил сигнал, что сердце пациента стало давать сбои, вот я и подошла проверить всё ли в порядке. Одну руку я положила в области сердца, другой хотела взяться за запястье, проверить пульс, тут он и ухватился за меня.
— Да, Бургэд упомянул, что Вы толкнули его ладонью прямо в сердце, и он сразу захотел жить. А почему Вы сразу подошли к его брату, Сордону? Сордон был вторым номером и наблюдателем в снайперской паре с братом. Они вместе попали под миномётный обстрел.
— Я уже почти не помню. Вы же знаете, через наши руки прошли десятки тысяч людей. Кажется, я увидела, что пациенту нужно дать стимулирующее.
— Вы при этом касались его?
— Да, припоминаю. Это был мальчик лет восемнадцати, такой складный, плечистый. Красивый. Усики едва-едва пробиваются. Я поправила датчики на его груди и всё. Медсестра, по моему указанию, сделала укол.
— А Сордон утверждает, что он увидел, как вы оттащили его брата от бездны, и ему не захотелось уходить туда одному. Сордон позвал Вас, и Вы приказали прекрасной девушке подать ему чашу с очень вкусным питьём. При этом он уверен, что напиток получил из Ваших рук.
— Думаю, что всё это совпадения. — твердо парировала Ирина — В сумеречном состоянии приходят самые разные видения. Впрочем, я не специалист в области психических явлений. Вы же понимаете, что питьё подают не врачи, а младший медицинский персонал. Инъекции и прочие манипуляции проводит средний медицинский персонал.
— А если понять иносказательно?
— Иносказательно можно объяснить что угодно, я же принадлежу к профессии, оперирующей фактами, а не домыслами.
— Я опрос завершил. — сказал старик в оранжевом плаще — Могу лишь добавить, что многочисленные свидетельства, подобные тем, о которых я сказал, поступают также из Калмыкии и Тувы, где живут народы родственные бурятам, в том числе и по вере.
— Хорошо. — вступил в разговор невысокий полный мужчина в лиловом одеянии — Есть и другие свидетельства. Тадеуш Ружецкий был ранен в сердце и печень, но его очень быстро доставили к вам. На современном уровне развития медицины оба его ранения были смертельны, поскольку с разорванной сердечной сумкой не выживают, да и пуля в печени гарантированно приводит к смерти. Но рядом оказался врач, который поместил раненого в ваш волшебный мешок, что дало возможность доставить его к вам. Уже в вашем госпитале пули были вынуты. Но дело крайне непростое. Судите сами: в момент, когда Тадеуш был ранен, его жена, Мария, почувствовала это, и у неё произошел сердечный приступ с остановкой сердца. Рядом оказался врач, который оказал Марии первую помощь, но Мария надолго впала в забытье, сродни летаргическому сну. В себя она пришла в тот момент, когда Вы, Ирина Михайловна, вернули к жизни её мужа. Мы
