Не удивительно, что через несколько лет, когда к власти в стране пришел М. С. Горбачев и необходимо было укреплять сильно пошатнувшийся порядок, я вспомнил о Громове. Тогда и посоветовал Горбачеву назначить первым заместителем нового министра внутренних дел Б. К. Пуго прославленного генерала-«афганца».
Понимаю, что для Бориса Всеволодовича, всю жизнь отдавшего службе в армии, такой неожиданный поворот судьбы вряд ли мог быть желательным. Но я и сейчас убежден, что решение было правильным и принесло большую пользу нашей стране, переживавшей тогда тяжелейший период обострения межнациональных конфликтов. Приход в МВД Бориса Всеволодовича Громова, смелого, ответственного и очень популярного в народе генерала, реально поднял авторитет милиции. Думаю, что и самому Борису Всеволодовичу эта работа принесла пользу, прибавила к его солидному военному опыту нечто такое, что впоследствии ему пригодилось.
— Очень трудными для Советского Союза были те годы, — вспоминает Иван Федорович Шилов, бывший заместитель министра внутренних дел, ныне советник губернатора Московской области. — По всей стране полыхали межнациональные конфликты. Сначала Сумгаит в Азербайджане, потом Нагорный Карабах, и тут же вся Армения поднялась против азербайджанцев. Начали выдавливать их с обжитых мест, создавать невыносимые условия. Тысячи и тысячи всё потерявших беженцев в отчаянии старались перебраться через горы и уйти из зоны конфликта. В Азербайджане начались гонения на армян, и они стали уходить на родину через Нагорный Карабах и Шушу.
Вспыхнули конфликты и в других республиках. В Средней Азии они охватили Фергану и Ош, Душанбе и Наманган, здесь было особенно много трупов. Заволновалась Прибалтика.
Эффективно бороться с насилием мешала двойственная политика тогдашнего нашего руководства, которое пыталось все сгладить и замолчать, опасаясь негативной международной реакции. Первый секретарь компартии Узбекистана вообще выступил со смехотворным утверждением, что произошло простое недоразумение — на рынке несколько торговцев поссорились из-за клубники. На самом же деле произошло жестокое и кровавое столкновение между узбеками и турками-месхетинцами.
В тот период МВД пришлось переходить от обычных своих задач по борьбе с преступностью к нейтрализации межнациональных столкновений. Опыта такой работы не имелось, все пришлось осваивать, как говорится, с листа.
В общей сложности по Союзу образовалось одиннадцать горячих точек.
Эти конфликтные зоны отвлекали большое количество личного состава. У нас не имелось ни резерва, ни специально обученных подразделений, их тоже пришлось создавать на ходу. Прямая наша задача — охрана общественного порядка — как-то незаметно отошла на второй план. Все силы были брошены на гашение межнациональных столкновений. Я, например, побывал во всех этих горячих точках, начиная с Сумгаита, по нескольку раз. Обычная преступность, забытая и неконтролируемая, росла как на дрожжах.
Это был тот момент, когда Борис Всеволодович Громов пришел в Министерство внутренних дел.
По штатному расписанию он занял должность первого заместителя министра внутренних дел СССР, которую до этого занимал я. Кроме того, имелось еще восемь заместителей.
Земля слухами полнится. За несколько дней до назначения у нас уже обсуждали возможность прихода к нам Бориса Всеволодовича Громова. Скажу сразу, реакция была очень хорошая. Громова знала вся страна, и приход в МВД боевого прославленного генерала был для нас полезен во многих отношениях, и прежде всего это повышало авторитет милиции.
По поручению Б. К. Пуго я позвонил Борису Всеволодовичу в Киев, представился. Он сказал, что прекрасно меня помнит. Я спросил Бориса Всеволодовича, есть ли у него место в Москве, где он мог бы временно остановиться. Оказалось, что нет. Я предложил ему пожить первое время на даче в Серебряном Бору. Он согласился. Я дал распоряжение начальнику хозуправления, чтобы к его приезду приготовили дачу. Осень уже вошла в силу, и в Серебряном Бору было тогда очень красиво.
Надо сказать, что все наши разговоры получились хорошими и добрыми. Я догадывался, что он не доволен своим новым назначением. Понятно, армейский генерал хотел бы продолжать службу в войсках. Но мне он ни одним словом не дал этого понять. Наоборот, искренне поблагодарил. Так у нас уже при первом телефонном разговоре установились теплые отношения.
Лично встретить Громова мне не удалось. Так сложилась оперативная обстановка. Заполыхал Наманган, и я в ночь на самолете МВД вместе с оперативной группой вылетел туда. Пробыл я там не один день, обстановка была очень сложная. Главное, там страдали ни в чем не повинные женщины, старики, дети. Когда положение несколько стабилизировалось, я вернулся в Москву.
Двери наших с Борисом Всеволодовичем приемных располагались через коридор напротив друг друга. Его разместили в кабинете, который еще недавно занимал Чурбанов. Помещение, понятное дело, очень хорошее.
Сразу зашел к нему и доложил, что я, генерал-полковник Шилов, с задания прибыл и по этому случаю представляюсь вам. (Конечно, все это было сделано с долей шутки, никому тут официальное представление не требовалось.) Борис Всеволодович улыбнулся, быстро вышел из-за стола, мы обнялись.
— Хорошо, что сразу зашли. У меня несколько вопросов, которые лучше вас никто не растолкует.
Мне действительно было проще, чем кому-либо, ввести его в круг наших проблем. В МВД я с самых низов, а начинал службу солдатом внутренних войск. Протопал по всем ступенькам до генерал-полковника. Служил в разных концах Союза от Дальнего Востока до Прибалтики.
Сели мы с ним рядышком, я ответил на его вопросы и рассказал обо всем, чем приходится сейчас заниматься. Потом задал ему свой главный вопрос: «Как начали работать, какие первые впечатления?»
— Вот, — говорит, — сразу и приступил. Министр мне уже распределил службы, которыми придется заниматься. Даже ОБХСС. В книжках и кино все просто, а на деле…
Поговорили о главных нынешних бедах, о горячих точках, тут мне было что рассказать.
Сейчас порой удивительно видеть, какая разнообразная и удобная у солдат экипировка. А в то время даже шлемов не было, не говоря уже о бронежилетах. Только эти игрушечные целлулоидные щиты, которые десятки лет без дела валялись на складах. Кстати, выяснилось, что если даже небольшой камешек попадет в ребро, щит разлетается на куски. В те дни милиционерам и солдатам внутренних войск приходилось практически незащищенными выходить против разъяренной толпы.
Громов внимательно меня слушал, это была новая для него информация. Всего несколько минут продолжалась наша беседа, но за это время уже возникла атмосфера доверия и доброжелательности, которая впоследствии всегда сопровождала наши с ним разговоры. Трудно даже припомнить, с кем мне было так легко и приятно общаться. Как будто мы давным-давно друг друга знаем. Вот я приехал из командировки, и мы поспешили встретиться, чтобы поделиться новостями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
