– Я над этим работаю. Пибоди, ты ее еще ведешь?
– Да. Макнаб говорит, «маячок» слегка прыгает.
– Это помеха, – повторил Рорк, слушая поминутно прерывающийся сигнал. – Это чужая передача перебивает нашу. Черт побери! – Он оттолкнулся от компьютера и вскочил. – Это еще один сигнал. Еще один датчик на ее машине. Его сигнал глушит наш, потому что она приближается к его базе. Он следил за ней по датчику, вот как он узнал, когда ей можно позвонить. Он знал, что она близко, знал, что она одна.
– Даллас, Даллас, ты слышишь? – крикнул Фини в микрофон. – Даллас, черт тебя побери. Пибоди, догони ее. Двигай, мать твою! – Он вскочил с кресла и бросился вслед за Рорком, когда тот выбежал из конференц-зала. – Она знает, что делает, – сказал Фини, втискиваясь вслед за Рорком в лифт.
– Он тоже.
Ева запарковала машину и двинулась вперед по тротуару. Ворота во двор открылись перед ней автоматически. «Надо же, какая любезность», – подумала она и передернула плечами, просто чтобы почувствовать кобуру и тяжесть оружия.
– Я у дверей, – прошептала она в потайной микрофон и нажала на кнопку звонка.
Дверь открыл робот.
– Лейтенант, спасибо, что пришли. Мистер Клок в гостиной. Могу я взять ваше пальто?
– Нет. Показывай дорогу.
На всякий случай Ева держалась позади робота.
Шторы были задернуты, свет приглушен. Ева разглядела мужскую фигуру в кресле возле камина, в котором огонь почти погас. Его нога в гипсе лежала на табурете с мягкой обивкой.
У него была коротенькая темно-каштановая бородка, короткие темно-каштановые волосы, на лице слева красовался синяк. «Дородный» – вот как следовало бы его назвать, решила Ева. Впрочем, сама она назвала бы его просто «жирным».
– Лейтенант Даллас? – У него был легчайший, едва заметный немецкий акцент. – Прошу прощения, что не встаю. Я такой неловкий… Поскользнулся этим утром и вот… кое-что себе повредил. Садитесь, прошу вас. Могу я вам что-нибудь предложить? Чаю? Кофе?
– Нет.
Он протянул ей руку для приветствия, и Ева шагнула к нему навстречу. Обычный знак приветствия поможет ей подобраться к нему поближе, достаточно близко, чтобы понять, решить для себя, является ли он Робертом Лоуэллом.
Стоило ей заглянуть ему в глаза, как она все поняла. Ну конечно же, это он! Надо было сразу догадаться. Ева отступила назад и отвела правую руку, чтобы достать оружие.
– Привет, Боб.
Это вызвало у него улыбку.
– Никто до сих пор не называл меня Бобом. Ты меня сразу раскусила.
– Встать. Ты. – Она ткнула пальцем в топчущегося на пороге робота. – Если не хочешь, чтоб тебе закоротили все контакты, стой, где стоишь.
– Я несколько стеснен в движениях, – невозмутимо продолжал Лоуэлл. – Вся эта набивка, да еще и гипс.
Ева вышибла из-под его ноги табуретку, и нога в гипсе с глухим стуком опустилась на ковер.
– На пол, лицом вниз, руки за голову. Живо.
– Я постараюсь. – Пыхтя, помогая себе руками, он слез с кресла, опустился на пол и растянулся на животе.
Ева наклонилась и схватила его за запястье. Ей надо было завести ему обе руки за спину, чтобы надеть наручники. Но он сумел извернуться и перехватить ее руку. Она почувствовала укол и выругалась.
– Сукин сын накачал меня наркотой.
Ева выхватила оружие и выпустила заряд ему в середину туловища. Потом ее ноги подломились, она рухнула на колени.
– Старый проверенный способ, – сказал Лоуэлл и без всякого усилия перевернулся на спину. – Было время, когда его частенько использовали при политических убийствах. Но на этот раз речь идет всего лишь о мягком транквилизаторе. – Ева всем телом соскользнула на пол, и он улыбнулся. – Очень быстрого действия, разумеется.
Лоуэлл сел на полу и принялся расстегивать костюм с накладным животом, грудью и плечами. Освободившись от набивки, он отложил костюм в сторону. Под ним обнаружился стандартный бронежилет.
– Ты хорошо тренирована. Я сразу подумал, что ты можешь выстрелить. Предусмотрительность никогда не бывает излишней. Отнеси ее вниз, в мой рабочий кабинет, – приказал он роботу.
Второй робот уже отгонял ее машину. Далеко, очень далеко.
– Да, сэр.
Времени много, размышлял Лоуэлл. Времени хватит с лихвой. Когда он убедится, что все в порядке, можно будет отозвать робота домой, сменить ему жесткий диск. И этому домашнему роботу тоже надо будет прочистить память. Все стереть. Он уже не раз это проделывал.
Начать с чистого листа.
Ну а пока он собрал накладной костюм, гипс, поднял оброненное Евой оружие. Возможно, она доложила в управление о своем намерении заехать сюда. В таком случае кто-нибудь нанесет ему визит. Но не найдет никаких признаков того, что она здесь побывала.
Ее машину обнаружат за много миль отсюда. Надо будет забрать все ее средства связи. Все они будут отключены.
«Я получил ее, – думал Лоуэлл, спускаясь по ступенькам следом за роботом. – Я завершу работу своей жизни».
А в это время Пибоди стояла возле дома, сходя с ума от страха и бессильного бешенства. Она уже вызвала таран, чтобы взломать дверь, которую они не могли открыть, и лазерный автоген для резки решеток на окнах.
Ева была внутри, а она, Пибоди, никак не могла попасть внутрь.
– Ты должен пробить защиту.
– Я над этим работаю, – сквозь зубы процедил Макнаб, лихорадочно пробуя все известные ему трюки. – У него тут защита на защите сидит и защитой погоняет. Никогда ничего подобного не видел.
Они оба повернулись волчком, когда рядом раздался душераздирающий визг тормозов. У Пибоди немного отлегло от сердца: она увидела выпрыгнувших из машины Рорка и Фини.
– Мы не можем пробить систему. Заблокировано наглухо, как чертов Форт-Нокс.[12]
– Отойди.
Рорк оттолкнул Макнаба и вытащил свои собственные инструменты.
– Я попробовал универсальный ключ, попробовал аннуляцию, пытался расколоть коды на компе. Комп так и плюется кодами, но стоит ввести порядок цифр, как они переключаются на новую последовательность.
– Во времена Городских войн здесь была база контрразведки, – объяснил Фини, повернувшись к Пибоди. – Как только она вошла, всякая связь прервалась. Мы нарыли данные по дороге. Первый Роберт Лоуэлл купил дом на девичью фамилию своей жены. Здесь был филиал его бизнеса. Пока шли Городские войны, это была в основном вывеска. Пробей эту чертову систему, – бросил он Рорку, чувствуя, как холодный пот струится по спине.
– Тихо, не мешай мне работать.
– Если ты не пробьешь систему, если не дашь нам войти внутрь, прежде чем он наложит на нее свои грязные лапы, я буду пинать твою жалкую задницу до конца жизни. Твоей или моей.
Ариэль вскинула на него взгляд, когда он вошел следом за роботом.
– Кто она? Кто она?
– Можно сказать, последняя в своем роде. – Склонившись над стальным столом, на который робот положил Еву, он обыскал ее карманы, изъял сотовый телефон, рацию, ППК. Снял с ее запястья компьютеризированные часы. – Забери это и положи в утилизатор мусора. Поднимись наверх и отключись, – приказал он роботу. – Ну что ж… – Лоуэлл нежно провел рукой по волосам Евы. – Тебя надо вымыть и подготовить. Лучше всего сделать это, пока ты спишь. Мы проведем какое-то время вместе, ты и я. Я давно этого ждал.
– Теперь вы меня убьете? – спросила Ариэль.
– О нет. Нет, твое время еще течет. Но я собираюсь предпринять нечто совершенно особенное. – Он повернулся к Ариэль, как будто радуясь, что есть с кем это обсудить. – Я никогда раньше не пользовался случаем поработать с двумя партнершами одновременно. А ты меня порадовала. Оказывается, ты способна на многое. Я даже не ожидал. Теперь я действительно верю, что ты превзойдешь многих, если не всех из тех, кто был до тебя. Но она… – Он оглянулся на Еву. – Для нее я поднял планку очень, очень высоко. Она – моя последняя Ева.
