Читаем без скачивания Отмеченные богами (СИ) - Анна Завгородняя

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, — Шпионишь за мной?

Он усмехнулся.

— Вообще-то, я пришел поговорить с Дагоном, — сказал он, — Но я тоже рад тебя видеть, — съязвил бог.

— А зачем тогда пришел ко мне? Дагон в зале, ужинает со своими людьми, — сказала я.

— Ну, можно сказать, что я хотел бы, чтобы ты присутствовала при нашем разговоре, — сказал Алазар.

— Ты с ума сошел! — возмутилась я, — Он меня на порог не пустит, тем более мне надо к сыну.

— Я только что был у Данна. Мальчик спит, — Алазар протянул мне руку, — Доверься мне! — его глаза озорно сверкнули из-под густых смоляных бровей. Я нехотя взяла его за руку. Нас окутала прозрачная серая дымка. Мгновение и мы оказались в комнате Дагона. Она была пуста. Отец выпустил мои пальцы и произнес:

— Сейчас я сделаю так, что ты станешь на какое-то время невидима. Только предупреждаю, что бы мы ни говорили, какие бы эмоции не захлестнули тебя, ты должна молчать и не издавать ни звука. Если хотя бы пикнешь, то он сразу увидит тебя. Он ведь тоже бог и довольно силен. Наше преимущество состоит в том, что он не знает о твоем присутствии.

— Я постараюсь, — произнесла я, ещё не совсем понимая, что задумал мой божественный отец.

Алазар поднял руки, и вмиг меня окутало прозрачное сияние. Спустя мгновение дверь распахнулась, и на пороге возник Дагон.

— Ты уже здесь? — произнес он, входя внутрь, — Могу узнать, что привело тебя ко мне в столь позднее время?

Я стояла не шелохнувшись. Глаза Дагона скользнули мимо, и я поняла, что он действительно меня не видит. Алазар тем временем сел на единственный стул, находящийся в комнате и с самым наглым видом уставился на вошедшего.

— Пришел просто поговорить, — ответил бог смерти. На его губах заиграла противная улыбочка, при виде которой Дагона едва не передернуло.

— О чем? — он приблизился к моему отцу.

— Вообще то, у меня две темы для разговора. Первая, но не основная состоит в том, что я просто обязан спросить тебя, сколько ты ещё собираешься торчать здесь среди людей и когда, наконец, приступишь к своим прямым обязанностям. Как-то стало слишком спокойно в мире. Люди грызутся, но кровь совсем не проливается. Это нарушает баланс. Я, как Верховный Бог, хочу спросить тебя, когда ты думаешь возвращаться в Храм?

— А вторая тема? — спросил Дагон.

— Ты становишься слишком наглым, — Алазар продолжал так же гадостно улыбаться, — Ты еще не ответил мне на предыдущий вопрос. Знаешь, Силас хоть и был бабником и любил покутить, но от своих обязанностей не отлынивал.

— Я не просил, чтобы меня делали богом, — возразил Дагон, — Меня вполне устраивала прежняя жизнь. И если тебе будет спокойнее, то я отвечу, что вовсе не собираюсь никуда возвращаться. Мой дом здесь.

— Понятно, — Алазар вытянул ноги, — И это окончательное решение?

— Да, если ты ещё не понял.

— Понял. Но об этом мы еще поговорим, а теперь вторая тема, которая волнует меня не менее предыдущей и даже больше, потому что она самым прямым образом касается моей дочери.

Я едва сдержала удивленный возглас, но вовремя вспомнив предупреждение Алазара, поспешно закрыла ладонью рот. Мне показалось, что взгляд отца предупреждающе скользнул по мне. Я замерла.

— И что ты хочешь знать? — в голосе Дагона появились раздраженные нотки.

— Я не хочу, чтобы она жила у тебя здесь в качестве рабыни, — Алазар резко встал, — Руд мой единственный ребенок, и я собираюсь забрать её и моего внука из твоего дома.

Дагон насмешливо изогнул бровь.

— И кто тебе это позволит сделать? — спросил он.

— А ты думаешь, я буду спрашивать? — Алазар перестал улыбаться. Теперь его лицо было равнодушно холодным, но при взгляде на него мне отчего-то стало страшно, — Я сильнее тебя и старше, к тому же я твой повелитель или ты уже забыл, кем являешься на самом деле?

— Я не отдам её, — ответил Дагон.

— Почему? — Алазар хищно прищурил глаза, — Я бы ещё мог понять, если бы ты любил её, но ведь ты только и можешь, что причинять ей боль.

Я зажмурилась, стараясь даже не дышать. Отец не напрасно привел меня сюда, он хотел, чтобы я услышала именно то, что скажет ему Дагон.

— Я не могу простить её предательство, — сказал он, — И то, что она была с Эйриком.

Алазар громко рассмеялся.

— И это все? — произнес он, — А ты не думал никогда, что она может говорить правду? Или что стоит обсудить это с братом, послушать, что скажет он.

— Она жила с Эйриком, как жена, почти год и ты думаешь, я поверю, что между ними ничего не было?

— А она это утверждает?

— Нет, но я, честно говоря, не спрашивал, — Дагон покачал головой, — Она только твердит, что ничего не помнила обо мне.

Алазар пожал плечами. Его глаза скользнули в мою сторону, я поняла, что он может меня видеть, в отличие от Дагона. Отец подмигнул мне.

— И почему не спросил прямо? Боишься услышать подтверждение своей догадки.

Дагон рванул к Алазару и, схватив его за шею, легко поднял над собой. Алазар только щелкнул пальцами, как Дагон внезапно выпустил его, и бог смерти плавно опустился вниз. Потерев шею, Алазар рассмеялся:

— Ты что, не понимаешь, на кого поднял руку?

Дагон сжал зубы.

— Я забираю её, — продолжил мой отец, — Ты не был убедителен в своем желании оставить Руд.

— Я не отдам её, — произнес Дагон решительно, — Мне плевать на то, что ты можешь сделать и на твое показное могущество. Я не могу опять её потерять, неужели ты не понимаешь этого? — я вздрогнула от его слов и глубоко вдохнула.

Алазар покачал головой.

— Прости, но это не те слова, которые я хотел от тебя услышать, — произнес он, — Если хочешь, я дам вам время попрощаться, если конечно, она сама того пожелает. Хотя, я думаю, это будет лишним.

Я почувствовала, словно с меня спадает пелена. Резко подняв глаза, увидела, что Дагон смотрит прямо на меня. В его глазах застыл немой вопрос. Алазар усмехнулся и протянул ко мне руку.

— Мне подождать, пока вы попрощаетесь? — спросил отец.

Я неотрывно смотрела в глаза Дагона, а он смотрел на меня. Я не могла отвести взгляда. Моё сердце бешено стучало, я прижала руку к груди. Вот почему он так холоден со мной, поняла я. Он думает, что между мной и Эйриком что-то было, но не удосужился даже спросить об этом, прежде, чем делать какие-то свои выводы.

— Не забирай её, — произнес Дагон, не отводя от меня взгляда, словно увидел впервые или после долгой разлуки. Что-то в его лице изменилось, — Я думаю, что кто-то из богов хочет избавиться от неё, в Храме она и наш сын будут в опасности. У Ойры был странный покровитель, она упоминала наставницу, из-за которой Шаган увез с собой Руд. И мне кажется, я знаю, кто это был. Неужели ты не понимаешь, что я не желаю ей зла, — Дагон, наконец-то перевел глаза на Алазара. Мой отец внимательно следил за выражением его лица. Он некоторое время молчал, потом произнес: