Найл вздохнул, с явным сожалением еще раз погладил щекой широкий клинок и убрал его в ножны. Взглянул наверх, туда где в ожидании смертельной битвы замерли смертоносцы с тяжелыми камнями на спинах, потом взглянул на девушку, на князя и кивнул:
— Да.
— Дочь моя, а ты согласна выйти замуж за друга моего, правителя Южных песков и Серебряного озера?
— Нет.
На лице князя не дрогнул ни один мускул. Он посмотрел на свой меч, на княжну, и ласково спросил:
— Ямисса, кровинушка моя, ты сошла с ума?
— Этот дикарь отказывался от меня три раза! Теперь четыре, — скрипнув зубами, сообщила девушка, — а я от него только один. Теперь два.
— Знакомься, Посланник Богини, это моя дочь, — зачем-то предложил князь, вскинул меч и прикоснулся к клинку губами.
— Ямисса, я прошу тебя стать моей женой, — глядя на князя, произнес Найл.
— Нет.
— Ямисса, я прошу тебя выйти за меня замуж.
— Нет.
— Великая Богиня! Ямисса, я прошу тебя в последний раз: стань моей женой!
— Между прочим, — облегченно вздохнула княжна, — когда истинный рыцарь делает такое предложение, он дарит женщине кольцо.
Князь громко расхохотался.
— Дети мои, я подарю вам свой королевский шатер! И если от вашей любви обязательно должны содрогаться целые страны, то занимайтесь ею в пустыне!!!
Он повернулся, пробежал несколько шагов в сторону своего войска, потом остановился, оглянулся:
— Цепью бы вас сковать… Вы хоть не разговаривайте до моего возвращения, что ли? А то опять что-нибудь случится. Князь махнул рукой и поторопился в глубь ущелья.
— Когда ты попросил у отца моей руки, а потом сам же отказался, — словно извиняясь, произнесла девушка, — я дала себе клятву, что отплачу тебе тем же.
— Никогда не думал, что верность слову может быть таким недостатком, — ответил Найл.
Со стороны башни донеслись приветственные крики. Кричали, видимо, пехотинцы князя — вряд ли известие о помолвке княжны могло вызвать восторг со стороны баронов. Найл вдруг представил себя на их месте: вышли в поход пограбить все вместе близкого соседа, а предполагаемый враг вдруг оказывается зятем сильнейшего союзника, и они остаются нос к носу с двумя мощными, готовыми к бою армиями. Не хотел бы Найл оказаться в их шкуре.
— Вы это вместе придумали? — повернулся правитель к княжне.
— Что? — не поняла она.
Найл вгляделся в ее карие глаза и понял, что не было никаких хитроумных, далеко идущих планов. Никакого расчета. Просто девушке хотелось получить любовь с такой же силой, с какой и отомстить за давнее пренебрежение. Или наоборот.
— Ямисса, единственная моя, — негромко произнес Найл те самые слова, которые она хотела услышать. Я люблю тебя и очень хочу, чтобы ты всегда была рядом. Стань моей женой, и если…
— Только без угроз, — положила она ему палец на губы. Я согласна.
ЧАСТЬ 2
КОРОЛЕВА
Скромные возможности рыбацкой флотилии никак не могли обеспечить перевозку к порогам всех желающих попасть на торжество, а также подарки и припасы, которые должно было срочно отправить в город, поэтому братья по плоти, всадники и часть придворных дам отправились в столицу Южных песков через пустыню. Теперь это стало не так трудно, как раньше — в конце второго дня пути начиналась череда выстроенных пленными каменных колодцев, вокруг которых уже начинали обживаться драгоценные чашечки уару и неприхотливые шипастики.
Возле каждого колодца шумная праздничная толпа устраивала привал. Блестящие всадники начинали звонко рубиться на мечах, красуясь перед воительницами Найла, а дамы демонстрировали легкие летние платья, соблазняя братьев непривычными фасонами и манерами. Правитель так и не понял, то ли вся эта публика получила от властелина указание завязать с воинами Южных песков близкие дружеские отношения, то ли просто подобрались молодые и веселые спутники. Посланник Богини не вмешивался. Жизнь его людей была слишком суровой и короткой. Во имя очищения этих земель от захватчиков, он лишил их детства, ласки родителей и пауков-воспитателей, удобств обычной жизни. За полтора года, прошедшие с момента рождения, они постоянно только шли вперед, от привала к привалу, и сражались. И умирали — каждый второй отдал свою жизнь на этом пути. Если сейчас жизнерадостные северяне научат их улыбаться, любить, радоваться этому миру — он будет только рад. Пусть даже прелестные северянки украдут всех его воинов — они все равно уже выполнили свой долг. Пусть теперь просто живут. Найл больше не видел врагов, против которых потребовалось бы направлять их клинки. К тому же, на острове детей сейчас постоянно царит оживленность и шумная суета. Теперь можно не бояться того, что город умрет. А раз город жив — он всегда найдет способ отстоять свое право на существование.
Королевский шатер князь приказал поставить только один раз, на первом привале. Его собирали часа три, а утром столько же разбирали. Самое обидное — эту ночь Найл и Ямисса, уставшие за день, так и не прикоснулись друг к другу. Последующие вечера они проводили вместе со всеми, просто сидели бок о бок и улыбались подшучиваниям окружающих.
Всеобщее веселье привело к тому, что темная тень на небе тоже не вызвала ни у кого тревоги.
— Смотрите, смотрите! Гора в воздухе!
Огромный коричневый диск около полукилометра в диаметре и пятнадцати метров толщиной, с крупными черными подпалинами с передней части разметал в клочья несколько встретившихся на его пути облаков, с низким утробным гулом промчался над веселой кавалькадой, после чего, постепенно теряя высоту, ушел куда-то в направлении Диры.
— Это такая страна, отец, — громко прокомментировала Ямисса. — Время тут течет по-разному для разных людей, справить свои надобности забираются на дерево, по ночам случаются шумные праздники мертвых, о которых не знает ни один человек, восьмилапые и двуногие считают себя одной расой, а скалы летают по воздуху. Наверное, именно поэтому все они и считают свою страну лучшей в мире.
— А ты? — спросил князь.
— Прости, отец, но я тоже.
Найл прикрыл глаза от солнца, наблюдая за посадкой разведчика.
— Что это там, друг мой? — окликнул его князь.
— Это гости прилетели, — Посланник почувствовал, как у него неожиданно вспотели ладони. Думаю, мне нужно их встретить.
— Я с тобой, Найл, — тут же заявила княжна. Мы тоже! — крикнул кто-то из всадников. Встретим гостей, прилетевших на свадьбу правителей!
— Нет, — покачал головой Посланник. Это далеко. Пешком дня три пути. Смертоносцу и то день бега. Пустыне не прокормить большой армии, а припасов у нас с собой нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
