Дженна застывает на месте, разинув рот от его дерзости. Мы все в шоке, когда он подносит стакан к губам и делает большой глоток.
– Что за женщины пьют пиво, да ещё и индийский пейл–эль? – поддразнивает он, посмеиваясь себе под нос.
Дженна просто пожимает плечами, забирает стакан обратно и допивает остатки, прежде чем поставить его на стойку рядом с собой.
Как будто никого из нас здесь нет, они оба пронзают друг друга взглядами.
– Прошу прощения? – она приподнимает бровь. – Я что, потеряла сознание и пропустила ту часть, где мне должно было быть не всё равно на то, что ты думаешь?
Коллинз фыркает от такого ответа, который полностью в её манере.
Томми никак не реагирует, продолжая улыбаться Дженне.
– Держу пари, ты производишь впечатление на всех парней таким отношением.
– Это была твоя попытка добиться моего расположения, или я могу приберечь свои аплодисменты на потом? – тут же отвечает Дженна.
Я бросаю быстрый взгляд на Эмму, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке, но её, похоже, только забавляет перепалка между ними.
– Лааааадно... – Кендра преодолевает напряжение, перекидывая волосы через плечо. – Теперь, когда у нас установились прочные дружеские отношения, я пойду займу место.
Коллинз и Дженна согласно кивают, когда все трое выходят из круга, и Томми направляется к барной стойке, оставляя нас с Эммой наедине. Я медленно выдыхаю.
– Он немного придурок, не так ли? – шепчет она, указывая большим пальцем через плечо на Томми.
– Ага. Я даю ему сезон, в лучшем случае два, – отвечаю я, делая ещё глоток моктейля.
Она накручивает прядь длинных темных волос на палец, наблюдая за мальчиками, которые смеются и шутят о своём превосходстве в лиге.
– Он счастлив, по–настоящему счастлив. Я не могу вспомнить, когда в последний раз мой брат был таким по–настоящему беззаботным. Большую часть своей жизни он был Арчером, любящим повеселиться, всегда готовым пошутить и никогда не воспринимающим жизнь слишком серьезно.
– Он не всегда был счастлив? – спрашиваю я, и от этой мысли у меня внутри всё переворачивается.
Она качает головой.
– Нет, Арчер всегда был счастлив. У меня просто возникло ощущение, что он хотел большего, чем хоккей и общение с другими женщинами, даже если сам никогда в этом не признавался. Я могу это понять, потому что я тоже не нашла своего человека. Иногда я думала, что, возможно, именно ссоры и несчастливый брак между моими мамой и папой повлияли на нашу взрослую жизнь, разрушив веру в счастливый конец.
– Но сейчас ты так не думаешь?
Глаза Эммы возвращаются к моим.
– Нет, – она улыбается. – Я просто думаю, что он нашел ту единственную женщину, которая могла бы поставить его на колени и заставить захотеть остепениться. И это дает мне надежду, понимаешь? Надеюсь, что однажды я тоже смогу найти своего человека. Я всегда уважала своего брата; своей карьерой и успехом он установил для меня планку, заставляющую желать большего от жизни.
Она делает шаг вперед и заключает меня в объятия.
– Сейчас, я думаю, всё, чего я хочу – это такой любви, которую разделяете вы оба.
ГЛАВА 45
ДАРСИ
– Ты не можешь сказать мне, что это не выглядело бы чертовски мило на нашей дочери.
Уперев кулак в бедро, я внимательно смотрю на мужа, пока он поднимает безвкусное платье с рисунком.
– Похоже на ковер, который можно бы носить как одежду
Брови Арчера хмурятся, когда он крутит платье на вешалке, внимательно изучая его.
– Я думал, оно отлично подойдет на следующее Рождество.
Я опускаю голову и смеюсь.
– Нам нужно сосредоточиться на настоящем.
Он вешает платье обратно и подходит ко мне, приподнимая пальцем мой подбородок.
– Ну, прямо сейчас всё, о чём я могу думать, это о том, какая ты чертовски сногсшибательная, – его свободная рука ложится на мой живот. – И всё, чего я хочу, это увидеть тебя в том наборе нижнего белья, который я только что купил.
Мои щеки пылают, когда он прижимается своими губами к моим, на заднем плане играет праздничная музыка. За день до Рождества в магазинах довольно тихо, и я отлично провела время за покупками детской одежды.
– Вы ведь знаете, что я прямо здесь, не так ли? – Джек стонет рядом с нами. – И нет никаких причин так миловаться на публике.
Я поворачиваю голову и смотрю на своего брата. Возможность проводить с ним время, без нужды прятаться всю свою жизнь, – это всё для меня, но то, что он принимает Арчера как мужчину, которого я хочу и который делает меня счастливой? Это ни с чем не сравнится.
– Миловаться? – отвечаю я. – Кто вообще сейчас так говорит? Ты имеешь в виду целоваться или обжиматься?
Джек закрывает глаза и снова стонет.
– Видеть вас такими. Я не хочу думать о том, что моя сестра и лучший друг...ну, знаете...занимаются этим, – он заканчивает последнюю часть предложения с болью.
– Боже мой, посмотри на эти милые платья для беременных! – ко мне несется Кендра с двумя вариантами одного и того же платья макси. Одно желтое, одно синее.
Я отхожу от Арчер, и она прижимает их ко мне, задумчиво скривив губы.
– Они определенно милые, но не уверена, как будут смотреться горизонтальные полосы, – её лицо светится. – Я думаю, что в третьем триместре ты станешь огромной.
– Спасибо, – сухо отвечаю я, забирая у неё платье и проверяя, насколько эластичен материал.
– Ты будешь чертовски сногсшибательна в третьем триместре, – Арчер наклоняется к моему уху, его голос низкий и хриплый. – Хотя, возможно, нам придется чаще трахаться раком из–за, ну, ты знаешь.
– Всё ещё здесь, – напевает Джек.
– Тебе необязательно быть здесь, – отвечает Арчер.
Джек закатывает рукав куртки, проверяя время.
– Независимо от того, где я сейчас, нам нужно быть в стейк–хаусе через тридцать минут за столиком, который я заказал.
Я морщу нос при мысли о куске красного мяса. Хорошо приготовленное или нет, оно вызывает у меня отвращение. Я помню, Кейт стала вегетарианкой, когда была беременна близнецами, и теперь я начинаю понимать почему. Понятия не имею, как, чрт возьми, я собираюсь пережить завтра полноценный рождественский ужин.
– Ты хочешь “Тако Белл”, не так ли?
– Да, – шепчу я в ответ мужу. – С дополнительным сырным соусом, рисом и фасолью.
Когда я поворачиваюсь, чтобы найти своего брата и Кендру, они находятся в другом конце магазина, Кендра показывает ему одежду для беременных, а он согласно кивает.
Мои плечи опускаются, когда я смотрю на Арчера.
– Усталость накатывает. Между работой и подготовкой к праздникам…Я устала. Всё, чего я хочу – это Тако Белл, мягкое одеяло и мои любимые фильмы на повторе.
Арчер смотрит на пакеты, которые он держит в руках, из предыдущих магазинов, которые мы посетили. Всё, что мне хоть отдаленно нравилось, он относил прямо на кассу, будь то милый комбинезон для Эмили или сексуальное нижнее белье для меня.
Он действительно чертовски совершенен.
– Тогда почему бы нам не сделать это? На Netflix есть действительно классный документальный фильм об Алане Тьюринге. Это парень из “Игры в имитацию”, – он гордо подмигивает, и я не могу сдержать смешок, вырывающийся из моей груди.
Арчер целует меня в переносицу.
– Всё, чего я хочу, это чтобы тебе было хорошо и комфортно. Если бы я был хорош в редактировании, я бы сделал твою работу за тебя. Мне почему–то кажется, что Джанин легко заметит снижение качества.
Я снова хихикаю, теряя счет тому, как часто мой муж заставляет меня смеяться.
– Я никогда не была так счастлива, правда. Я думаю, мне просто нужно поспать тысячу лет после завтрашнего дня. Джон потратил много сил на ужин, и я с нетерпением жду встречи с твоей мамой снова. Я не хочу никого подводить.
Он берет у меня платья макси и вешает их себе на плечо.
– Я не думаю, что ты когда–либо могла кого–то подвести, Дарси. Моя сестра искренне считает тебя одним из лучших людей, которых она когда–либо встречала. Моя мама не может перестать говорить о тебе каждый раз, когда я звоню ей. И я знаю, что, когда мой папа наконец встретит тебя, он тоже полюбит тебя.
