скакунами, которые, так и не поняв смысла происходящего, чувствуя, что им стало гораздо легче, ускоряют ход, волоча возницу по арене и поднимая клубы пыли. Тот отчаянно пытается одной рукой достать кинжал, но безуспешно. Каждый метр добавляет ему мучений, лошади все никак не остановятся. На следующем повороте он несколько раз переворачивается и теряет шлем, ударяющийся во внешнее заграждение. Лошади летят дальше по следующему прямому участку, и служителям конюшни удается остановить их, только когда перед ними вырастает груда обломков колесниц, разбитых при столкновении, вызванном их возницей. А тот уже не шевелится, потеряв сознание.
Из боковых дверей одной из конюшен выскакивают и бегут люди с носилками. На реанимацию нет времени, скоро здесь будут другие колесницы. Его неподвижное тело, запачканное землей и кровью, перекладывают на носилки. Рука свесилась и безвольно болтается в такт шагам несущих. Выживет ли он? Нам это неизвестно. Одно ясно: его спортивная карьера закончилась.
Из этого эпизода мы узнаем, что даже в случае серьезного столкновения (которое называется, представьте только, naufragium[108] — возможно, из-за обломков, остающихся на арене) никто не останавливает состязания: служители уносят с арены раненых и остовы колесниц… но им приходится быть расторопными, ведь никто из участников гонок не собирается сбавлять скорость.
Дуэль за победу
Служитель у «счетчика кругов» переворачивает дельфина. Состязания подходят к концу. На дорожках состязаются только две красные колесницы, они впереди всех. А голубая колесница с Сагиттой все время шла последней, вгоняя в отчаяние человека, заключившего пари. Он все это время сидел молча, неподвижно, будто окаменев. Возможно, букмекер был прав. Сагитта на закате карьеры, чего можно ожидать от скакуна предпенсионного возраста? Но вот уже пара кругов, как его колесница рванула вперед с впечатляющей скоростью и нагоняет лидеров. Возница «голубых» нарочно придерживал лошадей, а теперь отпускает и понукает их, чтобы те выплеснули нерастраченные силы в финальный рывок. Эту тактику часто применяют в Большом цирке. Публика, поняв маневр, сопровождает каждый обгон оглушительным ревом. Вот голубая колесница настигла и обошла белую. Она все ближе к лидерам, красным колесницам.
Из ворот загона появляется всадник. Он одет в цвета «красных». Во время скачек конюшням разрешается выпускать на манеж всадников-гортаторов (hortatores), которые, подъехав к своим колесницам, сообщают им информацию о положении противников… подобно автомобилям-флагманам в велосипедном спорте или информационным табло в гонках «Формулы-1».
Всадник догоняет две красные колесницы, скачущие впереди всех с самого начала гонок. Он выкрикивает им приказы конюшни: их вот-вот нагонит голубая колесница, надо совместными усилиями не дать ей вырваться вперед. Затем он возвращается к загонам.
Голубая колесница движется вплотную за второй красной. Каждый раз, когда возница голубой колесницы пытается ее объехать, соперник загораживает ему дорогу. Эта дуэль вызывает энтузиазм публики. Доскакав до поворота, возница на красной колеснице совершает ошибку. Его соперник, закаленный в многолетних гонках, делает ложный выпад в сторону внешнего круга, вынуждая «красного» повторить его движение. А потом неожиданно резко поворачивает и вписывается между противником и внутренней дугой поворота. Обе колесницы проходят поворот вровень, огибая «мету». Но в конце голубая колесница выходит вперед. Публика ликует. А наш игрок вскакивает и кричит, выпучив глаза. Центурион улыбается, сохраняя невозмутимость.
Вновь разгорается дух состязаний. Весь цирк следит за дуэлью, скандируя названия обеих конюшен. Возница «голубых» сокращает разрыв, все ближе подходя к колеснице-лидеру. Расстояние еще велико, но лидер в невыгодном положении: он может увидеть соперника, только если обернется, что он изредка и делает нервным движением. Оба возницы — опытные спортсмены, это придает еще больший интерес к происходящему.
Движение квадриг по арене сопровождается волной крика, прокатывающейся по трибунам. Когда колесницы исчезают за поворотом, половина зрителей лишена возможности их видеть. Для них наступает своего рода момент затмения. А по словам древних, это ожидание лишь разжигает азарт, и, когда колесницы вновь появляются с противоположной стороны, полцирка взрывается в едином крике, пока вторая половина хранит молчание.
Драма на последнем повороте
Сагитта запряжена с наружного края квадриги. На каждом повороте ей приходится пробегать больше метров по сравнению с другими лошадьми колесницы, но она делает это с впечатляющей силой и легкостью. Грива, украшенная лазурными лентами и бантами, колышется на скаку, подобно знамени. Публика восхищенно любуется этой прекрасной лошадью в полном расцвете сил. Ровным ходом она ведет четверку, идеально вписываясь в каждый поворот и выходя на прямую линию. Они с возницей составляют единое целое и интуитивно понимают друг друга. Публика любит подобные рокировки и теперь болеет за колесницу, которую до начала старта никто не принимал всерьез.
Настал час расплаты. Перевернут последний дельфин, из его пасти течет поток воды, окрашенной красным: пошел последний круг гонок. Колесницы все больше сближаются и собираются войти в предпоследний поворот. Возница «голубых» повторяет свой трюк с обгоном по наружному краю круга, переманивая соперника на внешнюю дорожку и надеясь занять место ближе к внутреннему краю арены. Но возница «красных» раскусил его намерения и не поддается на обман. Он продолжает нестись вплотную к стене, чуть замедляя ход, заставляя возницу «голубых» сойти с траектории и войти в поворот по прямой… Он тоже стреляный воробей.
Однако возница «голубых» все равно решает совершить обгон, описав на повороте максимально широкую дугу. Конечно, это значит пробежать гораздо большую дистанцию, но у его лошадей еще достаточно сил. Неожиданно обе квадриги оказываются вровень и начинают входить в поворот. Все зрители снова вскакивают с мест.
Сагитта инстинктивно понимает, что надо делать. Она прибавляет ходу и невероятным усилием удерживается на одной линии с остальными. На всем повороте обе колесницы идут вровень, их колеса и лошади соприкасаются. Они идут так близко, что на выходе из последнего поворота выглядят как одна колесница, запряженная восьмеркой лошадей.
Но их ждет неприятный сюрприз. Две из колесниц, скакавших в хвосте, столкнулись и перевернулись, лошади бросились врассыпную. У одной из них сломана нога. На место инцидента еще не успели прибыть служители арены. Возница «белых» пытается успокоить лошадей. Другой, из конюшни «голубых», лежит на арене без сознания. Понемногу приходя в себя, он поднимает голову, трясет ею. В глазах, полных песка, — боль. И тут он видит две квадриги, несущиеся прямо на него, и лишь успевает прикрыть руками шлем. Возница «голубых» узнает своего товарища и так резко натягивает поводья, что Сагитта хрипит, но подчиняется. Колесница чудом огибает лежащего на земле человека.
Возница «красных» не столь щепетилен. Публика видит, как он хлещет кнутом своих лошадей, и в ужасе
