— Лан, успокойся, наш братишка просто шутит.
Король Ареохтар насупился и сердито буркнул:
— Ничего я не шучу, Лиг. У меня действительно рука не поднимается разрушить своё же собственное королевство.
— Да, будет у тебя ещё королевство и к тому же получше этого. Если хочешь, забирай себе моё. — Пробасил король Лигуисон — Мне всё равно пора уже думать о том, как передать кому-либо корону и уйти на покой, то есть посвятить себя полностью войне с Голониусом.
— Ох, и здоров же ты братец чужим добром распоряжаться! — Тут же громко воскликнул Ланнель — Твои сыночки и этот аферист как-нибудь перебьются. После тебя королём буду только я и никто другой. Понятно? — Сообразив, что его специально втравили в этот глупый спор, над которым вовсю смеялась королева Нолвиэль, маг густо покраснел и хмуро буркнул — Ничего, вы у меня ещё попляшете.
Королева погладила его по руке и сказала:
— Лан, не сердись, мальчики тебя специально разыграли. Ахтар прекрасно понимает, что Голониус объявил охоту на наших подданных и самое лучшее, что можно сделать, это рассредоточиться по всем мирам Ожерелья. Поскольку я хорошо знаю его злобную и мстительную натуру, то гарантирую, что он будет посылать в миры Светлого Ожерелья отряд за отрядом, чтобы нападать на них и тогда твоим войскам будет намного легче с ними сражаться. Не придётся выискивать их по лесам. В том, что уже очень скоро он подчинит себе всю свою армию, я не сомневаюсь. К тому же насколько нам это известно от перебежчиков, он создал из умертвий каких-то аттеаноста, которые ему полностью преданы и являются практически живыми людьми и не только ими одними. Сейчас этот трупоед раскапывает каждую могилу, которую ему только удаётся найти, и их число растёт с каждым днём, но самое неприятное заключается в том, что убить во второй раз того, кто уже однажды умер, гораздо труднее, чем уничтожить простого зомби, ходячего мертвеца или ожившего скелета, которые только и мечтают о том, чтобы их снова зарыли в землю. Это существа совсем иного рода. Имея в своей голове все знания прошлой жизни, они тем не менее, не обладают памятью о прожитых днях и потому у них нет ни морали, ни совести и, как я подозреваю, нет души. Возможно, что спустя годы они изменятся, но сейчас это самая страшная сила и они для нас гораздо опаснее вампиров, поскольку всех убитых тотчас превращают в себе подобных и самое страшное то, что этот процесс необратим. Человека или эльфа инициированного вампиром, можно вернуть даже тогда, когда с момента инициации прошел целый год, а иногда и больше, но вот как бороться с этими аттеаноста, мы не знаем.
Встреча мага Ланнеля, короля Лигуисона и Исигавы Яри с королём Ареохтаром и королевой Нолвиэль проходили отнюдь не в землянке, а в только что построенном красивом дворцовом комплексе, который, правда, был высечен в стене величественного каньона. За полтора года с небольшим подданные короля Ареохтара успели немного обжить крохотную часть того Каменного Плетения, которое было названо королевством Аилинрен, но существовало оно пока что исключительно за счёт поставок из шести эльфийских миров, Каноды и ещё нескольких миров, в которых уже успел побывать его король. К счастью он и сам понимал, что создание королевства в Каменном Плетении было самым настоящим мальчишеством. Тем не менее ему было жалко затраченных в пустую усилий десятков миллионов эльдаров и людей, а также было как-то не по себе от того, что все они, ощутив себя нацией, теперь должны быть разбросаны по семидесяти шести мирам Светлого Ожерелья ради спасения их жизней.
Король Ареохтар прекрасно понимал и то, что не сделай они этого и его вместе с королевой ждёт неминуемая гибель, так как некромант поклялся уничтожить сначала их, а потом всех тех, кто пошел вместе с ними, до единого, и в Аилинрене что ни день ловили его шпионов. Он ещё три дня назад отдал приказ космитам заминировать столицу королевства, которой так ещё и не придумал названия и маршал Гларон эн-Орес пообещал ему, что это будет просто роскошный взрыв, который обрушит на головы аттеаноста миллионы тонн камней. Как и все остальные его маршалы, этот огромный весельчак с синеватой кожей и длинными огненно-красными волосами был готов присягнуть любому богу, лишь бы обрести способность разить кровососов насмерть. Как и все его маршалы он понимал и то, что лучше всего им последовать совету мага Ланнеля и его немногословного друга и побратима Исигавы Яри, самого великого из всех воинов, о которых король Ареохтар только когда-либо слышал или читал. Поступи они так и некромант будет ошарашен, лишен уверенности и, самое главное, потеряет своё лицо перед кровососами, так размножившимися благодаря ему, если откажется от своей мести.
Мести некроманта король Ареохтар не очень-то боялся, как и всех остальных его угроз в свой адрес и тут дело было даже не в том, что на его стороне стояли одни из самых могущественных богов, силы которых росли с каждой новой клятвой, данной им рейнджерами. То, что в каждой клятве упоминался также и Анарон ничего по сути не меняло, так как благодаря фиалу крови Вилваринэ силу рейнджеров получали Хитроумный Арендил и Огненная Линиэль, которые раз за разом приходили на помощь рейнджерам в трудную минуту. Король Лигуисон нашел прекрасную формулу — все почести верховному богу Анарону, а силу его главным помощникам Арендилу и Линиэль, к которым можно было обращаться в своих молитвах без лишнего славословия, называя их коротко — Ари и Линни. Зато в честь Анарона и Светлой Вэр повсюду строили храмы, в которых раз в неделю проводились пышные богослужения, а попросту коллективные храмовые пиршества, не посетить которые хотя бы раз в месяц считалось дурным тоном и ещё ни разу верховный бог и его возлюбленная не отвергли щедрых подношений, впрочем они делались всем богам сразу.
Традиция проводить каждую седмицу храмовое пиршество, зародившаяся больше года назад в Каноде, когда Светлая Вэр обратила кусок мрамора в своё изваяние, была принята уже во множестве миров. Где-то строились для этого храмы, где-то просто разбивались шатры, а в некоторых мирах было принято собираться в седмицу в каком-нибудь трактире или у кого-то дома, ставить в отдельной комнатке перед накрытым столом два стула для Анарона и Светлой Вэр, оставлять для них подарки и затем пировать в своё удовольствие поминая добрым словом небесных возлюбленных. Даже тогда, когда для Анарона и Светлой Вэр на блюдо хозяева и их гости могли положить всего лишь пару ломтей хлеба, полдюжины яиц, сваренных вкрутую, да, кусок сала и к ним кувшин пива, а подношениями служили деревянный гребень для богини и простой охотничий нож для её лучезарного возлюбленного, они никогда не отвергались и к следующей седмице у хозяина дома всегда было, чем угостить богов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
