и продержал весь поединок, периодически вдавливая лицо, чтобы дочь коменданта не услышала жалобных воплей алхимика.
Саргон быстро понял, что сама дуэль вовсе не являлся прощением, проявленным расположением или, тем более, извинением Мяо. Скорее наоборот — наказанием самого новобранца. Девушка с не свойственной ей мстительностью решила выместить на нем все свое негодование странной, почти дурацкой ситуацией.
У него не было ни шанса. Девушка старше всего-то года на полтора-два подметала им площадку без каких-либо усилий. При этом никакого брутального доминирования: она спокойно давала ему проводить свои связки, реализовывать стратегии, выдавать уловки или даже экспериментировать с энергией. Но в конце неизменно превращала все его усилия в ничто.
Самым обидным было осознание того факта, что аристократка доминирует вовсе не за счет грубой силы. Нет, напротив — ее удары чувствовались выверенными, однако не несущими за собой никакой взрывной мощи культиваторов. Настоящее искусство Ба Мяо крылось в Ци, а также ее уме. Все схемы, удары и уловки своего соперника она видела насквозь и противодействовала им точечно. Отводила чужую энергию в сторону, сбивала темп, меняла рисунок боя, а то и вовсе заставляла допустить в начале комплекса пару ошибок, которые сами вели Саргона в тупик.
Этот бой все явственней и явственней показывал ему собственную ничтожность. Дочь коменданта не стала показывать ничего сверх возможностей самого Саргона. Да, ее мощь Ци и ее контроль оказались выше его на голову, однако в остальном она сдерживалась: не напитывала энергией удары, не включала сверхскорость практиков, оставаясь на границе между культиватором и обычным человеком, не показывала разрушительных техник.
Нет, всего лишь ближний бой. Кнут против шуангоу. Странное, типично китайское оружие. Парные мечи, у которых привычное острие лезвия загнуто в крюк, на противоположной стороне — наконечник кинжальной формы, а возле рукояти — гарда, напоминающая полумесяц.
Казалось бы, не самое лучшее оружие против кнута. Слишком разные зоны поражения, слишком мало гибкости, а крюк только мешает против хлыста, превращает преимущество в недостаток. Вот только девушка показала себя настоящим виртуозом. Как бы ни старался Саргон, какие бы тактики он не использовал, ему ни разу не удалось не то, что задеть Ба Мяо, но хотя бы смазать ее рисунок боя, изменить стратегию или показать нечто из возможностей культиватора. Зато сами шуангоу с завидной регулярностью прохаживались ему по ребрам, били по ногам, вытянутой руке или другим частям тела.
"М-да, давно я не чувствовал себя таким беспомощным. Пожалуй, с той схватки с Придворным, но там хотя бы чувствовалась подавляющая мощь, которой тот не стеснялся пользоваться. Да и Ксин ему почти проиграл, поэтому не так обидно. Впрочем, в моей ситуации позорно слитый бой даже лучше", — Думал Саргон, когда девушка ударила его тупой стороной оружия по скуле, — "Пусть выпустит пар и не держит на меня зла за этот тупой спектакль…"
Несмотря на упаднические мысли и боевую злость, где-то на глубоко в душе попаданец наслаждался боем. Дурная энергия в нем вовсю тратилась на различные попытки достать оппонентку, голова работала так продуктивно, как никогда раньше, кожа горела от уплотненной пленки защиты и ударов девушки одновременно. А Ци внутри постоянно циркулировала по его телу. Открывала бездействующие каналы, усиливала то один, то другой участок кожи, группу мышц, внутренние органы в момент чужой атаки.
Саргон сам не заметил, как стал экспериментировать сначала с энергоканалами, потом со всем остальным телом, а следом — и с оружием. Он не знал, сколько продолжался этот бой. Однако в момент, когда его тело прошло свой пик, когда он уже почувствовал усталость и понял, что вскоре не сможет продолжать свою схватку… Его мозг выдал удивительное по своей природе решение.
Зацикленная энергия, уроборос, мир как часовой механизм, колесо сансары, знак бесконечности, замкнутые системы, гидродинамическая левитация — эти и многие другие понятия из самых разных областей науки, культуры, искусства, философии или даже эзотерики объединились в одну лаконичную схему. Она же, в свою очередь, сплавилась с его практикой использования Ци, практикой открытия неактивных каналов вокруг спящих меридиан. И мутировала во что-то совершенно иное.
Результатом вышла гудящая голубая аура его собственной Ци вокруг кнута. Она возникла внезапно, разом, как будто кто-то щелкнул тумблером или нажал на кнопку. Ба Мяо в этот момент как раз подцепила парня крюком за отворот халата и уже хотела отбросить в сторону, на землю, чтобы без затей провести пару ударов и объявить спарринг законченным.
Кнут Саргона ударил спустя долю секунды после ее движения. Девушка уже не могла отменить сокращения мышц, не могла она и сходу отбить удар, так как тот оказался нанесен куда быстрее привычного ей темпа. В итоге левый шуангоу встретился с гудящим от вложенной энергии хлыстом. Вспышка, пробегающие вокруг искры, легкий шлейф Ци вокруг оружия самой аристократки.
Кнут выбило из руки парня, отшвырнуло куда-то в сторону. Зато сам он из-за недоделанного рывка крюком вдруг оказался вплотную к девушке. Их лица сблизились так, что он ощутил ее дыхание, а губы в какое-то мгновение почти коснулись друг друга. На секунду он ощутил исходящий от нее запах, похожий на ландыш и гвоздику одновременно. Терпкий, бодрящий, с непередаваемой сладкой нотой. Прядь волос аристократки мазнула по лицу, а потом мир вдруг перевернулся и Саргон ощутил себя лежащим на земле.
Над ним высилась статная фигурка Ба Мяо, чья ножка, обутая в атласную туфельку, покоилась у него на груди. Саргон мог только хрипло дышать и обильно потеть — обессиленный после настолько тяжелого и изматывающего боя. Однако ему самому стало куда легче дышать, девушка рядом, вроде бы, стала меньше презирать его за глупый поступок, а ее поза, раскрасневшееся лицо и высокая грудь делали свою обладательницу настолько соблазнительной, что пришлось отводить глаза.
— Что это было? — Спросила она строгим голосом. Вот только Саргон легко уловил в нем нотки того самого жадного любопытства, которое она так часто показывала на их уединенных встречах. Наверняка и сейчас Мяо больше всего хотела взять и трясти своего визави как грушу, пока он не расставит все по полочкам.
— В начале боя ты не показывал ничего необычного. Да, ты довольно силен, для новобранца-простолюдина. Даже аномально силен, если вспомнить середину. Но какую технику ты применил под конец? Это ты ее изобрел? Подсмотрел где-то? Поменял существующую? Почему не показал сразу? Не получалась? Не хотел рисковать? Отвечай же!
— Да, я придумал ее сам, госпожа. Она получилась только во время боя с вами, уж не знаю почему…
